Правила большой игры - Алекс Орлов

Послышались шорох и позвякивание – повар одну за другой просунул в щель четыре банки сардин. Гастон принимал их и тут же передавал Рону.

– Как ты там, Рауль, держишься? – участливо поинтересовался повар.

– Держусь, Мануэль, у меня все в порядке. Твои сардины и в особенности твое дружеское участие очень мне помогают. – У Гастона дрогнул голос, играл он с воодушевлением.

– Мы же земляки, Рауль. Если бы в моих силах было освободить тебя, я непременно бы это сделал.

– Ты не так уж и бессилен, Мануэль, есть кое какая возможность…

– Возможность? Что ты хочешь этим сказать, Рауль?

– Я могу убраться отсюда и отправиться в наш родной Фамадильо.

– Но как? – Было слышно, что повар шумно задышал.

– На вертолете. Ты ведь знаешь, он прилетает сюда регулярно.

– Но это невозможно! Никто не знает, когда он появится здесь в очередной раз… Хотя – нет! Я знаю!

Я знаю, Рауль! Я случайно подслушал разговор босса с начальником охраны, они говорили, что вертолет прибудет послезавтра в половине пятого.

– Почему так рано?

– Безотлагательный случай, каким-то богатеям неймется получить новые органы – они уже сидят на трубках.

– Ты не просто друг и земляк, Мануэль, ты на стоящий боевой камрад!

– И еще они сказали, что будет темно – в смысле утренние сумерки, у нас здесь поздно светает…

– Я должен попасть на взлетную полосу, Мануэль!

– Но я всего лишь повар, Рауль! Я могу стащить для тебя еще полсотни банок сардин, но это все, на что я способен!

– От тебя потребуется совсем немного…

– Что я должен сделать?

– Принеси мне ножи.

– Ножи? – испугался Мануэль. – Зачем тебе ножи?

– Не задавай детских вопросов, боевой камрад! – Голос Гастона стал жестче. – Ты сам знаешь, для чего требуются ножи. Мне нужны острые, для разделки мяса, четыре штуки.

– Да ты что, меня же пристрелят, если узнают, что я пошел на это! – Голос Мануэля зазвучал слабее – в ужасе он отпрянул от стены.

– Я должен вернуться в город и убить Фрэнки

Косого!

– Какого Фрэнки Косого?

– Того самого, с Двадцать Четвертой улицы.

– Это же в нашем районе!

– Конечно – о чем я тебе и толкую.

– Но зачем тебе убивать Фрэнки Косого?

– Он застрелил моего дядю Тома. Просто пришел в его жалкую лавчонку и выпустил всю обойму в бедного старика.

– Какой ужас! За что?

– Он проиграл дядю Тома в карты, представляешь?

Теперь они играют на людей!

– Это ужасно, Рауль, но я не могу помочь тебе.

Меня убьют, меня четвертует этот Базилевский, если вдруг…

– Мануэль! – оборвал его Гастон. – Это еще не все… – Да? – Да.

– Помнишь, ты рассказывал мне, как назначил свидание Гортензии Дилан и ждал ее возле кинотеатра, а она не пришла?

– Это было ужасно, Рауль, я до сих пор чувствую боль от ее поступка. Потом мы неоднократно с ней виделись, но она так и не объяснила мне, почему не пришла…

– Я знаю всю правду об этом, Мануэль!

– Ты знаешь правду?

– Да, волею случая я узнал, почему она не пришла.

– Почему же? – Повар снова припал к стене.

Пока ты стоял с букетом у входа в кинотеатр,

Фрэнки Косой перехватил Гортензию и отымел ее в кустах позади кинотеатра.

– Нет! Нет, только не это! – завопил несчастный Мануэль. Джек забеспокоился, не услышат ли эти крики охранники.

– Само собой разумеется, она этого не хотела, она мечтала только о тебе, Мануэль, но этот скот…

Снаружи послышались сдавленные рыдания.

– О, как бы я хотел вцепиться пальцами в его глотку-у-у! – причитал Мануэль.

– Я сделаю это за тебя, друг! – гнул свою линию

Гастон.

– Но… но я жалкий трус, Рауль… – Повар всхлипнул. – Я не могу принести тебе…

– Мануэль, он давал ей в рот… – страшным голо сом сообщил Гастон.

Повар примолк. Потом зазвучал его голос, звонкий и вполне окрепший:

– Ты получишь свои ножи, Рауль, и не далее как завтра вечером. Надеюсь, они помогут тебе…