Искусство шпионажа. Тайная история спецтехники ЦРУ - Генри Шлезингер

Заметной фигурой в среде террористов был человек, который специализировался на изготовлении проездных документов для членов «Аль-Каиды». Он был женат на местной жительнице, которая утверждала, что ничего не знает о месте пребывания мужа. Захват этого «специалиста» мог помочь разведке отыскать остальных террористов «Аль-Каиды» через их паспорта, водительские удостоверения и другие проездные документы. Смерть и ранения должностных лиц США в результате взрыва американского посольства в Найроби сделали поиск виновных приоритетной задачей спецслужб.

OTS привлекли для участия в этой «охоте», когда техники получили данные из перехвата сообщений, которыми обменивались группы «Аль-Каиды» в странах Западной Европы и балканские террористы. В одном сообщении европейская группа предлагала финансовую помощь балканской группе, планируя доставить деньги через некую женщину-курьера.

Для поиска террористов было предложено использовать комбинированную операцию с радиопеленгацией и применением акустической спецтехники. Предлагалось установить маячок и радиозакладку в пакет, получив который, женщина-курьер доставила бы его затем террористам. Хотя оперативная сторона мероприятия была вполне ясной, техническая реализация оставалась проблематичной. Например, пакет с деньгами и спецтехникой мог оказаться вне пределов контроля ЦРУ, перемещаясь внутри европейской почтовой системы. А какое-либо сомнение в отношении пакета, проходящего по цепочке почтовой доставки, могло вызвать подозрения террористов.

Брайан Mинт, назначенный в OTS руководителем команды техников, понимая сложность этого мероприятия, высказывал осторожный скептицизм. Оперативный руководитель всей операции, старший офицер ЦРУ пытался наставлять техников: «Мы знаем, что ему нужны деньги. Ему прислали средства из Западной Европы, и он хочет их получить. Нужно вложить деньги вместе с техникой слежения и радиозакладкой в какой-нибудь пакет, и мы его "сделаем"».

В отличие от оперативного офицера, у Минта не было уверенности в том, что пакет с техникой «сработает», однако он собрал команду инженеров для решения этой задачи. Для радиомаяка и радиозакладки потребуется некоторый объем, который внутри пакета не должен вызвать каких-либо подозрений. Так как деньги будут главной приманкой, пакет должен быть достаточно большим, чтобы вместить сумму в несколько сотен долларов в европейской валюте вместе с двумя спецустройствами ЦРУ. Тайник для спецтехники и тайник для денег должны иметь два разных секрета открывания.

Техников ЦРУ направили на поиск камуфляжей с подходящими размерами. Европейские туристические рынки безделушек предлагали всевозможные варианты недорогих подарков, которые не привлекут внимания чиновников на таможне и почтовых служащих.

А террорист, увидев сувенир с тайником, поймет, что его «коллеги» тщательно позаботились о конспирации, и это станет для него доказательством того, что посылка не содержит подвоха и опасаться тут нечего. Получалось, что самым важным был психологический аспект «двойного тайника». Нужно было заставить террориста проявить смекалку, чтобы вскрыть тайник, но при этом он не должен был заподозрить наличие второго тайника.

Поскольку полости легче всего сделать в деревянных сувенирах, техники остановили свой выбор на небольшой гравюре с деревянным основанием размерами 35 х 25 х 2 см. На лицевой стороне была тонкая металлическая пластина с гравировкой фасада итальянского собора святой Сусанны.

Техники сняли металлическую пластину и выдолбили в центре полость для мелких купюр на сумму в несколько тысяч долларов. Лингвист-арабист сделал рукописную записку: «Брат, мы с тобой. Надеюсь, что это поможет вам, пока мы не свяжемся с вами вновь». Пластина была снова поставлена на свое место и закреплена адгезивной пастой, которая позволяла достаточно легко оторвать пластину. Затем техники сделали другую полость по краю деревянного основания для электроники и батарей, которые должны проработать две недели в непрерывном режиме.

Пакет, адресованный женщине-курьеру, был отправлен, и команда OTS начала мониторинг акустического сигнала из специально оборудованных автомобилей.

«Мы не знали наверняка, куда направлялся пакет, – рассказывал Минт. – Мы знали лишь предположительный адрес женщины-курьера. Мы не знали, сможет ли наш автомобиль с приемной аппаратурой находиться на таком расстоянии, чтобы спецтехника уверенно работала. Мы сделали то, что смогли, и надеялись на лучшее».

Техники проследили путь пакета на Балканы, где его и получила женщина-курьер. Вскрыв пакет, она прочитала записку на арабском языке и через 15 минут, с пакетом, зажатым в руке, пошла через весь город. Оперативники по сигналам маяка отслеживали сложные маневры, которые она предпринимала, опасаясь возможной слежки, – несколько раз останавливалась на разных улицах и поворачивала в обратную сторону. Затем она села на автобус, который привез ее в одну часть города, где пересела на другой автобус, который доставил ее уже в другой район. Команда наблюдения, осторожно следовавшая за ней, оказалась в кварталах, где проживали радикальные исламисты. Там женщина вошла в окруженный забором двухэтажный дом. Вскоре она вышла из дома, и пакета при ней уже не было.

Местная служба безопасности полностью оцепила здание, а техники оборудовали контрольный пост в соседнем доме в пределах зоны приема радиозакладки. Собралась штурмовая группа, и был прослушан разговор о пакете между несколькими неизвестными, затем послышались звуки удаления металлической пластины с передней части основания. Техники и оперативники поздравили друг друга с первой победой – объект определил сувенир как камуфляж и, открыв его, обнаружил тайник с деньгами.

Техники слушали возбужденный разговор между террористом и его женой, который сразу же переводился на английский. Канал связи с европейской группой террористов сработал. Всю вторую половину дня техники принимали уверенные сигналы маяка из дома, а также продолжали акустический контроль. Вечером террорист и его жена вдруг заволновались. Техники предположили, что террористы, возможно, обнаружили оцепление и решили уйти из дома. Затем техники услышали характерный звук подготовки оружия и боеприпасов.

Наступила ночь, разговоры прекратились, и руководитель местного подразделения безопасности приказал готовиться к штурму. Техники услышали, как группа захвата вошла в дом и устремилась на второй этаж, где предположительно находились террорист и его жена. После 15 минут поиска команда сообщила, что в доме никого нет.

Минт вспоминал: «Я подумал: как это могло случиться? Мы знали, что он был там. Он был уже наш. Было только две возможности. Либо ему удалось проскользнуть мимо сотрудников службы безопасности, либо он все еще прятался в доме».

Еще один час поиска ничего не дал. Жена утверждала, что ей неизвестно о местонахождении мужа. Посчитав, что операция закончилась неудачно, техники зашли в дом забрать сувенир-контейнер, который они нашли в квартире под кроватью. Но когда они повернулись, чтобы уйти, из кухни раздались громкие звуки пистолетных и автоматных выстрелов.

Оказалось, что командир группы захвата продолжал обыскивать дом и решил в последний раз осмотреть кухню. И тут любопытство или инстинкт заставили его подойти к стиральной машине. С большим трудом ему удалось отодвинуть ее от стены, и открылась полость между задней частью машины и стеной. Прятавшийся за стиральной машиной террорист выстрелил командиру в грудь. Другой ближайший офицер открыл огонь. Террорист продолжал стрелять, пока не был убит шквальным огнем из автоматов штурмовой группы.