Искусство шпионажа. Тайная история спецтехники ЦРУ - Генри Шлезингер

Желая внести ясность в ситуацию, Колби решил обнародовать весьма щекотливые, ранее засекреченные детали деятельности ЦРУ в документе под названием «Фамильные драгоценности»^{151}. Этот документ был подготовлен еще в 1973 г. при Шлезингере, по запросу, сделанному во время Уотергейтского скандала. Колби представил этот секретный материал Комитету Сената под руководством Френка Черча. Затем 16 сентября 1975 г. Колби также продемонстрировал микробиопистолет – секретное оружие ЦРУ. Этот импровизированный маневр директора ЦРУ был призван показать Комитету Черча открытость разведки, однако эффект был обратным. Пресса принялась муссировать эту историю. На самом же деле пистолет был даже не разработкой ЦРУ, а результатом научно-исследовательской программы Лаборатории вооружений в Форт Детрике. Пистолет наряду с другой техникой, созданной военными, был направлен в Лэнгли и в другие ведомства для оценки^{152}. Колби, взяв пистолет на встречу с комитетом, предполагал, что это вызовет простое человеческое любопытство. Но он серьезно просчитался, и деятельность ЦРУ стали постоянно связывать с этим оружием^{153}.

Информация о мероприятиях ЦРУ из сообщений Комитета Черча и Комиссии Рокфеллера обеспечила более полную, чем когда-либо, картину деятельности разведки в период после Второй мировой войны. Несколько офицеров OTS были допрошены или вызваны в суд для расследования их участия в проектах по тестированию психотропных средств на людях, планировании убийств, вскрытии почты или в Уотергейтском скандале. В итоге все действия OTS были расценены как часть санкционированных операций, и ни один офицер OTS не был признан виновным в каком-либо проступке.

В то время как Вашингтон сотрясали политические скандалы, техника стремительно развивалась. Символом прогресса стали персональные компьютеры. Однажды компьютерщики-любители и крупные компании, использующие пяти– и восьмидюймовые флоппи-диски, указали миру путь к цифровому будущему. Американские научно-исследовательские лаборатории и ученые создавали цифровую основу для «мира, объединенного проводами». Компьютерная сеть ARPANET Министерства обороны США постепенно расширялась, превращаясь в систему связи, которая затем в течение двух десятилетий преобразуется в Интернет.

Перед OTS возникла задача как можно быстро создать жизнеспособную и надежную спецтехнику со встроенной новой технологией. Подобно коллегам из Отдела НИОКР разведки УСС, инженеры OTS понимали, что техника, разработанная частными компаниями, может не соответствовать требованиям разведки. Казалась, что техника для шпионажа – плод фантазий сценаристов фильмов, подобных «Миссия невыполнима» и др. Однако голливудские «ручка-коммуникатор» или запись на пленку, которая затем самостоятельно ликвидируется, были вполне востребованными в реальной оперативной практике разработками. На смену транзистору, изобретение которого десятилетием ранее кардинально изменило технику подслушивания, вытеснив электровакуумную лампу, теперь пришел микрочип. Надежная и доступная копировальная машина Xerox положила конец трудоемкой работе офицеров-техников, которые фотографировали, проявляли и печатали копии важных документов, передаваемых офицерам-агентуристам. У OTS возникал вопрос: какой же техникой заниматься?

В начале 1975 г. ученого из OTS пригласили в инженерную лабораторию другого подразделения ЦРУ. «У меня есть новинка, и ваши парни должны обязательно взглянуть на нее», – объяснил инженер. В лаборатории ученый OTS увидел компактную экспериментальную установку, которая могла хранить и передавать довольно большой объем цифровой информации. Метко названное «пузырьком памяти», это устройство хранения информации могло использоваться для создания системы связи с агентом на короткие дистанции – SRAC (Short Range Agent Communication, или, на жаргоне советских спецслужб, – «Ближняя агентурная радиосвязь». – Прим. пер.).

В то время системы SRAC могли хранить и передавать только ограниченное количество букв. А с помощью «пузырька памяти» теперь возможно было записывать в память и передавать целые страницы. Ученый OTS предложил этот проект для практического решения проблемы связи с агентами. Несколько дней спустя он составил смету на $50 000, необходимых для создания макета модуля памяти для нового устройства SRAC. Ему оперативно ответили, что это слишком большие деньги, и проект был отклонен. 18 месяцев спустя деньги появились, но было поздно заниматься «пузырьком памяти», который уже выпускался коммерческой фирмой, как недорогое и легко адаптируемое устройство типа ROM. Техника действительно развивалась быстрее, чем процесс финансирования разведки правительством.

Появилось и другое устройство на основе приборов с зарядовой связью (CCD), созданных в лабораториях компании Bell в конце 1960-х гг. Оно было задумано, как устройство памяти, и каждый его элемент был составлен из множества светочувствительных конденсаторов, которые подобно фотопленке «помнили» свое состояние, создавая изображение. Вместо серебряного зерна на фотопленке мельчайшие детали изображения определялись множеством конденсаторов или пикселей. В 1974 г. OTS начала конструировать первый цифровой блок формирования изображений. Появилась идея использовать для копирования документов не пленочные фотокамеры, а множество электронных датчиков изображений. С весьма скромными инвестициями, на базе секретного контракта инженеры OTS совместно с командой ученых из ведущей американской компании электроники разрабатывали фотоаппарат для агента, способный работать как цифровые камеры спутника-шпиона KH-11^{154}.

Потребуется больше десяти лет, чтобы на свет появилась замечательная коробочка, названная «беспленочной камерой», которая фотографировала и хранила изображения в цифровом виде. И что более важно для оперативной работы, эта коробочка имела возможность передачи цифровых электронных изображений, превращая камеру в двустороннее устройство агентурной связи. К 1989 г. в OTS уже был прибор, который работал подобно цифровой фотокамере сотового телефона.

Технический прогресс радикально уменьшил размеры и расширил возможности спецтехники. Малые размеры хорошо подходили для камуфлирования, потребляли меньше энергии, их было удобно хранить в тайнике и проще использовать. Теперь инженерам OTS все чаще стали задавать вопросы типа «Разве мы не можем это уменьшить?» и «Почему эта штука такая огромная?».