100 дней между жизнью и смертью - Лилия Кох

15:30

Проснулась в своей постели. Кажется, пару часов пробыла в глубоком сне. Не могу собрать все ощущения в кучу, чтобы понять, что чувствую, чтобы хоть как-то выразить. Заплаканная, обессиленная, больше ничего, полное равнодушие.

Впечатление такое, будто все тело сделано из мягкой ваты. Картинки от первого посещения надолго останутся перед глазами. Слышала, что первый раз обычно самый тяжелый, этим себя и успокаиваю, значит, дальше будет легче. Потому что если и остальные пять раз будут такими же, то не знаю, откуда брать силы и как это выдержать…

Стоп! Надо немедленно прекратить так думать, ведь ты рядом, значит, и силы найдутся!

Химиотерапия – это просто внутривенная инъекция, ничего особенного, обычная капельница и ненавистная иголка. Правда, длился этот укол, на мой взгляд, слишком долго, часа три. За это время в голове промчалось столько неконтролируемых мыслей, которые врывались и внезапно исчезали огромными стаями, вряд ли хоть одну из них смогу вспомнить.

Наверное, от волнения не могла сконцентрироваться и успокоиться. Все ждала, когда мне станет плохо, чтобы быстрее расправиться с этими ощущениями. А потом ждать и находиться в напряжении надоело, и я подозвала медсестру, которая объяснила, что всем пациентам перед началом инъекции вводят какое-то лекарство, которое немного смягчает действие препарата, как минимум на время самой процедуры. Так что совсем плохо не будет! Ну вот, это уже радует!

На терапии я не была одинока. В небольшом зале по кругу стояли кресла, где сидели такие же, как я. Каждый вынужденно рассматривал сидящего перед собой соседа, отмечая новеньких.

Человек десять, в основном пожилые люди с потухшим, ничего не выражающим взглядом. Многие выглядели очень измученными, но в то же время так, как будто и этот зал, и капельница, и все происходящее для них абсолютно нормально и привычно. Словно это некий, отдельный мир, который мне совсем незнаком. Наверное, всем сразу стало понятно, я здесь новичок.

Обратила внимание на то, что среди больных нет ни одного, кто был бы в парике, хотя на контроле у наблюдающего онколога, в комнате ожидания, видела много лысых мужчин и женщин в париках или платках с накрашенными карандашом бровями. Еще в глаза бросилось то, что у некоторых катетер подключен не к руке, а к месту под ключицей. Это страшно меня напугало. Говорят, такое бывает, когда «химия» сжигает вены и ничего другого не остается. Может, у них это уже не первая и не пятая, а десятая процедура. Надеюсь, моих не очень-то заметных вен, да еще и на одной руке, на шесть раз хватит. Левую руку теперь вообще трогать нельзя.

Честно говоря, не ожидала, что здесь будут другие люди. Прежде чем иголку ввели в вену, я задала пару дежурных вопросов о размере иглы и все такое, потом зажмурилась, сжалась, как дурочка, и почувствовала, что все на меня смотрят. Так неудобно, чувствую себя полной идиоткой, а ведь взрослая женщина!

На мое счастье, совсем рядом слева стоял большой аквариум с рыбками. Он меня спас. Когда смотреть на желтое лицо пожилого мужчины напротив было уже невозможно, я отводила взгляд и разглядывала рыбок. Это отвлекало и даже успокаивало.

Действительно, приходилось пялиться на этих людей, но вокруг только они, и смотреть больше некуда, а мне их так жалко! Они такие несчастные, больные и замученные. Я не такая, мне не так плохо, мне совсем не плохо по сравнению с ними! Не знаю, почему снова думаю, что всем хуже, чем мне… Может, так и есть.

Надо попытаться еще уснуть, кажется, появляется тошнота, лучше переспать все это.

20:40

Проснулась из-за острой головной боли и тошноты. Приняла две сильнейшие таблетки, которые, как мне сказали, удаляют симптомы «химии». Пока, правда, не помогли. Герман помог мне сходить в ванную и умыться. Самой не получается подняться, потому что страшно кружится голова. Никак не ожидала, что мне может быть так плохо, в обед все было еще терпимо.

Посещают странные мысли, как будто меня кто-то отравил, и я медленно умираю. Бред какой-то, может, просто схожу с ума? И все же как чувствовали себя люди, когда понимали, что отравлены? Ужасно!

Разница в том, что у меня не было выбора: я сама позволила отравить себя во имя собственного спасения. Принять яд для уничтожения другого яда. Еще пять раз… надеюсь, меня и моих сил хватит, как внутренних, так и физических…

00:45

Скоро час ночи, а тошнота и головная боль так вымотали за день, что силы на исходе и я не могу уснуть. Сейчас возьму снотворное, а завтра подумаю, что же с этим делать.