Ладья - Дэниел О’Мэлли

Оказавшись в трейлере, Мифани нашла своих людей встревоженными, разгоряченными и жаждущими исполнять приказы. Группа ученых из стерильного отсека трейлера, когда убедилась, что их никто не проглотит, вооружилась скальпелями и осторожно вошла в дом. Пешка с бензопилой спустился в подвал, где полчаса расправлялся со стручками, о которых рассказала ему Мифани. Внутри оказались баргесты, все в объяснимо дурном расположении духа. Культистов бережно отделили от погибших и постарались выяснить, кем они были на самом деле. Также из дома взяли образцы всего, что там было, чтобы изучить это под микроскопом. А само здание оградили от людей большими пластиковыми листами, исписанными строгими предупреждениями, где говорилось что-то про асбест.

– Да, ладья Томас, – тихо сказала Ингрид по телефону. – Лорд и леди любят, когда собираются все четверо, да и сами они очень хотят впечатлить американцев. И от вас они ожидают, что вы наденете что-нибудь официальное. Могу ли я предложить вам малиновое платье? То, которое вас заставила купить там гречанка?

Наступила долгая неловкая пауза – Мифани совершенно не имела понятия, о чем говорила ее помощница. Малиновое платье? Как нетипично. Насколько ей было известно, в гардеробе у Томас висели только черные, серые или белые вещи.

Ингрид вздохнула.

– Вэл сказала мне, что оно в гардеробе вашей гостевой комнаты, вместе со всей остальной одеждой, которую вас заставила купить гречанка и которую вы никогда не носите. Я вышлю вам инструкцию, как его надевать.

– Боже мой, – сказала Мифани, которая до этого уделяла разговору лишь частичное внимание, но теперь полностью отвлеклась от своих бумаг. – Я думала, это будет не слишком пышное мероприятие.

– Ну, придут только члены Правления и их сопровождающие, – ответила Ингрид. – И послы Кроатоана со своими сопровождающими.

– Погоди секунду, – сказала Мифани, поворачиваясь к Шонте, которая была занята проверкой своей электронной почты. – Шон, у тебя есть сопровождающие?

– Э-э, да, – ответила Шонте с таким видом, будто ее спрашивали, есть ли у нее позвоночник, нос или что-нибудь еще, что обычно принимают как само собой разумеющееся.

– И кто это? – осведомилась Мифани. – Почему они не с тобой? И не принимай это на свой счет, но почему они тебя не развлекают, чтобы тебе не приходилось ездить на места происшествий?

– Они должны были полететь с нами, но все еще устраиваются в гостинице.

– Понятно, – сказала Мифани. – Ингрид, а… мои сопровождающие будут готовы? – спросила она неуверенно. С того дня, как она приняла эту жизнь, она и не слышала, что у нее должны быть сопровождающие как таковые. Может, Томас предпочла от них отказаться.

– Я иду к парикмахеру через час, – ответила Ингрид, – и я направила им указания по поводу вашей прически, так что они будут готовы, когда вы прибудете. И еще, Энтони подойдет вам в качестве телохранителя?

– Да, звучит отлично, – сказала Мифани.

«Значит, мои сопровождающие – Ингрид и Энтони».

– Превосходно, тогда мы будем у вашего дома за полчаса до рассвета.

– Идет, – ответила Мифани.

«Похоже, это будет что-то вроде бала в старшей школе».

– Я не могу это надеть! – в ужасе воскликнула Мифани.

Вэл прибежала в гостевую комнату и остановилась как вкопанная, когда увидела платье, которое держала в руках Мифани.

– Вы не можете это надеть! – воскликнула домработница.

– Да, я знаю! – сказала Мифани, содрогаясь всем телом в своем нижнем белье, но все равно отказываясь от имеющейся альтернативы.

– Как будто весь материал, которой должен быть сверху, переместился вниз, – заметила Вэл.

– Да, я знаю! – сказала Мифани, задумчиво оглядывая свою грудь и гадая, как платье должно было на ней держаться. Как могла Томас описывать себя скромной и неприметной и при этом иметь платье, которое постеснялась бы надеть даже венецианская куртизанка? Дело было не столько в том, что оно выглядело неприлично, сколько в том, что требовало от нее недюжинной самоуверенности. Броское и кричаще нетрадиционное, оно поразило бы всех в любом случае, но надень его Томас – и вовсе повергло бы в шок.

Вообще все наряды в гардеробе гостевой комнаты указывали на резкий сдвиг в модных пристрастиях Томас. Мифани открыла дверь и отступила на несколько шагов назад, ошеломленная видом одежды, которую там обнаружила. Внутри цвел целый сад разных цветов. Полный набор платьев и нарядов, прекрасно сшитых и буквально кричащих, чтобы привлечь внимание.

– Так что это у вас за вечеринка намечается? – поинтересовалась Вэл.

– По работе, – сокрушенно ответила Мифани.

– Официальная?

– До определенной степени.

– Понятно. Шлейфы в последнее время мало где увидишь, разве что на свадьбах, что проводят на природе.

«Если бы невеста появилась на свадьбе в таком платье, ее бы сочли чертовски распущенной, – подумала Мифани. – И еще бы медовый месяц начался прямо у алтаря».

– Мы встречаемся с американцами, – пояснила Мифани.

– О-о! – оживилась Вэл, явно над чем-то задумываясь.

– Как думаешь, я смогу его натянуть?

– Как мне кажется, его любой прохожий сможет и стянуть, если дернет вот здесь, – хмуро проговорила Вэл. – Зато у вас милая прическа, а с парочкой украшений вы будете и вовсе выглядеть особенной.

Узнав, что мероприятие будет международным, Вэл, похоже, отнесла его к той же категории, что и церемония вручения «Оскара» или, может быть, Вторая мировая война. Она принялась суетиться вокруг Мифани, будто та была ее дочкой и собиралась на выпускной бал. Несомненно лучше, чем Мифани, ориентирующаяся в доме, Вэл взяла шкатулку с украшениями и достала оттуда внушительных размеров ожерелье, которым можно было прикрыть как раз то место, где не хватало материала платья. А в случае необходимости его можно было использовать, чтобы забить кого-нибудь насмерть ради канапе.

Вместе им постепенно удалось разобраться, как Мифани должна была влезть в платье и как застегнуть все бретельки. Когда Мифани наконец встала в нем перед зеркалом, у обеих женщин перехватило дыхание.

– Хорошо, – выдавила Вэл. – Хорошо.

Платье было великолепным, даже внеземным. Мифани выглядела так, словно купалась в крови целого десятка модных дизайнеров. В парикмахерском салоне стилисты точно знали, какая прическа и макияж подойдут под платье, и сделали ей все необходимое. Все, что нужно было прикрыть, было прикрыто. Наряд, где надо, плотно облекал ее тело, а где надо – развевался вокруг. Хотя Мифани совсем не хотелось этого признавать, выглядела она ошеломительно. Это было платье, специально предназначенное, чтобы привлекать внимание.

– Вы похожи на Золушку, – восторженно произнесла Вэл.

– Да, как будто она в рабстве и вместо крестной у нее – Кристиан Диор.