Военная агентурная разведка. История вне идеологии и политики - Владимир Соколов

— от Высшего военного совета (ВВС) — помощник начальника Оперативного управления по разведке Б.М. Шапошников;

— от Оперода Наркомвоена:

• начальник Отдела военного контроля (контрразведки) М.Г. Тракман,

• консультанты: Б.И. Кузнецов, И.Д. Чинтулов;

— от штаба Московского военного округа (МВО) — начальник оперативного управления В.М. Цейтлин;

— от штаба Ярославского военного округа (ЯВО) — Гурко-Омельяновский;

— от штаба Северной «завесы»:

• начальник разведотделения В.В. Сапов,

• начальник регистрационной службы (контрразведка) В.Ф. Гредингер;

— от Морского Генерального штаба — А.И. Левицкий;

— от ВЧК — Я.Г. Блюмкин.

Заседания комиссии прошли в период с 1 по 6 июля 1918 г. Я.Г. Блюмкин — единственный в ее составе представитель невоенной структуры, присутствовал лишь на первом ее заседании: у него уже тогда были другие заботы — подготовка к теракту против германского посла Мирбаха. В итоге 5 июля 1918 г. комиссией приняты:

— «Общее положение о разведывательной и контрразведывательной службе», ставшее первым руководящим документом в истории военной разведки и контрразведки постоктябрьского периода,

— «Руководящие соображения по ведению агентурной разведки штабами военных округов».

Оба документа утверждены Л. Троцким в конце июля 1918 г.

Согласно новым взглядам на Всероссийский Главный штаб возлагалось:

— разграничение районов деятельности различных органов разведки, постановка им задач, организация взаимодействия между ними;

— организация заграничной агентурной разведки в мирное время, в период мобилизации и во время войны;

— разработка всех вопросов, связанных с мобилизацией разведки, обеспечивая при этом ее непрерывность с объявлением войны и соответствие заграничной агентурной сети военным коалициям держав;

— сбор, обобщение, систематизирование и анализ сведений, добываемых всеми разведорганами.

Направления деятельности других подразделений и ведомств распределялись следующим образом:

— военно-статистический отдел оперативного отдела Всероссийского Г лав ного штаба (ВСО ВГШ) — в мирное и военное время занимается ведением стратегической агентурной разведки;

— разведывательное отделение оперативного отдела Высшего военного совета (РоВВС) — ведает организацией и ведением разведки в районе демаркационной линии, руководит оперативной агентурной разведкой штабов войсковых «завес», определяет ей задачи;

— разведывательный отдел оперативного отдела Народного комиссариата по военным делам (РО Оперод Наркомвоена) — в мирное и военное время организует и ведет разведку, в том числе и оперативную агентурную, против всех сил, грозивших агрессией Советской республике, и в оккупированных германскими войсками областях Украины, Польши, Курляндии, Лифляндии, Эстляндии, Финляндии и в Закавказье. Кроме того, отделу вменялись в обязанность организация оперативной агентурной разведки с позиций разведывательных отделений оперативных отделов приграничных военных округов (Беломорского, Московского, Ярославского, Орловского, Северо-Кавказского и всех азиатских) на всю глубину сопредельных с ними государств и территориальных образований, появившихся на бывших окраинах России, руководство ею, финансирование и материально-техническое обеспечение агентурной работы. Помимо этого, на него возлагалось исполнение заданий Коллегии народных комиссаров по военным делам.

Однако из-за отсутствия связи, катастрофической нехватки сил и средств в последующем объем задач округам существенно сузили: штабам следовало добывать только сведения, имевшие непосредственное отношение к текущим событиям. Этот принцип был положен в основу деятельности не только штабов приграничных военных округов, но и всех органов военной разведки.

Плечом к плечу с военной разведкой, в тесном взаимодействии с ней должна была работать военная конрразведывательная служба. Ее задачи заключались в:

— изучении системы и методов работы иностранных разведорганов;

— выявлении, документировании и пресечении деятельности иностранных военных шпионов, а также организаций и лиц, деятельность которых подчинена интересам иностранных государств во вред военным интересам России и ее союзников.

В положении подчеркивается, что расследование всякого рода иной преступной деятельности в задачу военной контрразведки не входит. На этом настояли эксперты-разработчики проекта документа из числа специалистов контрразведывательного дела старой царской школы с тем, «дабы не возникало соблазна подменять тяжелую и неблагодарную борьбу со шпионами молниеносными успехами на ниве пресечения неблаговидных действий расхитителей круп, тушенки или мыла». Все выявленные в ходе борьбы со шпионажем факты иных преступлений должны были без их разработки сотрудниками контрразведки немедленно передаваться в распоряжение судебных или административных органов.

Ведение активной контрразведки возлагалось на:

— регистрационную службу Всероссийского Главного штаба (непосредственно оперативной работой занималось особое отделение этой службы);

— отделы и отделения регистрационной службы штабов военных округов,

— отделения регистрационной службы при Высшем военном совете и штабах участков и районов войсковой «завесы»;

— отделения военного контроля;

— учреждаемые оперативным отделом Народного комиссариата по военным делам особые органы, подчиненные ему на местах.

Полномочия особого отделения регистрационной службы Всероссийского Главного штаба не имели ограничений по территории. В его функции входило:

— ведение контрразведки за границей;

— противодействие иностранному шпионажу в Российских центральных учреждениях ведомств военного и иностранных дел;

— наблюдение и выявление шпионской деятельности иностранных посольств, миссий и других официальных представителей иностранных государств при центральных учреждениях России.

Кредиты на разведку и контрразведку ассигновались в размере трехмесячной потребности. Отпуск денег на их нужды на иные сроки производился согласно особым указаниям Коллегии Народного комиссариата по военным делам.

4 июля 1918 г. в Москве открылся V съезд Советов. Нарком по военным и морским делам Троцкий потребовал расстреливать всех, кто ведет враждебные действия на демаркационной линии с немцами: раз уж подписали мир, не надо постоянно провоцировать немцев.

6 июля 1918 г. левый эсер — сотрудник ВЧК Яков Блюмкин убил в Москве германского посла Мирбаха, что послужило сигналом к воодушевленному поддержкой левых коммунистов левоэсеровскому мятежу. В Москве, Ярославле, Рыбинске, Коврове и других городах начались восстания. Волнения большевики подавили, но левые эсеры не выдали своих тайных союзников — левых коммунистов и их вождя Бухарина. (В 1938 г. на суде над Бухариным были допрошены в качестве свидетелей члены ЦК тогдашней партии левых эсеров Камков и Карелин и соратник подсудимого по фракции левых коммунистов Осинский. Они показали, что Бухарин в 1918 г. требовал от левых эсэров «предпринять прямое действие, не останавливаясь перед физическим уничтожением Ленина, Сталина и Свердлова».)