Барселона. Проклятая земля - Хуан Франсиско Феррандис

– Куда мы направляемся, моя госпожа? – спросил Изембард, сидевший рядом.

– В такое место, где до iura regalia Карломану не добраться.

Они прошли мимо островка, покрытого иссохшими деревьями – как будто лес рук, с которых ободрали мясо. И тогда в обрывках тумана возникла фигура в меховом плаще с капюшоном. Изембарда прошиб холодный пот. Даже не видя лица, он точно знал, что это Ротель, недвижная, словно призрачное видение над тихой водой. Она ждала их и дождалась.

После стольких лет, прошедших без всяких известий, Изембарду было трудно разобраться в своих чувствах. Ему было радостно оттого, что Ротель жива, но Рожденный от земли вспомнил о похожем явлении на дороге в Барселону, когда они шли в город вместе с колонами Фродоина. В тот вечер появление человека в меховом плаще стало предвестьем беды, и сейчас Изембард почувствовал, что и встреча с Ротель говорит о том же.

Рыбаки за спиной Изембарда тоже ее видели, они крестились, бормоча что-то на непонятном языке.

– Мы достигли аббатства Монмажур, – объявила Ришильда спустя недолгое время.

Впереди нарисовалась темная громада в окружении деревьев. Это был скалистый остров с квадратной башней из замшелых валунов, рядом стояла церковь и монашеская обитель. Людям Изембарда подумалось, что они пересекли границу живых и очутились в месте отдохновения душ. Молчаливые гребцы подвели лодку к маленькому причалу, сработанному из бревен. На узкой тропе тотчас появились солдаты, одетые как франки, но без знаков различия.

– Это люди моего брата Бозона. Мы его опередили, – с улыбкой пояснила Ришильда. – Братец доберется сюда только завтра.

Изембард спрыгнул на твердую землю. Ришильде он не доверял: она наверняка что-то задумала. Рыцарь удивился, что за спиной у него не слышно ни звука, и, оглянувшись, не увидел двух других лодок – с его людьми и монахом. Туман поглотил их без остатка.

– Не ищи их, капитан, – предупредила Ришильда. – Они с нами не пойдут.

Стоявший рядом солдат внезапно ударил его по затылку. Боль была как вспышка, а потом Изембард погрузился во тьму.

Когда Изембард очнулся, он был прикован к каменной стене. Но находился он не в тюремной камере. Рыцарь смутно различил мерцание нескольких свечей. В висках у него шумело, затылок отзывался уколами боли. Изембард несколько раз зажмурился и наконец сумел разглядеть, что маячившая перед ним фигура была гигантской статуей Христа в царском венце. Он оказался внутри аббатства Монмажур. Статуя висела на цепях в апсиде храма. Изембард видел стены из больших замшелых камней, покрытых трещинами и остатками росписи. Потолок был деревянный.

Рядом с алтарем на коленях стояла склоненная Ришильда. На королеве был богатый плащ белого шелка с золотой вышивкой. Рядом с ней стоял деревянный сундук, окованный железом, – в нем хранились iura regalia.

– Почему вы так поступили, Ришильда?

Изембард попробовал шевельнуться, но железные цепи держали крепко. Только сейчас рыцарь ощутил, что с него сняли и кольчугу, и тунику. Осталась только нижняя рубашка, вся грязная после долгого путешествия. Императрица одарила пленника ласкающей улыбкой:

– Таков мой жребий! Чтобы свершить его полностью, мне кое-чего не хватает, и ты мне это подаришь.

Изембард понял, почему Ришильда торопилась прибыть в аббатство раньше своего брата. За последние два года ее одержимость только усилилась. Женщина смотрела на него лихорадочным взором.

– Грехи твои слишком тяжелы, Господь не желает награждать тебя потомством.

Ришильда поднялась с колен и влепила Изембарду пощечину. Видно было, что этой женщине нравится видеть его на цепи, целиком в ее власти. Вот она наклонилась и одним рывком разорвала рубашку на его груди. Ришильда голодным взглядом изучила крепкое тело воина. Потом ее пальцы ощупали мышцы груди, спустились на живот и зарылись в светлой поросли чуть ниже. Опытная распутница знала, как пробудить мужское естество. Она довольно улыбалась.

– Эта обитель – одно из самых священных мест во Франции, – произнесла она медовым голосом. – Легенда гласит, что здесь поставил часовню святой Трофим, епископ и ученик Павла из Тарса, посланный проповедовать в Галлии.

– С каких пор вы сделались такой благочестивой, моя королева? – Изембард, смертельно уставший за последний месяц, утратил осмотрительность в речах. – Определенно, слухи о ваших темных ритуалах – это ложь! – добавил он с издевкой. – Если вы овдовеете, сможете уйти в монастырь и проводить время в молитвах о душе вашего возлюбленного супруга!

– Замолчи! Ты и представить не можешь, какая это была мука – терпеть на себе извивания этого калеки, заранее зная, что его слабое семя не способно прорасти к жизни! Господь свидетель: я выполнила долг королевской супруги, но до сих пор так и не стала матерью королей. Да я спущусь в преисподнюю и поднимусь к самым небесам, чтобы потребовать то, чего заслуживаю!

– Эта одержимость не дает вам покоя.

Ришильда высокомерно улыбнулась: бедному рыцарю ее не понять. Да от него этого и не требуется.

– Нет мужчины, который бы меня не вожделел… И все-таки творить историю избран ты, Изембард Второй из Тенеса. Я хочу, чтобы это священное место выступило свидетелем моей жертвы: я подарю Священной Римской империи нового властелина – сильного, добродетельного и благородного…

Женщина расстегнула застежку плаща, и тяжелое одеяние соскользнуло на пол. Соблазнительница дала Изембарду время полюбоваться ее обнаженным телом. Несмотря на роды, фигура ее оставалась манящей, груди были высоки, а бедра упруги. Кожа благоухала амброй, и этот запах царил в священном месте. Сердце Изембарда было далеко, рядом с несчастной Элизией. Но Ришильда добивалась его близости с самой первой их встречи в Серве.

– Ришильда, вы лишились рассудка, это ведь святотатство.

Она нетерпеливо приникла к его губам. И снова улыбнулась, пальцами ощутив напряжение его члена. Она всегда добивалась своего!

– Я хочу тебя уже много лет, мой рыцарь! – прошептала она, не прекращая жарко дышать и покусывать его шею. – Возьми меня и дай мне сына – такого же, как ты!

Изембарду была отвратительна роль инструмента в игре властолюбивой неотступной королевы, он пробовал сопротивляться, но Ришильда сумела его оседлать и уже не выпускала из своего тела.

– Ты тоже этого хочешь… Изембард!.. – выдыхала она, не прекращая скачки.

И скоро женщина завыла от наслаждения. Она так долго носила в себе это желание, что оргазм подступил к ней как будто сам собой – такого Ришильда никогда прежде не ощущала. Она видела, как борется с собой Изембард, тоже неспособный подчинить себе свое тело, и вот уже блаженство окатило ее с головой. В этот момент снаружи послышались голоса, и наслаждение уступило место панике.

– Ришильда! – Голос принадлежал Бозону. – Где ты, Ришильда?

Королева высвободилась и отпрянула от Изембарда, дрожа от волнения. Она едва успела накинуть плащ, когда двери церкви распахнулись.