Артиллерия Ивана Грозного - Алексей Лобин

Тогда же, в июне, «велел государь быть в Ливонской немецкой земле воеводам по полком, как итти им в Новугородку к немецкому, и к городу Юрьеву, и Костру и промышлять, сколько милосердый Бог поможет»^[547]. Новгородок-Ливонский, он же Нейгауз, являлся фактически ключом к главной крепости Дерптского епископства – Дерпту (Юрьеву).

Артиллерия, выдвинутая к этой небольшой крепости, была достаточно мощная. После установки туров воевода кн. П.И. Шуйский велел головам «наряд подвинули к городу», после чего началась жестокая бомбардировка, в ходе которой одна из башен была обрушена («из наряду збили стрельню и стены городные розбили много»^[548]). 17 июня комендант Нейгауза Георг Икскулль сделал «удачную вылазку» на русские туры, но ее результаты неизвестны. В течение трех недель гарнизон небольшой крепости оборонялся, что не могло быть не отмечено в русских летописях: «и билися немцы добре жестко и сидели на смерть»^[549]. После приступа ливонские кнехты были оттеснены в цитадель («вышгород» русских летописей), «и в вышегороде из наряду немец побили многих». 30 июня крепость пала.

На пути к Дерпту рыцарские замки сдавались один за другим. 6 июля пал Варнбек, в трех милях от «столицы» епископства.

Оборонительные сооружения Дерпта в то время состояли из каменных стен и 17 башен. Главные сооружения города – епископский замок, епископский дом и Домский собор, стояли на возвышенностях, называемых Домбергом, вблизи реки Омовжи. Город защищало несколько сотен стволов артиллерии, включая длинноствольные шланги (в поздних русских документах – «юрьевские змеи»), а также фальконеты и potthunde, что по-русски звались тюфяками. Среди новейших орудий, которым суждено вступить с дуэль с русскими «пищалями и пушками», особо выделялся большой «Змей», отлитый выдающимся мастером Кортом Хартманом, очевидно, в Ревеле. Позже, уже после взятия Дерпта, орудие увезут в Москву, и до конца XVII в. оно неоднократно участвовало в войнах, а затем, в 1695 г., «Змей» был перевезен из Москвы на юг в г. Севск. Согласно описаниям, «пищаль немецкого литья Змей Юрьевский», отлитая «Кортом Хартманом», имела действительно длинный ствол в 6 аршин (более 4200 мм) и при одинаковом с русскими «полуторными пищалями» калибре в 6 фунтов весила 133 пуда!^[550]

Опись 1582 г. перечисляет собственно дерптские орудия, оставшиеся к тому времени в крепости: 11 фальконетов железных и медных (от ½ до 1¼ фунта ядро), 30 сороковых пищалей (от ¼ до 3 фунтов), 26 железных казнозарядных орудий «со вкладными» (от ¼ до3 фунтов ядро), 2 пищали в ⅔ фунта ядро, 1 пищаль в ¼ фунта ядро, 2 пищали кованые железные (¾ фунта ядро), 2 длинных мелкокалиберных шланга (¾ и 3¼ фунта ядро), 2 железных пушки «со вкладнями» (5-10 фунтов ядро) из состава старой епископской артиллерии. Интересно, что в составе дерптской артиллерии мы встречаем также довольно редкие для Ливонии чугунные пищали в количестве 5 единиц (от ¼ до 1¼ фунта ядро. К сожалению, опись 1582 г. упоминает лишь малую часть орудий, оставшихся к тому времени на вооружении крепости.

С 8 июля русские воеводы под командованием П.И. Шуйского уже начали вести осадные работы вокруг Дерпта. В первые дни, пользуясь густым туманом, удалось возвести несколько шанцев. Основной удар был сосредоточен напротив Андреевских ворот около городского собора^[551]. Тогда же, 8 июля, артиллерию перетащили из судов на сушу, после чего стали оборудовать батареи, соединяемые шанцами. Состав части русского осадного наряда можно восстановить, используя опись русской артиллерии из ливонских городов, возвращенной Москве по договору 1582 г. После взятия в крепости были оставлены несколько пушек и пищалей.

Реннер говорит о восьми осадных картаунах, двух больших огненных мортирах и других орудиях, «больших и малых», доставленных из Нарвы^[552].

В составе оставленного после взятия Дерпта наряда числились две пушки, одна железная (очевидно кованая) с ядрами в 1,5 пуда (24 кг), другая медная, длиною более 2 м (названа «саженной», т. е., по сути бомбарда), с каменными ядрами в 1¼ пуда. Среди проломных пищалей, обстреливавших Дерпт, выделяется 40-фунтовый «Свиток» (имевший ствол в виде каната – см. пищаль, аналогичную пищали «Свиток», 1590 г. в ВИМАИВ и ВС), 18-фунтовая медная пищаль «Гладкая» из Пскова (ствол, очевидно, не имел никаких украшений и был «гладким»), 9-фунтовая пищаль «Грановитая» (ствол отлит с гранями) и 7,5-фунтовая «Желобчатая» (ствол украшен продольными желобками). Среди орудий «середнего» осадного наряда традиционно участвовали 6-фунтовые «пищали полуторные» – и пять единиц их было оставлено в Дерпте после его взятия.

Умелое сосредоточение русскими крупных орудий в батареи напротив наиболее уязвимых и слабо защищаемых участков стен и башен сделали свое дело. За шесть дней (с 11 июля) непрерывного обстрела русские пушкари «стену городовую розбили», а с помощью мортир (псковский летописец называет их по стрельбе навесной траекторией «кривыми пушками»), стрелявших «огнистыми» и каменными ядрами, «в городе из наряду многих людей побили»^[553]. Русские пушки заставили замолчать достаточно мощную, но на деле плохо организованную артиллерию противника. 14 июля, в четверг, ядра, пущенные с новых русских батарей, «начали падать на крыши домов».

В ночь на 15 июля подкопных дел мастера подложили под стену у Андреевских ворот 6 бочек пороха. Взрыв обвалил часть стены – остальное доделала артиллерия. Пробитая брешь и подавленные орудия фактически открывали путь для приступа. Воевода кн. Петр Шуйский дал два дня дерптцам на обдумывание условий капитуляции^[554]. Епископ Герман не стал испытывать судьбы и согласился открыть ворота.

Трофеями русских стали несколько сотен стволов епископской артиллерии. Лебедевская летопись пишет о 552 орудиях «больших и меньших» – и, самое интересное, вряд ли она преувеличивает. Хронист Реннер вообще говорит о семистах орудиях, захваченных русскими в Дерпте^[555]. По рижским данным, «в городе взяты несколько шлангов, несколько картаунов, сто двадцать новых фальконетов», среди всего этого артиллерийского имущества, отмечает рижская хроника, были «лучшие орудия»^[556].