Правила большой игры - Алекс Орлов

Все складывалось как нельзя лучше. Два, а то и три больших отряда завязали перестрелку и начали разносить гостиницу. На этажах гремели взрывы, стекла сыпались из окон дождем, иногда вылетая вместе с оконными рамами. Постояльцы кричали на разные голоса, умоляя их спасти, однако спасать их было некому: первые же прибывшие на место патрульные машины сразу были подожжены, и городские копы попрятались, дожидаясь прибытия спецназа.

Когда перестрелка завязалась на крыше, Сутулый повел свой отряд в обход гостиницы, чтобы не отпускать Джека и Рона слишком далеко. Деваться им было некуда, и Сутулый полагал, что они попытаются перепрыгнуть на соседнюю крышу.

Добежав до угла, он выглянул на улицу именно в тот момент, когда беглецы распластались в полете.

– Не допрыгнут, – сказал подоспевший Пирелли.

Сутулый и сам видел, что не допрыгнут.

Так и получилось: отчаянно хватаясь за края черепицы, беглецы полетели вниз. Сутулый уже собрался бежать, чтобы подхватить раненых и немедленно доставить их в госпиталь – эти двое дорого стоили, – однако Джек и Рон приземлились на довольно прочную маркизу из красного прорезиненного полотна.

– Везучие, сволочи… – усмехнулся Сутулый, глядя, как ветераны кубарем летят по сломанному козырьку.

Так он и сидел за углом, наблюдая перестрелку между федералами и двумя другими отрядами. Потом на помощь агентам ФСКР прибыл полицейский спецназ, и их противники отступили, забрав своих убитых и раненых.

На улице показался черный броневик полицейского спецназа.

– Сейчас копы их повяжут, – сказал Пирелли. – Что тогда будешь делать, пацо, всех копов убивать?

– Не повяжут они их, – уверенно заявил Сутулый.

Сейчас он искренне желал беглецам удачи.

Проверив здание, в котором скрылись Джек и Рон, и не найдя их, раздосадованные полицейские стали собираться на улице. Какой-то начальник распекал их за нерадивость, а потом потребовал, чтобы всех, кто находился в борделе, вывели на улицу.

– Я сам определю, кто из них кто! – кричал он, размахивая автоматом.

Из здания стали выгонять полуголых проституток. Он визжали и отбивались от полицейских, когда те их лапали.

– Вперед, нам нужно обойти бордель – нашим друзьям самое время выбираться, – сказал Сутулый и, прикидываясь случайным прохожим, свободно перешел улицу. Его примеру последовали люди Пирелли. Наконец все собрались за борделем и спрятались между зарослями декоративного кустарника и авто мобильной стоянкой.

– Напоминаю всем: если возьмем обоих – хорошо. Если только одного, второго надо будет обязательно пристрелить. Информация должна оставаться при нас, ясно?

– Ясно, – за всех ответил Пепе, зауважав Тревиса.

В одном из темных окон показалась голова, все замерли. Под стеной лениво шевельнулся полицейский из оцепления, и голова в окне исчезла.

– А если у них стволы – как живьем брать будем? – прошептал Пирелли.

– А вот так и будем – в ноги стрелять и только в упор. Если нашпигуете их свинцом, сеньору Марино это не понравится.

Из окна на втором этаже свесилась короткая веревка, по ней начал спускаться человек. Оттолкнувшись от стены, он обрушился на дежурившего полицейского.

– Все. Копа они сняли.

– Да как ты все видишь-то? – поразился Пирелли.

– Я не только вижу, я еще и слушаю… Там у вас что? – Сутулый указал вправо.

– Парк.

– Далеко?

– Метров сто.

– Это плохо, в парке мы их не найдем.

– Найдем. – Пирелли усмехнулся. – Сначала им придется пруд переплывать.

– Пруд? Глубокий?

– Я не мерил, но на лодках там катаются, а берега высокие, камнем обложены.

– Камнем – это хорошо… Ну, смотри, теперь видишь их?

Пирелли пригляделся: два темных силуэта прошмыгнули через автомобильную стоянку и двинулись в сторону пруда.

– Ага, теперь вижу.

– Подождем, пока они дойдут до воды, а потом погоним. Объясни это своим.