Военная агентурная разведка. История вне идеологии и политики - Владимир Соколов

Политбюро отзывает с хозяйственной работы Л.П. Берию. Он заключает тайное соглашение о совместных действиях с гестапо, очищает НКВД и суды от проникших туда противников существующего строя и работников органов, обогатившихся за счет своих жертв, репрессирует их, а болтунов и невиновных выпускает из заключения и ссылок, отправив туда тех, кто творил беззакония, и депортированных лиц из территорий, отошедших СССР по пакту Молотова — Рибентропа.

Замышляя репрессии, советское руководство исходило из того, что реальность острой и непримиримой социальной борьбы в этих условиях будет проявляться в том, что на первом этапе объектом нападок, клеветы со стороны врагов нового строя станет честный, порядочный человек, добросовестно относящийся к своим обязанностям труженика и гражданина. Задача «троек» — разобраться. При этом зло должно быть наказано, а справедливость восторжествовать. Предполагалось, что на практике задуманное идеально не пройдет, будут издержки и неоправданные жертвы.

На втором этапе замышлялось реабилитировать всех невинно осужденных и привлечь к ответственности тех, кто, имея власть, вершил такое «правосудие». Это дисциплинирует страну: возвратившиеся из мест не столь отдаленных законопослушные граждане будут делать все, чтобы туда не попасть снова, а их обидчики пройдут перевоспитание в лагерях, которые отобьют у них охоту творить беззакония в будущем. Таким образом теория была воплощена в практику, и, следует признать, не безуспешно. В целом страна оказалась в выигрыше, хотя и дорогой ценой.

Один из результатов: «пятая колонна» в ходе репрессий в Советском Союзе была если не уничтожена, то обессилена до состояния, при котором она не способна была нанести удар в спину в предстоящей войне с Германией. Вместе с тем ее активистов успевших засветиться, государство заставило «служить Родине» в лагерях в составе огромной трудовой армии.

Гитлеровский генерал фон Бутлар вспоминает: «Особые условия, существовавшие в России, сильно мешали добыванию разведывательных данных относительно военного потенциала Советского Союза, и потому эти данные были далеко не полными. Исключительно умелая маскировка русскими всего, что относится к армии, а также строгий контроль за иностранцами и невозможность организации широкой сети шпионажа затрудняли проверку тех немногих сведений, которые удавалось собрать разведчикам.»

Как составная часть РККА, под горячую руку чисток попала и военная разведка. Что касается ее агентурной составляющей, то после «хирургического вмешательства», она начала создаваться заново, практически с нуля, на методической и теоретической базе, которую оставили, уйдя в небытие, предшественники — преимущественно офицеры старой царской школы.

Разведупр с 1918 г. за 22 года своего существования претерпел более 25 переходов на новые штаты, а еще больше — изменений к ним (практически структура центрального ведомства военной разведки преобразовывалась ежегодно), не задерживались долго на своих должностях и его начальники. Также часто реформировались разведорганы округов и флотов. В целом военная агентурная разведка к предстоящим испытаниям войной оказалась неготовой.