100 дней между жизнью и смертью - Лилия Кох

– А я сегодня Аню встретил, помнишь, ту, у которой мама постоянно на «шпрахах» плакала, потому что домой хотела. Так вот, они решили вернуться и скоро уедут.

Я слушала и не верила своим ушам.

– А как же сама Аня? Она тоже уезжает вместе с родителями?

– Ну да, так она сказала… Еще передавала тебе привет и просила позвонить ей, если сможешь.

Герман убежал к дедам, а я как вкопанная стояла посреди комнаты, переваривая услышанное. Недолго думая, я набрала Анин номер. Мы договорились встретиться в знакомом кафе.

Хорошо помню, как после приезда в Германию сильно скучала Наталья, ее мать, уже тогда она хотела вернуться в Россию. Николай, отец семейства, человек уравновешенный, реагировал более спокойно на перемены и везде мог приспособиться. Но Аня, такая умная, талантливая… У нее и язык сразу пошел, и учеба легко давалась. Казалось бы, все только начинается, и не за горами успех. Что же случилось? Стук в дверь прервал поток мыслей.

Улыбка на лице соседки фрау Шмидт мгновенно сменилась пытливым взглядом.

– Что случилось, Лиленька? – Кажется, это был любимый вопрос соседки! С фрау Шмидт мы давно не виделись, с тех пор, как уехали в санаторий. В то время она гостила у подруги в Лейпциге и вернулась, когда нас уже не было. – Ты не переживай, Лиленька, не все могут так просто в чужой стране прижиться, – успокаивающе произнесла она, когда я ей рассказала про Аню. – Расскажи лучше, как вы отдохнули в санатории? Наверное, снега там было много?

Я невольно покосилась на желтую картинку, которая теперь красовалась на комоде.

– Да, снега было очень много, и отдохнули мы хорошо…

В глазах соседки промелькнула тень сомнения, и она предложила приготовить ее фирменный чай. Фрау Шмидт была для меня не просто соседкой или знакомой старушкой. С момента нашего знакомства я очень привязалась к ней и чувствовала на себе ее нежную заботу. После первого глотка ее волшебного чая я рассказала о наших приключениях в санатории, во всех деталях и подробностях.

– Тебе грустно от этого? – немного помолчав, спросила она.

– Нет, уже нет… За последний год я научилась принимать события так, как то, что должно случиться. Все, что произошло, должно было произойти и имеет свой смысл…

Правдой это было лишь наполовину, но совсем не хотелось расстраивать и без того обеспокоенную старушку.

– Ты слишком много думаешь и переживаешь за других, а больше нужно о себе думать… – с сожалением в голосе сказала она. – Когда голова постоянно занята другими людьми и их проблемами, то для себя самой совсем не остается места. Потому и в жизни в лучшую сторону ничего не меняется. А ты постарайся больше о своих чувствах и желаниях думать, тогда и в душе какой-нибудь уголок освободится. Того гляди, и кавалер это местечко займет, достойный, который не обидит…

– Да не нужен мне сейчас никакой кавалер! Совсем не нужен! Честное слово! Да и что мне с ним делать-то? Теперь я совсем не знаю, как с кавалерами быть.

– Ну ладно, ладно, время покажет. Расскажи, что ты с работой надумала?

– Ничего особенного. Почти неделю назад кипу писем с резюме отправила, но пока ни одного ответа не получила.

– Ну ничего, семь дней – это совсем не срок.