Приватизация по Чубайсу. Ваучерная афера. Расстрел парламента - Сергей Полозков

На самом деле достигнутый компромисс был гнилым. Получилось, что Президент по — прежнему имел право на беззаконие[54], да и право на референдум получил. И все это только в обмен на замену одной фигуры другой, которая оказалась впоследствии послушной игрушкой в руках Ельцина. Получилось, как в известном анекдоте. Ельцин заявил: «Пить я буду, но курить не брошу!» и депутаты с ним согласились.

Поэтому я особых иллюзий не питал и уже в своем интервью газете Нижегородский рабочий от 26 декабря 1992 года заявил о том, что, если не удастся договориться — лучший выход: Принятие новой Конституции и досрочные перевыборы обеих ветвей власти.

При этом, я тогда считал, да и сейчас считаю, что право принимать Конституцию должен был съезд. Одобрение Конституции на референдуме это профанация и фактически формальное утверждение того документа, который напишет группа специалистов и все. Люди не будут разбираться в тонкостях и проголосуют так, как их сагитируют.

Последующие события подтвердили мою правоту. В связи с тем, что съездом было поручено: «Верховному Совету Российской Федерации утвердить текст выносимого на референдум проекта основных положений новой Конституции (Основного закона) Российской Федерации, согласованный с Президентом Российской Федерации и с Конституционным Судом Российской Федерации. В случае недостижения согласия по отдельным формулировкам проекта, они выносятся на альтернативное голосование», в стране стали создаваться многочисленные круглые столы по обсуждению Основных положений Конституции. Масса общественных организаций пыталась все это обсуждать. Как я тогда пошутил, из круглых столов можно было сформировать целое кафе.

Но толку было мало, совместный документ так и не был выработан.

Текст, который предложила Конституционная комиссия, фактически не содержал никаких альтернатив, и для простых людей представлял собой набор фраз: За все хорошее против всего плохого. Президиум Верховного Совета направил этот текст и Президенту, и в субъекты РФ, но выносить его на референдум было бессмысленно. Президент этот вариант отверг, его сатрапы предложили набор вопросов, главным из которых был такой: Вы за Президентскую Республику или против?

Но, что понимать под Президентской Республикой? Специалисты знают: есть американский вариант. Есть французский, да мало ли какие есть, но избиратели не были обязаны все это знать и предлагать им голосовать вслепую, было просто авантюрой. Да демократы сами толком в этом не разбирались.

Помню, как я вместе с Львом Пономаревым — отъявленным демократом, который и сейчас в 70 с лишним лет бегает на митинги и В. Л. Шейнисом — членом Конституционной комиссии дискутировали по этому поводу в прямом эфире первого канала телевидения. Я впрямую задал этот самый вопрос Пономареву. Он мне отвечал:

— Президентская республика это как в США.

— Позвольте, следовательно, вы за то, чтобы каждого министра утверждали 2/3 голосов Верхней Палаты?

— Нет.

— А в США-то так!

После передачи, когда мы шли по коридорам телецентра Пономарев спросил Виктора Леонидовича:

— А что в США действительно министры так утверждаются?

— Да, отвечал Шейнис, а я, не выдержав, обматерил Пономарева:

«Как же ты можешь говорить миллионам людей о том, о чем сам не имеешь ни малейшего представления. Ты же доктор наук, ты же должен понимать, как это дико и преступно?»

Впрочем, все они понимали. Просто не нужна им была никакая Конституция. Под этим предлогом им просто было необходимо сломать последнее препятствие в виде Верховного Совета на пути построения дикого компрадорского капитализма в стране.

Тем не менее, референдум в соответствии с «гениальным» компромиссным решением 7-го съезда надо было проводить 11 апреля, и поэтому был созван 8-ой съезд народных депутатов.

На нем было решено вернуться в конституционное русло и проводить процедуру принятия Новой Конституции в законном порядке. Конституционной комиссии в 3-х месячный срок представить проект Основных положений и направить в субъекты РФ на согласование. Естественно, при отмене Постановления 7-го съезда, отменялся и мораторий на статьи Конституции 121. 6 и пп. 19. ст-и 109.

Ответ со стороны Президента не заставил долго ждать.