Колумбайн - Дейв Каллен

Все не началось с того, что Эрик совершенно неожиданно сел и написал план подрыва школы и массовых убийств. До того, как он поднял оружие на сверстников и учителей, у него в жизненном багаже уже был опыт воровства и других мелких правонарушений. Еще в самом раннем возрасте в его характере наблюдались черты будущего убийцы. Оглядываясь назад, можно констатировать, что эти черты были достаточно ярко выраженными, однако для окружавших его людей, не являющихся специалистами в области криминальной и поведенческой психиатрии, казались незаметными и незначительными.

Эрик много и с большой любовью писал о детстве. Он не помнил себя совсем маленьким. Но с большой теплотой вспоминал фейерверки. Однажды он сел за стол, чтобы запечатлеть в дневнике свои самые ранние воспоминания о фейерверках, и понял, что сделать это не так-то просто. «Мне сложно визуализировать, – отмечал он. – Воспоминания сливаются. Помню, как отмечали День независимости, когда мне было 12». Взрывы, грохот, все небо в огнях. «Помню, что я вместе с другими детьми выбежал на улицу, – продолжал он. – У меня было ощущение, что происходит нашествие».

Эрику понравилась игра в истребление инопланетян, стремящихся захватить Землю. Во сне он часто видел взрывы и слышал стрельбу. Он с упоением ждал того момента, когда детонатор сработает и активирует взрывное устройство. Он вообще обожал огонь и запах сгоревшего пороха и оболочек петард, представляя себе, как они взрывались. Позднее в тот вечер, который описывал, он вышел на улицу и начал поджигать разные предметы.

Огонь – это прекрасно. Чиркаешь спичкой, и головку серы охватывает пламя. Его завораживало тиканье часового механизма бомбы. «Что может быть лучше того, чтобы до смерти напугать тупых идиотов? – считал он. – Нет ничего лучше».

Однако вначале взрывы пугали и притягивали его одновременно. О своем «самом раннем воспоминании» о фейерверках он писал: «Я спрятался в кладовке. Я спрятался от всех, потому что хотел быть один».

Эрик родился в семье военного. За пятнадцать лет его отец успел прослужить в пяти штатах. Эрик Дэвид Харрис появился на свет в семье Уэйна и Кэти 19 апреля 1981 года в городе Вичита, штат Канзас, то есть за восемнадцать лет и одиннадцать дней до того, как попытался взорвать школу в Колумбайн. Город Вичита оказался самым крупным населенным пунктом, в котором Эрику пришлось жить до средней школы. Он пошел в первый класс в Биверкрик, штат Огайо, учился в мелких городках около баз ВВС: в Оскоде, штат Мичиган, и Платтсбурге, штат Нью-Йорк. Он посещал пять разных школ, расположенных рядом с военными базами. Одноклассники и друзья постоянно появлялись и исчезали вместе с семьями, которых переводили на новое место службы.

Уэйн и Кэти прилагали все силы для того, чтобы дети росли в нормальных условиях. Мать не работала и занималась сыновьями. Кроме этого, она выполняла обязанности, связанные с ее положением жены офицера. Кэти была привлекательной женщиной, но не очень яркой и выразительной. У нее были длинные, ниспадающие ниже плеч вьющиеся каштановые волосы, пряди которых она закладывала за уши.

Уэйн был плотным лысеющим мужчиной с необыкновенно светлой кожей. Он тренировал баскетбольную команду и возглавлял отряд скаутов. По вечерам он на площадке у дома играл в баскетбол с Эриком и его старшим братом Кевином.

– Я помню, что родители хотели, чтобы дети жили нормальной жизнью, не связанной с буднями военной базы, и общались с детьми из гражданских семей, – вспоминал священник одной из церквей в городе, в котором жила семья. – Они были прекрасными соседями: дружелюбными, общительными и заботливыми.

Майор Харрис не терпел плохого поведения. За проступки строго наказывали, но сор из избы не выносили и проблемы при посторонних не обсуждали. Уэйн реагировал на любую угрозу как настоящий военный – в случае возникновения проблем надо занимать круговую оборону, чтобы защитить семью. Уэйн не принимал скоропалительных решений по поводу того, какое наказание выбрать провинившемуся сыну. Он давал виновнику время задуматься о совершенных ошибках. Через пару дней после нарушения он объявлял о мере наказания, которое никогда не оспаривалось. Использовал он главным образом два способа: запрет на выход из дома или временное изъятие ценной для провинившегося вещи. Эрик рос, и ему периодически приходилось какое-то время обходиться без компьютера, что было крайне неудобно и неприятно. Эрик должен был отвечать за последствия своих поступков и стойко переносить наказания.

Следователи обнаружили массу фактов, противоречащих представлению о том, какой у Эрика сформировался характер. Например, приятели по Платтсбургу описывали Эрика как заядлого спортсмена и человека, общающегося с представителями национальных меньшинств. Оказалось, что лучшими друзьями Эрика в те годы были афроамериканец и азиат. Последний оказался еще и спортсменом (которых Эрик потом на дух не переносил). Эрик активно играл в футбол. Он болел за бейсбольную команду «Колорадо Рокиз» и часто носил кепку с ее логотипом еще до того, как его семья переехала в Колорадо. К началу обучения в средней школе он увлекся компьютерами, а потом и видеоиграми.

На юношеских фотографиях Эрик смотрится опрятным, спокойным и уверенным. Он выглядит гораздо более уравновешенным, чем Дилан. Оба мальчика росли очень застенчивыми. «Эрик был вообще самым застенчивым ребенком на свете», – рассказывает один из членов команды, в которой Эрик играл в Платтсбурге. Он говорил крайне мало, все считали его тихоней, но при этом он пользовался достаточно большой популярностью.

Даже в юном возрасте четко прослеживалась одна из главных черт его характера. «Иногда приходилось уговаривать его выходить на поле, – вспоминает тренер, работавший с Эриком. – Я бы не сказал, что он страшился мяча, но очень боялся промазать. Он не любил проигрывать».

Эрик мечтал о том, чем займется в будущем. Майор Харрис хотел, чтобы сын пошел по военной линии, и Эрик часто думал о том, что станет морским пехотинцем. «Оружие! Боже мой, как я обожал играть с оружием», – писал он. Эрик рос в небольших городах, вокруг которых находились леса, поля и ручьи, то есть места, идеальные для игры в «войнушку». Когда Эрику было восемь лет, его отца перевели в Оскоду, в Мичиган, в красивое место на севере штата, в котором река Ау Сейбл впадает в озеро Гурон. Уэйн и Кэти купили в городе дом. Они хотели, чтобы сыновья выросли не на военной базе, а среди гражданских. Население Оскоды составляло 1061 человек и постоянно уменьшалось. Большинство взрослых обслуживало военную базу, которая являлась крупнейшим работодателем для жителей. Но для ребят эти места стали площадкой для активных игр и захватывающих приключений.

Дом Харрисов располагался рядом с границей национального парка Гурон. Маленькому Эрику леса парка казались огромными, пустыми и древними. Здесь пахло смолой белых сосен. И раньше тут активно занимались лесозаготовками. Власти штата объявили эту территорию местом, в котором родился и жил Пол Баньян^[14]. Бронзовая статуя дровосека была установлена неподалеку от городка. Эрик, Кевин и их подруга Соня целыми днями играли в лесу, воюя с пришельцами с других планет или выслеживая солдат противника. Из палок и хвороста они построили форт.