Ювелирные сокровища Российского императорского двора - Александр Соколов

Порядок несения императорских регалий по этому маршруту был следующий. В начале процессии двигался взвод дворцовых гренадер, за ним шли два церемониймейстера с жезлами, далее два коронационных обер-церемониймейстера с жезлами. Только после них шли сановники с регалиями по два человека в ряд. Регалии несли на подушках из золотой парчи, окаймленных разноцветными, по цветам империи, тесьмой и кистями. Вначале несли «Цепь Ордена Святого Апостола Андрея Первозванного Ея Величества Государыни Императрицы Александры Федоровны». Затем в ряд шли сановники, несшие государственный меч, государственное знамя и государственную печать. Далее торжественно несли «Порфиру Ея Императорского Величества» и «Порфиру Его Императорского Величества». За ними следовали сановники, несшие державу и скипетр. Последняя пара сановников несла «Корону Императорскую малую» и «Корону императорскую большую». Корона вдовствующей императрицы Марии Федоровны в этих торжественных перемещениях участия не принимала.

Каждую из пар сановников, несших регалии, с каждой стороны сопровождал дворцовый гренадер. Завершали шествие верховный церемониймейстер с жезлом и два герольда «в их уборе», за которыми вновь шел взвод роты дворцовых гренадер^[327].

В Тронном зале Большого Кремлевского дворца Верховный маршал, «передав свой жезл одному из участвующих в шествии камергеров и приняв регалии в последовательности, в которой оные несены были из Оружейной палаты», укладывал их на особо приготовленный по правую сторону трона стол. При этом государственное знамя устанавливалось «на устой», позади этого стола. В заключение церемонии рядом со столом устанавливался караул дворцовых гренадер и постоянно присутствовал дежурный камергер.

Коронационная мантия Николая II. 1896 г.

Примечательно, что в церемониале оговаривалась возможность перенесения императорских регалий из Оружейной палаты в Большой Кремлевский дворец по сокращенному маршруту на случай дождливой погоды.

В день коронации, когда на точно предписанных местах выстраивался коронационный кортеж, в него вписывались и императорские регалии. Так, в «Церемониале Священного Коронования» указывается, что императорские регалии должны нести на 45-й позиции от головы колонны. При этом порядок их несения был тот же, что и накануне, но по сторонам императорских регалий шли уже не дворцовые гренадеры, а «флигель-адъютанты, Свиты Его Величества генерал-майоры и генерал-адъютанты, генерал-майорского и генерал-лейтенантского чина». На 50-й позиции шествовал Николай II, за ним шла императрица Александра Федоровна.

Когда кортеж вступал в Успенский собор Московского Кремля, наступала самая ответственная часть торжеств – собственно процедура коронования, в ходе которой императорские регалии играли важнейшую роль. Сановники, несшие Большую и Малую императорские короны, останавливались на верхней площадке трона у стола, на который и укладывали короны.

Когда началась церемония коронации, Николай II, сняв с себя обыкновенную цепь ордена Св. Апостола Андрея Первозванного и отдав ее одному из ассистентов, велел возложить на себя императорскую порфиру «с принадлежащей к ней бриллиантовую цепью сего ордена», а митрополиты Санкт-Петербургский и Киевский, приняв порфиру от сановников, поднесли ее царю на двух подушках и помогли ему возложить ее на себя. Следует напомнить, что порфирой называлась большая императорская мантия из золотой парчи, подбитая горностаем и расшитая большими государственными гербами. Очень тяжелая.

Возложение короны. 1896 г.

Каждое из описанных действ сопровождалось молитвой. По окончании второй молитвы Николай II повелевал подать себе Большую императорскую корону. Сановник, несший ее во время шествия, подносил корону на подушке митрополиту Санкт-Петербургскому, который передавал ее из рук в руки царю. Следует подчеркнуть, что все регалии попадали в руки императора только из рук высших церковных иерархов. Далее Николай II, приняв с подушки корону, возлагал ее сам на свою голову. После молитвы Николай II повелевал подать себе скипетр и державу. Приняв в правую руку Скипетр, а в левую Державу, царь садился на трон. По свидетельству В.Ф. Джунковского, Николай II и Александра Федоровна восседали «на престолах царей Михаила Федоровича и Иоанна III».

Зафиксировав это положение «для вечности», Николай II укладывал обе регалии на подушки, поданные несшими их сановниками, и призывал к себе императрицу Александру Федоровну. Подойдя, она опускалась на колени на малиновую бархатную подушечку. После этого Николай II, сняв с себя Большую императорскую корону, касался ею головы императрицы и затем снова возлагал ее на себя. Затем Николаю II подносили Малую императорскую корону, которую он возлагал на голову Александры Федоровны. Ассистентами императрицы были два брата, младшие сыновья Александра II, великие князья Сергей и Павел Александровичи.

Четыре статс-дамы, сопровождавшие императрицу, немедленно поправляли корону, пришпиливая ее специальными шпильками к прическе императрицы. После возложения короны императрице подносили порфиру (т. е. мантию) и «женскую» бриллиантовую цепь ордена Св. Андрея Первозванного. Те же статс-дамы немедленно расправляли мантию. После этого Александра Федоровна поднималась и возвращалась к своему трону, а Николай II вновь принимал скипетр и державу. Собственно, эти описанные действия и являлись церемонией коронации императорской семьи. Протодиакон провозглашал весь императорский титул и желал «многие лета…». В этот момент начинали звонить все колокола, а народ отсчитывал 101 пушечный залп.

Коронование императрицы Александры Федоровны. 1896 г.

По окончании звона колоколов и стрельбы пушек Николай II, встав с трона и отдав Скипетр и Державу сановникам, коленопреклоненно читал установленную молитву. Также на коленях молитву «от всего народа» читал митрополит. Во время этой молитвы Николай II стоял, а все сановники, бывшие в Успенском соборе, вслед за митрополитом опускались на колени. Эта картина западала в душу – читающий на коленях молитву «от всего народа» митрополит, стоящий на коленях весь военно-политический бомонд и возвышавшийся над тысячами коленопреклоненных сановников император.

Следует отметить, что Успенский собор в «чрезвычайном коронационном режиме» вмещал около 5000 человек. С учетом многочисленных гостей все места были разобраны очень плотно. Все присутствующие были одеты согласно протоколу, жестко предписывавшему форму одежды. Даже малейшие отступления от этой формы требовалось согласовывать чуть ли не на высочайшем уровне. По крайней мере, старейшая из великих княгинь Александра Иосифовна, одетая «по форме» в русское платье из серебряной парчи, с дивными драгоценностями, «…просила разрешения их величеств не быть в декольте, боясь простуды, и потому корсаж ее платья был закрытый». Кстати, для великой княгини Александры Иосифовны это была уже третья коронация (1856, 1883 и 1896 гг.).