Артиллерия Ивана Грозного - Алексей Лобин

Вести с литовских рубежей приходили неспокойные. Стало известно, что король Стефан Баторий собирает большую армию в поход.

Основу артиллерии Батория составляли орудия из Тыкоцинского и Виленского цейхгаузов, отлитые во времена Сигизмунда Августа. По немецкой классификации это были «певицы», нотшланги, фальконы и мортиры средние и малые. Пополнили Баториев арсенал и захваченные в данцигской войне полукартауны, фельдшланги, квартшланги, фальконеты и серпентины ^[722].

В свою очередь, в 1579 г. русское артиллерийское вооружение ливонских крепостей значительно уменьшилось за счет посылки в районы предполагаемого удара – в крепости Суш, Велиж, Усвят, Полоцк, Псков, Великие Луки и др. нескольких орудий и боеприпасов. Русским отрядам в Ливонии приходилось рассчитывать только на собственные силы. Командование вооруженными силами стремилось разделить по городам запасы, исходя из оборонительных возможностей и стратегического положения крепостей, даже если речь шла о незначительном артиллерийском вооружении, например о мелких пушечках и затинных пищалях.

Летом 1579 г. почти 40-тысячная армия Стефана Батория при 67 (из них – 33 тяжелых) орудиях двинулась на Полоцк. Вперед к крепости выдвинулись отряды Николая Радзивилла и Каспара Бекеша.

Русские острожки по обеим сторонам Двины – Козьян, Красный, Ситно – были взяты с недельными интервалами (28 июля – 4 августа).

В начале августа король со своей армией подошел к Полоцку, обороняемому воеводами В.И. Телятевским, П.И. Волынским, Д.М. Щербатым, И.Г. Зюзиным^[723].

По свидетельству современников, Баторий поручил наемникам-немцам вести подкоп под укрепления Стрелецкого острога, а венграм Каспара Бекеша – бомбардировать и штурмовать Заполотье. Последние весьма рьяно взялись за обстрел деревянных строений калеными ядрами, «изобретением новым и бесчеловечьим». Использование каленых ядер обычно приписывают венграм, но это не так: в военных трактатах второй половины XVI в. содержатся инструкции для стрельбы такими снарядами. На страницах «Военной книги» («Das Kriegsbuch») Л. Фронспергера 1571–1573 гг. подробно описываются правила стрельбы. В русском переводе данного трактата 1620 г. («Воинская книга о всякой стрельбе…») говорится: «Заряди пушку добрым порохом, да забей деревянным пыжем, и на тот пыж намажь гораздо с палец толщиною глины, которая б не исщеплялась, да дай ему высохнути гораздо, потом намажь его еще где понуже надобно, да укрепи его гораздо такою глиною мажучи, чтоб от ядра порох не запалился»^[724]. Потом клещами брали из жаровни раскаленное ядро и клали в ствол («И если в кузнице ядро в горну гораздо разжечи, да положи его таково раскаленно клещами железными в пушку»), после чего пушкарь поджигал запальное отверстие в стволе.

Пущенные венгерскими пушкарями каленые ядра воспроизвели пожар. Заполотье заполыхало, и тогда русские оставили укрепления и отошли в Верхний город.

Для штурма укреплений необходимо было сделать бреши, – и более трех десятков стволов польских батарей стали методично обстреливать деревянно-земляные укрепления. Но ядра часто рикошетировали, а те, которые пробивали слой бревен, увязывались в земле.

Попытки поджечь стены также потерпели неудачу, за исключением одного участка городень.

Очевидец осады Полоцка Антонио Мартинелли писал: «…каленые ядра, которые поначалу казались единственным действенным и самым сильным средством борьбы в этих обстоятельствах, из-за непрерывных потоков воды, которая обильно лилась с небес, становились почти бессильны, теряя изрядную часть жара прежде, чем они успевали долететь до цели»^[725].

Несмотря на успешную борьбу с калеными ядрами (деревянные постройки обкладывались дерном), все же защитникам не удавалось обеспечить «пожарную безопасность» от факелов, которыми венгерские наемники поджигали стены. Рейнгольд Гейденштейн так описывает обстрел венгром Бекешом полоцкой цитадели: «Бекеш сперва начал громить крепость из пушек; когда же это мало имело успеха по той причине, что стены, состоявшие из дерева, хотя и пробивались в некоторых местах, но почти не разрушались, то Бекеш начал бросать каленые ядра. Этот способ возбуждать пожар изобретен был еще ранее самим королем во время междоусобных войн венгерских; он еще тогда заметил, что все разнообразные средства, выдуманные другими для возбуждения пламени, более были рассчитаны на внушение ужаса призраком пожара, вовсе не имея действительной к тому силы»^[726].

Но за тем местом, где горела стена, полочане, прикрываясь большим пламенем, насыпали вал и сделали ров.

Тем временем русские ядра также наносили неприятелю ущерб. Артиллерийское противодействие защитников было весьма ощутимым – во время отражения штурмов основные потери атакующие несли именно от огнестрельного оружия. Как-то даже полоцким пушкарям удалось обстрелять свиту короля, которая вела рекогносцировку. Ядро упало рядом с королем и убило одного из сопровождавших всадников. Во время одного из приступов артиллерией были убиты множество венгров, а среди них – знаменитый командир Михаил Вадаш.

Но положение защитников было удручающим. Попытка полочан укрепить одну из башен, которая значительно пострадала от пожара, закончилась неудачно – отряд венгров под командованием Петра Рача, прикрываемый артиллерией, атаковал и поджег башню. Пожар продолжался всю ночь.

Воеводы вступили в переговоры о сдаче крепости. Мужественно защищавшемуся гарнизону Баторий разрешил покинуть крепость^[727]. В частных Разрядных книгах вся вина в сдаче города ложилась на воевод: «Полоцк взял изменою, потому что воеводы в Полоцке глупы и худы. И как голов и сотников побили, и воеводы королю и город здали»^[728]. Часть стрельцов, казаков и детей боярских перешли в Заволочье, Невель, Великие Луки и Усвят.