Битва за Францию - Ирина Даневская

— Я к вашим услугам, — произнёс Уолтер, досадуя на себя за то, что он позволил французу опередить себя, пригласив на поединок первого бретёра Франции. — Но зачем, чёрт возьми, вам понадобилось убивать своих товарищей?

Французы переглянулись.

— Аккуратнее, милорд, — посоветовал Лувиньи. — Путать честных людей со шпионами Ришелье небезопасно, предупреждаю вас.

— Особенно, когда одного из них зовут Бутвиль, — добавил господин Монморанси, подкручивая ус.

Монтегю, вздохнув, взялся за шпагу. Лувиньи, заметив этот жест, быстро выступил вперёд.

— Сударь, — примирительно произнёс он. — Пока мы не наговорили друг другу лишнего, прочтите это письмо.

И протянул Уолтеру сложенный вчетверо лист бумаги, который тот машинально взял. Взглянув на печать, англичанин остолбенел от неожиданности — это было послание от английской королевы!

— Я осёл, — пробормотал молодой человек, прочитав его. — Вернее, меня сделала дураком женщина, на службе у которой я состою... Итак, вы присоединились к заговорщикам, выполняя приказ Её Величества? — спросил он у Лувиньи.

Француз улыбнулся.

— Да. Шевретта ведь говорила вам, что несколько лет назад я был солдатом гвардии Генриетты Французской?

Уолтер схватился за голову, которая раскалывалась от обилия нахлынувших мыслей.

— Но тогда выходит, — проговорил он, — что, предавая Шале в руки кардинала, вы...

— ...выполнял приказ английской королевы, — любезно объяснил Лувиньи.

— Хорошо. Но, чёрт возьми, чем же несчастный граф так помешал Генриетте?

Уолтеру показалось, что графу де Бутвилю очень хотелось ответить на этот вопрос, но товарищ дёрнул его за рукав, и Франсуа замолчал.

— Я советую вам, милорд, вернуться в Англию, — произнёс Лувиньи. — Вы превосходно подшутили над кардиналом, похитив палача, но у его преосвященства прескверное чувство юмора, и, боюсь, что его ответный ход вряд ли придётся вам по вкусу.

— Вы правы, сударь, — согласился Монтегю. — К тому же королева настойчиво призывает меня в Лондон, и я с радостью ей повинуюсь...

* * *

Следуя доброму совету господина Лувиньи, Уолтер немедленно покинул Нант, желая одного — поскорее добраться до Англии. Негостеприимная французская земля так жгла ему ноги, что он даже не попрощался с госпожой де Шеврёз, уведомив её о своём отъезде письмом. Сделал он это не столько из-за опасения снова попасть в руки Ришелье, сколько опасаясь снова попасть под влияние чар прекрасной герцогини, которая наверняка бы постаралась задержать его во Франции.

Вернувшись в Англию, Монтегю сразу же отправился к королеве. Один взгляд на его расстроенное лицо показал Генриетте, что Уолтеру всё известно.

— Как вы могли так со мной поступить? — тихо спросил молодой человек. — По вашему указанию я поехал во Францию спасать ваших друзей и родственников, а вместо этого еле унёс оттуда ноги.

— Но ведь никто не пострадал, — перебила его королева.

— Никто, — согласился Монтегю. — Если не считать одного молодого человека, окончившего свои дни на эшафоте.

— Он заслужил свою участь! — воскликнула Генриетта. — А вы... Я же приказывала вам бросать все дела и немедленно возвращаться домой? Если здесь кто-то и имеет право жаловаться, то это я. Ведь вы бросили меня на произвол судьбы, на растерзание де Молина и Бэкингему. Представляете, герцог осмелился выслать из Англии епископа Мандского? Ох, Уолтер, я здесь совсем пропадала без ваших советов...

Разумеется, после такого признания молодой человек тут же бросился к ногам Её Величества. Но, получив прощение, он всё же вернулся к неприятному разговору.

— Могу ли я узнать, чем граф де Шале так помешал Вашему Величеству? — поинтересовался он.

Генриетта закусила губу.

— Он убил д'Эгмона, — наконец сказала она.

Некоторое время Уолтер смотрел на неё, не веря своим ушам. Ему казалось невероятным, что можно было своими руками погубить всё предприятие из-за гибели одного, пускай и любимого когда-то человека.

— Вам это сказал де Молина? — резко спросил он.

— С чего вы взяли? — растерялась королева. — Мне о Шале рассказал аббат Фанкан.

— Фанкан? Фанкан! Единственный среди людей Ришелье, который склонял Францию к союзу с немецкими княжествами!

— Да, то же самое мне говорил и Бэкингем, — подтвердила королева.

— Значит, аббат сотрудничал с «Молчаливыми»! Ваше Величество, молю вас, расскажите, что произошло за то время, пока я гонялся за призраками во Франции.

Королева кратко рассказала ему историю своей встречи с Фанканом.

Слушая Генриетту, лицо молодого человека несколько раз то краснело, то бледнело.

— Я очень устал с дороги, мадам, — наконец произнёс Уолтер. — Поэтому прошу разрешения вас покинуть.

— Стойте, — приказала королева. — Скажите, вы думаете, что генерал, сговорившись с аббатом, обманул меня?

У него на языке уже вертелся утвердительный ответ, но, взглянув в сверкающие глаза Генриетты, Уолтер передумал его произносить.

«Покойся с миром, господин д'Эгмон, — подумал он. — Так будет лучше и для Англии, и для её королевы. Чёрт возьми, кто бы мог подумать, что прекрасная возможность избежать войны с Францией будет потеряна из-за тебя!»

Вместо этого Уолтер печально улыбнулся Генриетте.

— Ну что вы, Ваше Величество, — со вздохом ответил он. — Разве у нас есть основания не доверять Великому магистру? А Шале... Надеюсь, это была последняя жертва.

* * *

Монтегю ошибался. Совсем скоро в тюрьме будет отравлен маршал Орнано. Александр Вандом тоже умрёт в Венсенском замке, а его брат Сезар проведёт в темнице четыре года и семь месяцев.

Кардинал Ришелье шёл к власти кровавым путём, но не слишком переживал но этому поводу. В конце концов кровь была незаметна на его красной сутане.