Курская битва, которую мы начали - Петр Букейханов

Поныревский укрепленный узел был тщательно оборудован полевыми инженерными сооружениями: проволочные заграждения, траншеи полного профиля, противотанковые надолбы, бетонированные и бронированные огневые точки, укрытые позиции для танков и артиллерии, подступы с фронта и флангов защищали сплошные минные поля, в том числе управляемые[993]. Части 307-й стрелковой дивизии эшелонировались в глубину: два стрелковых полка занимали предполье и прикрывали подходы к станции, а третий расположился в глубине в готовности к контратакам совместно с бронетехникой и противотанковым артиллерийским резервом.

Во втором эшелоне советских войск в районе Понырей развернулся 3-й танковый корпус 2-й танковой армии под командованием генерала Максима Синенко (3-й танковый корпус насчитывал около 10 000 человек личного состава, 122 танка типа Т-34, 70 танков Т-70, 80 бронеавтомобилей и бронетранспортеров, 12 85-мм и 16 37-мм зенитных орудий, 24 полевых 76-мм орудия, 32 противотанковые 45-мм пушки[994]). Решением генерала Синенко в первом эшелоне находились 51-я и 103-я танковые и 57-я мотострелковая бригады корпуса. В ночь с 6 на 7 июля 57-я мотострелковая бригада корпуса была выдвинута на участок северо-западнее станции Поныри, к ней примкнула 103-я танковая бригада, а в ближнем тылу 307-й стрелковой дивизии сосредоточилась 51-я танковая бригада. 50-я танковая бригада заняла оборону за 51-й и 103-й бригадами уступом слева, оставаясь в резерве командира корпуса в районе Городище, чтобы при необходимости сосредоточить основные усилия на левом фланге у дороги Поныри – Курск.

Западнее Понырей оборонительные позиции удерживали соединения 17-го гвардейского стрелкового корпуса: 6-я гвардейская стрелковая дивизия, усиленная частями 2-й истребительно-противотанковой артиллерийской бригады, переброшенной по распоряжению командующего фронтом из состава 48-й армии, а также гвардейским минометным полком 13-й армии, уплотнила боевые порядки на узком участке от западных окраин станционного поселка Поныри до высоты 257 (исключительно), занимая вторым эшелоном село Карпуньковку (Карпуневка); от высоты 257 до Ольховатки закрепилась 75-я гвардейская стрелковая дивизия, занимая вторым эшелоном большак Ольховатка – 2-е Поныри; участок от Ольховатки до Самодуровки, где проходил стык со 132-й и 140-й стрелковыми дивизиями 70-й армии, заняла 70-я гвардейская стрелковая дивизия. Рубеж обороны 17-го гвардейского корпуса прикрывали основные силы 4-го артиллерийского корпуса прорыва и 1-я зенитно-артиллерийская дивизия (переброшенная из района Малоархангельска), а боевые порядки стрелков усиливались позиционным расположением бронетехники трех танковых бригад 16-го танкового корпуса 2-й танковой армии. На участок Кашара – высота 238.1 выдвинулась 15-я мотострелковая бригада 16-го танкового корпуса со своей артиллерией. Кроме этого, в распоряжение командира корпуса генерала Бондарева были дополнительно переданы два отдельных танковых полка (до 60 танков) с правого фланга 13-й армии (с участка 15-го стрелкового корпуса), занявшие позиции в первых эшелонах пехоты 6-й и 75-й гвардейских стрелковых дивизий. Всю ночь с 6 на 7 июля саперные подразделения с помощью пехоты восстанавливали инженерные заграждения и производили сплошное минирование участков перед передним краем соединений 17-го корпуса.

Стык 13-й и 70-й армией обеспечивался 140-й Сибирской стрелковой дивизией, частями 175-й стрелковой дивизии, 19-м танковым корпусом, 11-й гвардейской танковой бригадой и 3-й истребительно-противотанковой бригадой, занявшими позиции в районе Самодуровка, Ольховатка, высота 274.5, Теплое. На Молотычевских высотах были сосредоточены 8 артиллерийских полков 1-й гвардейской артиллерийской дивизии прорыва.

Предварительными атаками 41-му танковому корпусу немцев удалось еще 6 июля выйти непосредственно к Понырям, оттеснив части 81-й стрелковой дивизии. В 6:30 утра (по московскому времени) 7 июля, после часовой артиллерийской и авиационной подготовки в наступление перешли боевые группы 86-й пехотной дивизии, атаковавшие при поддержке штурмовых танков, самоходных установок и штурмовых орудий вдоль железной дороги Орел – Курск в направлении поселка 1-е Мая, станции Поныри. Для удара на Поныри с северо-востока были задействованы части 78-й штурмовой дивизии, также поддерживаемые штурмовыми орудиями. Западнее железной дороги Орел – Курск наступали боевые группы 292-й пехотной и 18-й танковой дивизий с еще одним батальоном штурмовых орудий, стремившиеся продвинуться из района поселка 1-е Поныри на юг вдоль восточного берега реки Снова, в обход станции Поныри на Карпуньковку.

Учитывая опыт боев 5 и 6 июля, командование 41-го танкового корпуса решило провести массированную атаку с северо-востока – через совхоз «1-е Мая». Для этого предназначались части 86-й пехотной дивизии, получившие качественное усиление в виде ударной боевой группы в составе 75-мм и 105-мм штурмовых орудий и гаубиц 177-го батальона, тяжелых 150-мм штурмовых танков «Медведь» 216-го батальона и самоходных установок «Фердинанд» из 653-го и 654-го батальонов вместе с подразделениями поддержки. Руководствуясь данными М. Свирина[995], это временное формирование насчитывало 17 устаревших танков типа PzKpfw-III в роте радиоуправляемого вооружения, 44 установки «Фердинанд», 45 штурмовых танков «Медведь», 40 штурмовых орудий и 20 штурмовых гаубиц – всего 166 боевых машин. Группу возглавил командир 216-го батальона майор Бруно Каль (Bruno Kahl).

В отличие от предыдущих боев, Каль впервые применил здесь новое боевое построение «колоколом», при котором установки «Фердинанд» составили первый эшелон боевых порядков, выстроившись в две линии: в первой линии наступали две роты с интервалом около 100 метров между машинами; во второй линии двигалась третья рота с интервалом от 120 до 150 метров между машинами; командиры рот находились в центрах боевых порядков рот на «Фердинандах», которые несли флажки на антеннах на случай потери радиосвязи. «Фердинанды» уничтожали окопанные советские танки, противотанковые орудия и отдельные огневые точки.

Во втором эшелоне построения шли 75-мм штурмовые орудия, прикрывавшие своим огнем продвижение пехотных групп и подразделения саперов. В третьем эшелоне находились 105-мм штурмовые гаубицы и танки «Медведь» (по существу тяжелые САУ), которые навесным огнем уничтожали скопления вражеской пехоты в укрытиях, подавляли позиции вражеской полевой артиллерии и минометов и разрушали долговременные оборонительные сооружения противника, выявляемые в ходе атаки («Фердинанды» не могли решить последнюю задачу в связи с тем, что по конструкции их орудий снаряды обладали слишком высокой начальной скоростью и относительно малым весом). Вслед за ударной группой должны были следовать основные силы 86-й пехотной дивизии.

Восточнее в направлении на Баженово наступала боевая группа 78-й штурмовой дивизии, также имевшая в первой линии две роты установок «Фердинанд» из состава 653-го батальона майора Штейнвахса, которые поддерживали 185-й и 189-й батальоны штурмовых орудий и гаубиц (всего до 30 штурмовых орудий[996]).