Артиллерия Ивана Грозного - Алексей Лобин

Одна из последних попыток контрудара со стороны ливонцев закончилась в декабре 1559 г. провалом: «приходил маистр к Лаюсу со многими людми немецкими и с нарядом со многим, и, поставя туры, бил по городу из наряду, и розбил город до основания на пятнатцати саженях». Но контрбатарейная стрельба с баешь русских пушкарей была достаточно успешной – «… из города из наряду у маистра две пушки розбили»^[566].

Между тем во Пскове шли значительные приготовления к последнему походу против гибнущего Ливонского ордена.

В мае 1560 г. «посылал царь и великий князь Иван Васильевичь всеа Русии бояр и воевод своих в Ливонскую землю немец воевать. А были воеводы в Немецкой земле з большим нарядом под городом под Вильяном по полком». Возглавляли рать кн. И.Ф. Мстиславский, М.Я. Морозов, А.Ф. Адашев, Ф.И. Троекуров. Огнестрельный наряд возглавляли окольничий и воевода Д.Ф. Адашев и Д. Федоров сын Пушкин Шефериков, «у наряду» были головы: «Семен Ондреев сын Овцын, Василей Яковлев сын Пыжов Отяев, Микифор Васильев сын Мижуев, Потап Угримов сын Векентьев, Микифор Федоров сын Вышеславцов, Иван да Федор Борисовы дети Еремеева, Григорей Онисмов»^[567].

Вперед для блокирования города («городу к Вильяну посылано город осадити») был послан легкий отряд кн. В.И. Барбашина, Д.Г. Плещеева, В.Б. Сабурова, а затем подошла и вся армия в составе 17 воевод и 86 сотенных голов^[568].

Таблица 8

Соотношение воевод и голов в походе на Феллин 7068 г.^[569]

Феллин^[570]

4/13(+1^[571])

2/13(+1^[572])

Таким образом, количество сотенных голов, командиров сотен, насчитывало до 86. Следовательно, в походе могло принимать участие до 9000 дворян и детей боярских, а с учетом послужильцев, стрельцов и казаков – до 17 000 человек. Столь крупный поход, конечно же, сопровождался достаточным количеством артиллерии.

Кн. А. Курбский отметил в наряде 40 «дел великих» и полсотни других орудий. Реннер говорит о таком же количестве – и ценность его сведений в том, что в них перечисляется состав: 15 огненных мортир, 24 крупных картаун и нотшлангов, а также других полевых орудий^[573]. Итак, ударной частью осадного наряда было сорок «стеноломов» и мортир. Более подробный состав определить невозможно, но можно отметить, что в составе «нотшлангов» были 12-фунтовая и 10-фунтовая пищали под именем «Гладкие» (имевшие гладкие стволы без орнамента), а среди feltgeschutte – 5 полуторных пищалей в 3–7 фунтов ядро, 27 затинных пищалей и 21 «сорока» – «сороковое» многоствольное орудие. После взятия Феллина перечисленные стволы были оставлены в орденской крепости.

Феллинская артиллерия включала в себя как новейшие, так и старые орудия XIV–XVI вв., кованные из железа, такие как кулеврины с клином («пищали с вкладнем»), дробовые короткоствольные орудия, многоствольные органы, гаковницы. В 1557–1559 гг. в Любеке магистр заказал отливку больших картаун и шлангов – как писал кн. А. Курбский, «кортуны великие, их же многою ценою из-за моря з Любка места великого, от германов своих достали было». Среди крупных орудий Реннер перечисляет 3 картауны и 2 полукартауны (очевидно, любекские), 2 нотшланги, 2 огненные мортиры, 6 полевых орудий ^[574]. В 1582 г., когда русские передавали Феллин полякам, указанных орудий уже не было, следовательно, они были вывезены в Россию.

Одна из «вильянских» картаун через два года была отобрана государем для участия в осаде Полоцка и вместе с другими орудиями громила стены и башни цитадели. А через семнадцать лет роспись наряда Ливонского похода упоминает большую мортиру или бомбарду – «пушку Вильянскую» (феллинскую, Вильян – Феллин) калибром в 4 пуда (64 кг ядро). Все это указывает на то, что русские активно использовали трофейную орденскую артиллерию в осадах 1560-1570-х гг.

Осада крепости. Гравюра И. Аммана из книги Л. Фронспергера, 1573 г.

Спустя 49 лет в описи Смоленска 1609 г. были упомянуты три пищали «вильянские» под именем «Лев». Один «Лев», стоявший на Молоховских воротах, имел калибр в 8 фунтов, другой «на станку, на колесах», защищавший Круглую башню – 6 фунтов. Калибры и длина стволов в 2 сажени длиной (более 4,2 м) говорят о том, что это, скорее всего, упомянутые Реннером две «нотшланги». Третий «Лев» стрелял ядрами в 3,5 фунта – это, вероятно, один из шести упомянутых ливонским хронистом feltgeschutte, полевых орудий^[575].

Все вышеописанные орудия к началу осады 1560 г. осыпали русские шанцы снарядами.

Описание похода на ливонскую цитадель оставил Андрей Курбский. Артиллерию вверх по реке Эмбах, по озере Выртсъяв и по реке Тянассильма перевезли на стругах и высадили за две мили до Феллина.

Под ливонской цитаделью русские, по словам А. Курбского, стояли три недели и с артиллерийских батарей обстреливали укрепления. Основную роль во взятии Феллина сыграли «огненные» мортиры и бомбарды, которые буквально засыпали крепость зажигательными снарядами. Ночью, как пишет Курбский, одно зажигательное ядро упало на церковь и воспламенило все вокруг. Вслед за ним очаги пожаров создали и другие мортирные ядра, после чего «загорелся город».

Феллин пал, и вся новейшая артиллерия, заказанная и доставленная туда из Любека, попала в руки «московитов». Магистр Ливонского ордена Г. Кетлер позже жаловался императору Фердинанду I, что Московит «захватил все мои лучшие орудия»^[576].