Английский дом. Интимная история - Люси Уорсли

Как следует из текста «Третьей книги Моисея (Левит)», даже в древние времена на всем, что связано с менструальной кровью, лежало табу — ее следовало скрывать, а не обсуждать: «Если женщина имеет истечение крови из тела ее, то она должна сидеть семь дней во время очищения своего… и все, на чем она ляжет в продолжение очищения своего, нечисто… и всякий, кто прикоснется к постели ее, должен вымыть одежды свои и омыться водою…»[76]. В «Книге пророка Исайи» матерчатая прокладка названа «нечистотой»[77], от которой необходимо избавиться как можно скорее.

На протяжении столетий в качестве гигиенических прокладок использовались куски старой ткани, а о постыдном факте менструации говорили туманно и иносказательно: «визит французской дамы», «красные мундиры пришли», «полная луна». Ричард Мид[78]писал в 1704 году: «Каждый знает, что луна способствует известным эвакуациям слабого пола». Он считал, что у женщин, живущих ближе к экватору, должны быть более сильные кровотечения.

Об отношении к менструации женщин викторианской эпохи мы знаем мало, потому что те не стали бы обсуждать эту тему даже под угрозой смерти. «Первый знак для женщины, чтобы она озаботилась тем, что, возможно, беременна, — когда у нее перестают случаться состояния плохого самочувствия», — так деликатно автор «Советов замужней женщине» описывал в 1853 году прекращение месячных.

В 1896 году компания «Джонсон и Джонсон» запустила в производство «Полотенца Листера»[79]— первые в истории одноразовые прокладки. Но поскольку фирма не могла рекламировать свою продукцию (упоминать о менструации? немыслимо!), товар никто не покупал, и производство пришлось прекратить. Однако во время Первой мировой войны сестры милосердия заметили, что бинты из целлюлозы для перевязки раненых впитывают кровь гораздо лучше, чем хлопчатобумажная и льняная ткань, которой они издавна пользовались сами. И в 1921 году старейшая на сегодняшний день компания по производству гигиенической продукции «Ко-текс» приступила к выпуску одноразовых прокладок. Первоначально они крепились пуговицами или крючками к специальным трусам или к поясу (липкая полоса на прокладках была придумана лишь в 1970-е). Гигиенические прокладки давали женщинам ощущение комфорта и личной свободы, и это понравилось не всем мужчинам. Литературный титан Уильям Фолкнер, завидуя огромному коммерческому успеху мелодрамы Маргарет Митчелл «Унесенные ветром», желчно заявил, что популярность романа — не более чем результат феминизма в «эпоху “Котекса”».

Реклама «Нового менструального пояса “Виктория V «Поразительный успех! Огромные продажи! — гласит сопроводительный текст. — Абсолютно никаких неприятных ощущений в отличие от более традиционной салфетки или ткани».

В 1933 году были изобретены тампоны, которые получили широкое распространение, несмотря на недовольство католической церкви, находившей в них сходство с противозачаточными средствами. Любопытно, что тампоны с аппликатором предпочитают в странах с протестантскими традициями, женщины в которых помешаны на чистоте и больше боятся запачкать в крови пальцы; менее брезгливые жительницы католических стран отдают предпочтение тампонам без аппликатора.

Лишь в 1970-е, во времена торжества феминизма, общество вслух заговорило о менструации. В романе Джуди Блум «Ты слышишь меня, Господи? Это я, Маргарет» (1978) девочка, от лица которой ведется повествование, смотрит в школе образовательный фильм о женской физиологии. «В этом фильме, — разочарованно вспоминает она, — объясняли, что такое яичники, а девочек даже не показали. Сказали только, как здорово все устроено в природе и что мы скоро станем женщинами…» Затем другая девочка спросила про «тампаксы» — этот дерзкий вопрос вызвал в учительнице замешательство. «Мы не рекомендуем пользоваться средствами внутренней защиты, пока вы не станете старше», — услышала она малодушный ответ.

В первое время производители женских гигиенических средств не принимали в расчет, что применение тампонов может грозить токсическим шоком. Когда в начале 1980-х эта проблема дала о себе знать, некоторые феминистки с пеной у рта доказывали, что, если бы тампоны предназначались для мужчин, они проходили бы более тщательную проверку.

Больным вопросом остается утилизация использованных средств женской гигиены. На протяжении почти всего XX века их сжигали — либо дома, либо в бойлерной административных зданий. Запах при этом стоял не слишком приятный. Сейчас на уничтожение использованной гигиенической продукции введены жесткие ограничения: в соответствии с Законом об окружающей среде в общественных туалетах должны стоять специальные урны; их очистка возложена на организации по утилизации медицинских отходов. Чтобы реже опорожнять урны и снизить расходы на вывоз мусора, в туалетах стали ставить бачки большого размера, которые служат источником инфекций, — они занимают в кабинке много места и их трудно не задеть. Впрочем, женщины-дизайнеры уже придумали альтернативу урнам. В спроектированных ими туалетных кабинках предусмотрены встроенные в стену желоба для сброса использованных средств женской гигиены.

В 1976 году было опубликовано первое культурноисторическое произведение о менструации под названием «Проклятье». Выступая на встрече с психиатрами, одна из соавторов — Мэри Джейн — умышленно упомянула, что у нее менструация. Многие из сидевших в зале были обескуражены ее откровенностью. «Да что же это такое! — возмущался мужчина-психиатр. — Мне даже жена в таком не признается!» Жена психиатра относилась к менструации точно так, как ее предки на протяжении тысячелетий.

В последние годы в центре общественного внимания оказалась еще одна тема: как применение одноразовых подгузников влияет на окружающую среду? Интересно приложить некоторые выводы, к которым пришли участники дискуссии, к проблематике утилизации использованных средств женской гигиены. Считается, что родители, расходующие электроэнергию на стирку обычных пеленок, наносят экологии меньше вреда, чем те, кто отдает предпочтение одноразовым подгузникам, которые после использования отправляются на свалку. С точки зрения защиты окружающей среды таким же разумным представляется выбор средств женской гигиены в пользу тех, что могут быть использованы многократно, например, пластмассовых менструальных чаш, которые не увеличивают количество бытового мусора. Однако никто не торопится поднять эту тему вслух. Табу, наложенное «Левитом», все еще действует.