Золотой век Испанской империи - Хью Томас

Вальдивия вернулся в Сантьяго, чтобы ускорить отбытие Альдерете в Испанию – тот должен был попытаться привезти в Чили жену Вальдивии, присутствия которой потребовал Гаска. В Сантьяго Вальдивия написал свое последнее письмо императору Карлу:

«О наисвященнейший монарх! Ваше Величество столь всецело занято службой Господу нашему и защитой и удерживанием христианского мира против наших общих врагов, каковые есть турки и лютеране, что более бы приличествовало помогать вам деяниями, нежели развлекать словесами. Молю Бога, чтобы оказаться в присутствии Вашего Величества, имея при себе много денег, и чтобы Вы могли использовать меня по своей надобности; впрочем, я не бесполезен и там, где я есть»^{1005}.

Вскорости Вальдивия вернулся на юг Чили, поскольку полагал, что его миссия состоит в том, чтобы подчинить себе все окрестные земли. Он основал Лос-Конфинес между Консепсьоном и Ла-Империалем. Затем он построил форты в Пурене и Тукапеле, где, как предупредил его один из его капитанов, Алонсо Коронас, было вот-вот готово вспыхнуть новое восстание индейцев. Коронас также сообщил, что бывший конюх Лантаро, индеец, работавший у испанцев, обучает индейцев сражаться на лошади. Капитан Мартин де Ариса был вынужден оставить форт в Тукапеле – индейцы сумели пронести туда оружие, спрятав его в пучках травы, принесенной якобы для лошадей. Тукапель был сожжен.

На Рождество 1553 года под Тукапелем состоялось одно из немногочисленных позиционных сражений между испанцами и индейцами: Лантаро постарался проследить маршрут Вальдивии и затем, воспользовавшись численным преимуществом, загнал испанцев в болота. Вальдивия разделил своих людей на три отряда^[127]. Он приказал первому из них атаковать и рассеять индейцев. Те стояли крепко. Он послал второй отряд. Индейцы по-прежнему не обращались в бегство. Тогда Вальдивия, оставив десять человек охранять вещи, сам повел людей в наступление. Их ряды продолжали держать позицию. «Господа, – сказал Вальдивия своим капитанам, – что нам делать?» «А что ваша светлость может нам приказать, кроме как сражаться насмерть?»

Вальдивия отозвал людей, стерегущих обоз, в надежде, что возможность грабежа отвлечет неприятеля; такая тактика обычно оказывалась успешной. Однако Лантаро предвидел такой ход, и индейцы не ослабили натиска. Через какое-то время они начали наступать, загоняя испанцев в близлежащее болото. Их перебили одного за другим. Под Вальдивией была сильная лошадь, и он мог бы спастись бегством, но не пожелал оставить фрая Бартоломе дель Посо, у которого лошади не было. Обоих захватили в плен^{1006}.

Согласно рассказу Гонгоры Мармолехо, индейцы разоружили и раздели Вальдивию, после чего связали. Они разложили костер, на котором поджаривали куски, которые отрезали от его рук заточенными раковинами мидий, и ели их. За этим последовали другие пытки, пока наконец ему не отрубили голову^{1007}.

Так умер «безупречный капитан», самый гуманный и толерантный из конкистадоров, отец чилийского общества, которое, будучи отрезано despoblado пустыней Атакама, было более свободно от болезней Перу и севера, чем любое другое место на континенте. Впрочем, уже в конце 1550-х годов стране предстояло быть отданной на растерзание как голоду, так и эпидемиям.