Золотой век Испанской империи - Хью Томас

Перу было слишком богатой страной, чтобы оставить ее без губернатора. Поэтому, не прошло и нескольких месяцев со дня убийства маркиза, как в Совете Индий было названо имя кандидата на замещение этой должности. Это не было имя Эрнандо Писарро – что могло бы показаться логичным, учитывая значительную роль, сыгранную им в завоевании Перу: Эрнандо находился в тюрьме в Медине-дель-Кампо. Не было это и имя Гонсало Писарро – который, будучи губернатором Кито, находился в Амазонии в поисках корицы и был обойден вниманием, несмотря на то что являлся официальным наследником Франсиско. Человеком, предложенным в качестве временного губернатора, был Кристобаль Вака де Кастро, уроженец Леона, исполнявший должность судьи в Вальядолиде.

Кобос и Гарсия де Лоайса ранее рекомендовали этого человека на исполнение обязанностей губернатора Перу наряду с Писарро, и, хотя никто до сих пор не понял, что это может означать на практике, он уже был в пути – к Кито, если не к Лиме. Предполагалось, что рано или поздно будет назначен вице-король, как это произошло в Мексике, и когда это случится, Вака де Кастро чинно и благородно уступит ему место.

Пока Вака де Кастро не добрался до Перу, он попросил трех человек действовать от его имени: доминиканца фрая Томаса де Сан-Мартина, Херонимо де Алиягу, образованного приверженца Писарро, и Франсиско де Баррионуэво. Первый был провинциалом доминиканского ордена в Перу; это был гуманный и добросердечный человек, которому позднее предстояло сыграть решающую роль в создании университета Сан-Маркос в Перу. С Алиягой, уроженцем Сеговии, мы уже встречались прежде. В недавнем времени он был инспектором сокровищ, захваченных в Куско. И наконец, Баррионуэво был выдающимся конкистадором, который уже успел побывать во Флориде с Понсе де Леоном, искал жемчуг на Кубагуа, а также на него было возложено подавление индейского мятежа в Санто-Доминго, возглавляемого Энрикильо^{862}. Вместе со своим племянником Педро он возвел первое каменное строение на острове жемчуга – Кубагуа. Побывал он также и на терра-фирме^[103], где организовал плацдарм для торговых операций в Перу. Он заключил торговое соглашение с одним из крупнейших предпринимателей, Антонио де Риберой, также магистратом, с которым делил прибыли от рудника^{863}. Он был владельцем прибыльного сахарного завода в Пуэрто-Плате на северном побережье Санто-Доминго. Ввиду всего этого его интересовал широкий спектр имперских завоеваний Испании; немецкий историк Энрике Отте по праву называл его «одним из самых любопытных людей в истории Америки»^{864}.

Письмо от Вака де Кастро с объяснением новых обязанностей фрая Томаса, Алияги и Баррионуэво было получено первым из поименованных в новом доминиканском монастыре в Лиме, который передал доминиканцам Франсиско Писарро, – в то время это была лишь временная постройка, однако для монастыря уже было выбрано великолепное место, благодаря которому законченное здание впоследствии станет шедевром колониальной архитектуры^{865}. Городской совет Лимы с готовностью поддержал новое назначение, однако вслед за этим, очевидно, бежал из города, поскольку подозревалось, что Диего де Альмагро-ихо собирается сжечь все поселение. Впрочем, когда Вака наконец прибыл и облачился в одеяние действующего губернатора, многие ненадежные друзья и союзники молодого Альмагро тотчас покинули его.

Некоторые «чилийцы» – выжившие участники путешествия Альмагро в Чили – предлагали, чтобы Альмагро-младший или они сами убили оставшихся сторонников Писарро, которых они держали в плену и которые были полностью в их власти; среди этих пленников был и хронист Педро Писарро. Однако недавно прибывший в Перу лисенсиадо Родриго Ниньо (сын Эрнандо Ниньо, толедского рехидора) возражал против подобных действий, и вместо этого пленников заточили в трюме корабля, стоявшего в порту Арекипа, капитаном которого был некий Педро Гомес. Как оказалось, этот Гомес имел определенную цену, и писарристы выяснили, что цена эта составляла 500 дукатов, посредством которых они и выкупили свою свободу^{866}.