Правила большой игры - Алекс Орлов

Вскоре поднялся и пострадавший. Он выглядел не так плохо, учитывая, как старались Рон и Джек.

– Ну, вот и все, Ставр, – сказал Гастон. – Избе жать этой процедуры, как ты понимаешь, было не возможно. Иди, умойся и возвращайся сюда: нам нужно поговорить.

Ставр кивнул и, зажимая разбитый нос, вышел.

– Его доставили, пока вы были в первом корпусе, – пояснил Гастон.

– А откуда вы узнали, кто он?

– Мне рассказал охранник.

– С каких это пор, сэр, вам докладывают охранники?

Гастон улыбнулся.

– Он не просто охранник – он педераст. Наш виртуальный роман с ним длится уже неделю – мне пришлось сделать вид, что я тоже педераст.

– А если он потребует ласки? – усмехнулся Рон.

– Не потребует. Эти голубчики обожают красивые отношения. Он тоже согласился ждать, когда я буду готов.

– Я слышал, они предпочитают тех, кто помоложе.

– Конечно, Джек подошел бы ему куда больше, но я сделал ловкий ход – сказал, будто был любовником Лоди Эрмауса. Недолго, конечно, будто бы десять лет назад мы провели с ним несколько ночей на Йономари. После этого признания охранник жутко меня возжелал.

– А кто такой Лоди Эрмаус?

– О, это в их кругах настоящая легенда. Идеолог голубого движения. Однажды он совратил премьер-министра прямо в его круглом кабинете.

Джек и Рон только покачали головами, они об этом даже не слышали.

– И что, он теперь будет снабжать вас информацией?

– Конечно, он попытался отвертеться, дескать, сильно рискует, но я намекнул, что повар меня тоже домогается, так парень прямо затрясся от ревности.

А он не прибьет повара? Кто тогда будет носить нам сардины?

– Не прибьет, повар здесь в большом авторитете.

Вернулся Ставр. Он остановился в проеме, не решаясь войти.

– Заходи, чего уж там, – сказал Рон.

– Простите меня, если можете, господа. Я вас пре красно понимаю – вы имеете право меня убить.

Ставр шмыгнул подбитым носом.

– Как ты сюда попал, расскажи, – приказал Гастон.

– Позавчера ко мне явился Шляпник и потребовал, чтобы я отдал деньги, которые забрал у этих господ… Он так и сказал – сорок тысяч в дорожных чеках. Я, понятное дело, пошел в несознанку – Шляпнику человека убить ничего не стоит. Он приехал с двумя головорезами, которые стали переворачивать мебель и простукивать стены. Так они нашли несколько моих тайников… – Ставр вздохнул: потерянного было жаль.

– Потом стали обыскивать подвал и нашли сейф он был за шкафом, откуда я пластик голубой доставал, помните?

– Неважно, – сухо обронил Рон.

– Шляпник вынул нож и сказал, что, если не от крою сейф, снимет шкуру с живого. Пришлось открыть, а там среди часов и другого барахла лежали чеки. Я думал, он меня убьет, но он решил продать меня. Говорит, пойдешь туда, куда до этого других отправлял…

– Ну и сколько за все годы ты отправил?

– Сто сорок четыре человека… вместе с этими господами.

– Что ты знаешь об этом острове?

– Остров называется Макирон, входит в гряду

Кейтонских островов. Районное отделение морской полиции, расположенное на соседнем острове Сатибай, целиком куплено господином Базилевским это человек, который заправляет здесь всем. С ним

Шляпник связывался лично, если возникали какие-то проблемы.

– Сколько отсюда до Санни-Лэнда?

– Тысяча километров с небольшим хвостиком, водой на грузовом судне двое суток выходит.

– Тебе приходилось присутствовать при разговоре

Шляпника с Базилевским?

– Да, сэр, один раз Шляпник звонил прямо из моего дома, правда, он раскладывал антенну – такую ромбовидную.

– РС-связь.

– Да-да, она самая.

– Значит, здесь у Базилевского тоже должен быть прибор РС-связи, – подвел итог Гастон. – Ведь он от сюда звонил?