Рюрик. Полёт сокола - Юлия Гнатюк

– Хвитрбарт?! – изумлённо проговорил конунг и побледнел. А в это время из-за того же холма появился ещё отряд, но это уже были не викинги, а самые настоящие варяги во главе с самим князем Рарогом. Теперь не только Олаф, но и Горевата со Сквырем, и все мы, прочие новгородцы, поняли всё. Схватились за оружие, но было поздно, да и силы неравны. Горевата немедля послал меня за подмогой. Я побежал, а сзади уже зазвенели клинки.

– Будем сражаться, – решительно молвил новый князь Вадим, когда я, задыхаясь, рассказал о случившемся. Он приказал собрать всех, кто может держать оружие, к своему терему, а меня отправил на пристань, чтобы я кликнул оставшихся на драккарах викингов Олафа и наших новгородцев, что были верны ему.

– Мы собрались и попытались прорваться к Вадиму, но ререги уже были там и не только отбили наш удар, но и стали теснить к пристани, – перебил Пырея кормщик. – К нам пробился один из немногих, кто уцелел в той рубке за городом. Он рассказал, что конунг Олаф погиб. Нам ничего не оставалось делать, как бежать. Один драккар ререги сожгли, а на втором нам удалось уйти. Сначала в озеро Ильмень, а потом дальше, в Западную Двину, но, как оказалось, путь домой закрыт, мы в ловушке, – горько закончил кормщик.

– Почему же нельзя уйти по Двине в Варяжское море? – спросил Скальд.

– Когда мы уже шли по Двине на драккаре, то навстречу прискакал верный Вадиму человек, вот он, Иловай, – указал Пырей на человека в кольчуге, – и рёк, что едва жив остался, потому как люди Рарога с многими всадниками пришли в Полоцк и перекрыли реку баржами да лодьями, чтоб каждую самую малую лодчонку перенимать, – горячась, сообщил новгородец.

– Они объединились с полочанами и выставили против нас такой заслон, что мышь не проскочит! Рекут, что князь Рарог дал слово ни одного из тех, кто участвовал в восстании Вадима и Олафа, не оставить в живых! – обречённо поведал Иловай, нынче уже бывший помощник Вадима по тайным делам, которому посчастливилось бежать вместе с остатками воинов Олафа. – Мы решили уходить по большому кольцу через Волгу, а там лучше всего через Свирь в Нево, или где-то затаиться на время, пока всё утихнет, – добавил он мрачно.

– Это всё равно, что не сразу затянуть удавку на собственной шее, а делать это постепенно и более мучительно, конец тот же, – хорошо поставленным голосом молвил Скальд. – На Свири и при выходе из озера Нево стоят посты Ререга! – Он тут же повторил сказанное на словенском – пусть всем будет доступна сила его речей.

– Что же делать? Должен быть какой-то выход! – наперебой загомонили воины Олафа и новгородцы.

– Я спас от верной смерти и сделал богатыми вот этих настоящих викингов, – он широким жестом показал на своих воинов и выдержал долгую паузу, чутко ощущая растущее среди слушателей напряжение.

– Да, мы все были бы уже мертвы, если бы не наш славный ярл, Божественный Певец, – воскликнул первым Хродульф. Его поддержали четверо друзей, а за ними и остальные бывшие воины хёвдинга Хродгайра.

– Ярл, когда ты стал ярлом, Скальд?! – очи кормщика расширились от удивления.

– Конунг Гуннтор отличил меня этим званием и дал особое поручение, чтобы я мог разобраться с Хродгайром и как следует исполнить его приказ.

– А где же Хродгайр? И почему вы идёте с Волги? – опять спросил кормщик, для которого известие о предательстве было столь же неожиданным, как и то, что Ас-скальд теперь ярл.

– По велению конунга Гуннтора этот предатель был мной казнён. Вот эти пятеро достойнейших воинов – свидетели того, что приказ и звание ярла я получил от самого конунга, – торжественным голосом сообщил певец, и все его воины согласно закивали головами. А поражённый нежданной новостью кормщик только в задумчивости потирал свою правую длань и глядел на скальда широко открытыми от удивления очами. – Я никому не могу сообщить, что поручил мне наш непобедимый Гуннтор, но смею поклясться, что всё, что я делал до сих пор, было сделано во исполнение этого приказа. Это всё, что я могу сказать. Большего не требуйте, на мне слово, данное Гуннтору, и даже если этот великий воин уже в Вальгалле, я не могу нарушить данного ему обещания!

Наступило молчание, только потрескивал огонь в костре, и кричали ночные птицы, да нет-нет плескалась в воде не то рыба, не то любопытная русалка. Пырей тихо переводил слова Скальда новгородцам.

Тишину прервал Хродульф. Он встал, подражая своему другу, обвёл всех выразительным взглядом и заговорил медленно, стараясь придать как можно больше силы и проникновенности своему голосу.

– Если мы все хотим остаться в живых, да ещё и разбогатеть, то должны выбрать ярла Ас-скальда нашим конунгом.

– Верно, – наперебой поддержали его вначале четверо близких друзей, а потом и все остальные тридцать воинов покойного ярла Хродгайра.

– Он вывел нас из смертельной западни!

– Благодаря ярлу Ас-скальду мы вообще живы!

– Да ещё и с богатой добычей!

– Боги благоволят Скальду, а вместе с ним и тем, кто рядом! – восторженно выкрикнул Хродульф. Общее вдохновение передалось и вновь прибывшим.

– Пусть Певец будет нашим воеводой, – первым по-словенски воскликнул новгородец, – всё равно Вадим и Олаф погибли!

– Но ведь здесь не все, кто уцелел, может, они будут против, – выразил некое сомнение сам певец.

– Скальд – конунг, мы согласны! – на нурманском загалдели уцелевшие викинги, привычные за долгие годы, что голос Скальда всегда вселяет уверенность, спокойствие и силу.

– Никто не будет против, – веско заключил Хродульф, – верно сказал новгородец, Олаф и Вадим погибли, Гуннтор и Лодинбьёрн тоже, а нам нужно выбираться из этой ловушки, без конунга не будет порядка!

– Да здравствует новый конунг Скальд, певец божественных асов!

Новый конунг встал, подняв сжатую в кулак правую руку. Потом он обнажил меч и, держа его перед собой остриём к небу и рукоятью у груди, глядя на обнажённое лезвие, торжественно молвил:

– Я клянусь исполнить вашу волю и быть достойным конунгом, обещаю, что забота о вас будет для меня самой главной, и что добычу всегда буду делить так, как повелевают наши древние законы. Единственное, что вы должны будете делать, – добавил скальд, – это беспрекословно слушаться меня. И тогда Великий Один и Божественный Тор дадут нам всё, ибо они внемлют гимнам, которые я слагаю для них! Поклянитесь мне в верности Одином и Перуном на своих клинках, – велел Певец.

– Клянемся тебе, конунг Ас-скальд!

– Клянёмся!

– Клянёмся!

– Заканчивайте ужин, а я буду думать, как нам уйти из западни, да ещё с прибылью! – ответил своим воинам новый конунг.

Уже давно закончился ужин, воины стали рассказывать друг другу, как они сражались, как уходили от погони, как тянули корабли через волоки.

– Слушайте все, – объявил своё решение, возвратившись к костру, Скальд, – боги подсказали мне, что нужно делать. – Викнги и новгородцы затихли, внимая решению своего вождя. – Мы сейчас перетащим наши лодьи с товарами в Западную Двину…