Китайская империя. От Сына Неба до Мао Цзэдуна - Алексей Дельнов

Ситуация несколько стабилизировалась до осени 1856 г. – когда противоречия среди тайпинского руководства вылились в кровавую вспышку насилия. Многое из того, что происходило на вершине Небесного государства покрыто мраком тайны, но похоже, что ключевым был конфликт между Небесным ваном и его правой рукой – Восточным ваном Ян Сюцинем.

Впервые он проявился еще в 1853 г., когда Хун, недовольный тем, что его заместитель заговорил голосом Бога Отца, поставил ему на вид, что он «стал слишком много грешить». Но Ян Сюцинь, при всех его неоспоримых деловых качествах, от избытка скромности не страдал и к замечанию не прислушался. В 1856 г. он уже стал требовать, чтобы вместо прежних «девяти тысяч лет жизни» ему желали те же десять тысяч, что и Небесному вану. К тому же Восточный ван сосредоточил в своих руках слишком много власти – военной и гражданской, а правил все более деспотично. Это становилось опасным, особенно в свете того, что, при нарастающей неприязни к нему других тайпинских властей, среди рядовых повстанцев он пользовался огромной популярностью.

События разворачивались следующим образом. На рассвете 2 сентября 1856 г. отряды Северного вана Вэй Чанхуэя ворвались во дворец Яна и убили всех находившихся в нем, включая его самого. Спустя несколько дней по всему Нанкину от имени Хун Сюцюаня было оповещено, что он, Небесный ван, решительно осуждает самоуправные действия Вэй Чанхуэя и что наутро виновный будет наказан палками перед дворцом верховного правителя. Посмотреть на это зрелище собрались тысячи сторонников Яна, негодующих на его убийство. Но оказалось, что они сами попали в ловушку, а все происходящее – чудовищная мистификация: скрывавшиеся поблизости воины Северного вана устроили безжалостную бойню.

Появляется еще одно действующее лицо. Узнав о происходящем, в Нанкин из своего округа прискакал Отдельный ван Ши Дакай – чтобы вместе с верховным вождем навести порядок и покарать преступника Вэй Чанхуэя. Но по прибытии оказалось, что его самого уже поджидали, и ему едва удалось спастись: по одной версии, спустившись с городской стены по веревке, по другой – будучи вывезенным в корзине с овощами. А все члены его семьи, оказавшись в Нанкине, были умерщвлены по приказу Вэя.

Однако торжество Северного вана было недолгим. Многие руководители восстания и простые бойцы требовали суда над ним, и Вэй Чанхуэй был казнен с несколькими сотнями своих приближенных. Хун Сюцюань, совершив справедливое возмездие, сумел отвести от себя подозрение в причастности ко всему произошедшему и сохранил авторитет харизматического лидера.

Эти события стали переломными в истории тайпинского движения. Ши Дакай, утратив доверие к Небесному вану, двинулся со своим 100-тысячным отрядом к Сычуани, решив действовать самостоятельно. За время этой смуты Небесное государство недосчиталось нескольких городов.

Но до поражения восстания было еще далеко. Выдвигались новые вожди, некоторые из которых уже по-новому смотрели на мир. Так, Хун Жэньчань (1822–1864), двоюродный брат Небесного вана, был человеком, имеющим представление о западной цивилизации и считал, что в Китае необходимо проложить железные дороги, провести современные средства связи (к тому времени уже появился телеграфный аппарат Морзе), развивать промышленность и банковское дело.

Хун Сюцюань в эти трудные годы рассчитывал получить поддержку «братьев по вере» – обосновавшихся в ряде приморских городов европейцев. Но те ни за «своих», ни за христиан тайпинов не считали. Движение казалось им каким-то диким мракобесным бунтом, а главное – оно угрожало интересам их торговли. Сначала они отказали Небесному вану в его просьбе предоставить ему пароходы для переброски тайпинских войск в верховья Янцзы. Когда же тайпины приблизились к Шанхаю – приняли непосредственное участие в отражении их наступления. Затем открыто отказались от политики нейтралитета, которой придерживались с начала восстания. Стали создаваться армейские части смешанного состава: рядовыми служили китайцы, офицерами были европейцы. На службе у цинского правительства находились несколько отрядов, состоящих из европейских и американских наемников.

Укреплялись армии будущих «региональных милитаристов». Ли Хунчжан (1823–1901), несколько лет провоевавший в рядах «хунаньских молодцов» под командованием Цзэн Гофаня, возглавил самостоятельно сильную Хуайскую армию. Подобные формирования появились и в других провинциях.

В 1862 г. возглавляемая Ши Дакаем сычуаньская повстанческая армия была блокирована цинскими войсками в горном районе. Понадеявшись на обещание вражеских военачальников сохранить жизнь ему и его бойцам, Отдельный ван сдался – и был жестоко обманут. Пленные были казнены на месте, только самого Ши Дакая доставили в провинциальный центр – чтобы обезглавить публично.

В начале 1864 г. проправительственными войсками, во главе которых стоял Цзэн Гофань, была обложена со всех сторон тайпинская столица Нанкин. Прекратился подвоз продовольствия, над многочисленным гарнизоном и жителями нависла угроза голода.

Вскоре, 1 июня 1864 г. скончался Небесный ван Хун Сюцюань – вероятно, приняв яд. В последние свои годы он становился все более замкнут и мрачен. Вместо него Небесным ваном был провозглашен его пятнадцатилетний сын.

В конце июля осаждавшие, взорвав и обрушив с помощью подкопа значительный участок казавшихся неприступными стен, пошли на решительный штурм. Пальба и рубка на улицах Нанкина продолжались до тех пор, пока не был сражен последний защитник. В этой безнадежной схватке пало не менее ста тысяч тайпинов. Однако юному Небесному вану удалось вырваться из города вместе с небольшим отрядом, в котором был и его двоюродный дядя Хун Жэньчан. Но в октябре он был схвачен и казнен.

В разных местах Поднебесной отдельные, утратившие связь между собой отряды вели борьбу вплоть до 1868 г. Некоторая часть тайпинов ушла во Вьетнам, и те из них, кто дожил до антиколониальной войны с Францией, приняли в ней участие (в составе образованных ими отрядов «черных флагов»).

Всего в этой многолетней кровавой эпопее, по различным оценкам, погибло от 15 до 20 миллионов китайцев.