Правила большой игры - Алекс Орлов

Пластиковые наручники-удавки стянули запястья.

– Не шевелись!

Глядя в окно, Джек слышал, как Стелла обыскивала Рона и сковывала его руки. Оглушенный, он что-то мычал, у дамочки хватило сил поднять его обмякшее тело и забросить в кресло.

– Повернись!

Джек повернулся.

– Ты Джек Зиберт, а он Рон Барнаби. Правильно?

– Правильно.

– За вашу поимку объявлена награда в сто тысяч батов. Знаешь об этом, красавчик?

– Нет, – соврал Джек.

Стелла поднялась с откидной банкетки и подошла к нему, чуть отведя в сторону пистолет.

– Эти сто тысяч, считай, уже мои, но что-то говорит мне, что вы стоите дороже. Причем значительно дороже. Простых копов можно заставить бегать вы сунув язык и за сто тысяч, но уж начальника полиции – едва ли, а значит, ему пообещали куда больший куш.

Джек почувствовал ее руки у себя на поясе.

– Что ты делаешь?

– Расстегиваю тебе штаны.

– Зачем?

– Чтобы приласкать тебя, Джек.

Стелла привлекла пленника и жарко его поцеловала. Он охотно ей отвечал, надеясь, что она его развяжет, но, видимо, пока это в ее планы не входило.

Посмотрев на Джека в упор, Стелла начала допрос:

– Кто вас ищет, Джек, и зачем? Кому вы так понадобились?

– А… ты… вообще… кто? – спросил он прерывисто, поскольку быстрая рука Стеллы уже находилась в его трусах.

– Кто я? – Стелла хохотнула. – Я агент службы криминальных расследований, Джек. Я собиралась ехать по своим делам и вдруг – ты. Такую симпатичную мордашку я сразу запомнила, едва посмотрев в твое досье. Представляешь, разыскивается за воз награждение и вдруг сам к тебе подходит. Мне просто повезло!

Она захохотала и внезапно сдавила его – там, внизу.

– Ой! Отпусти – больно!

– Это еще не больно, Джек. Это совсем не больно.

Вот когда я зажму между пальцами твои шарики и начну их перекатывать, вот тогда, дружок, ты поймешь, что такое больно.

– Но чего ты хочешь от меня?! – воскликнул Джек.

– Чтобы ты рассказал, кто и зачем вас разыскивает.

– Мы выполняли контракт вслепую и должны были умереть, но нам повезло, мы сбежали! Теперь, наверное, нам хотят заткнуть рты!

– На кого вы работали?

– Я полагаю, на «Баярд»…

– «Баярд»… Значит – «Филипп Таккер».

– Возможно, я в этом мало чего понимаю… Уй!

Ну что же ты делаешь?! – снова сморщился Джек. – Я же все тебе рассказываю!

– Это уже для удовольствия – я ведь женщина, Джек.

И Стелла снова поцеловала его взасос, так яростно и жарко, что Джек на мгновение забыл, где он и в какой ситуации.

– Слушай, давай просто трахнемся! Развяжи меня, и я сделаю тебя счастливейшей из женщин… Ты мне нравишься, честное слово!

Стелла сделала вид, что раздумывает.

– Заманчивое предложение, тем более что я собственными руками чувствую, как я тебе нравлюсь, только…

– Что?

– Ты еще не все мне рассказал.

– Все, уверяю тебя! Все, что мне было известно!

В следующее мгновение Джек охнул от ужасной боли, пронзившей его, а когда очнулся, обнаружил, что сидит на полу, привалившись к кровати.

– Ну как, появилось желание говорить правду?

Стелла стояла перед ним, поигрывая пистолетом.

– Я… не понимаю…

– Хорошо, я помогу тебе. Помнишь, как ты подставил меня на вокзале? Ты сунул мне в сумку стальную пластину. Поначалу я думала, что ты обычный карманник, работающий под мачо, но потом почувствовала, что ты ничего не взял, а, наоборот, поло жил – сумка стала тяжелее. Теперь вопрос: зачем было проверять, как отреагирует на этот кусок металла детектор-разделитель? Подумай, прежде чем ответить,

Джек. Несколько минут у тебя есть.

– Это была только шутка, мисс… – подал голос Барнаби.

– О, наш ветеран очнулся! – почти обрадовалась

Стелла. – Как ваша голова, Рон?

– Благодарю вас, еще бы на два сантиметра ниже, и старина Рон больше с вами не разговаривал бы.

– Ну что вы, я вовсе не собиралась убивать вас, Рон. Честно говоря, из вас двоих вы мне нравитесь больше. В человеческом плане, разумеется, понимаете меня?

– Да, мисс Стелла.

– Джек не так добр, как вы, но потрахаться с ним я бы не отказалась. Однако, увы, обстоятельства.

Стелла вернулась к Джеку.

– Ну как, мой сладенький, ты собрался поделиться со мной информацией? Или все еще не готов?

Джек и рта не успел раскрыть, как получил остроносой туфлей в солнечное сплетение. Дыхание перехватило, где-то в спине появилась нестерпимая боль, и он потерял сознание.

– Если вы его убьете, мисс, толку с этого вам будет немного.

– Не думаю, что вы допустите это, Рон. Я уверена, что вы спасете своего друга и сами расскажете мне все без утайки. Тогда я перестану мучить Джека и скоренько сдам вас полиций в Санни-Лэнде.

– Но если вы убьете нас, награды вам не видать.

– Э-э, нет! – Стелла погрозила Барнаби пистолетом. – В инструкциях было сказано: доставить живы ми или мертвыми. Так что ваши трупы все равно принесут мне деньги.

– Понятно… – вздохнул Рон. Хотя голова после удара болела, соображал он хорошо. Со слов этой людоедки выходило, что если они ничего не скажут, она забьет их до смерти, а если скажут – убьет обязательно, чтобы ее пленники больше никому не вы болтали этот секрет.

Проверяя прочность наручников, Барнаби чуть шевельнулся.

– Бесполезно, Рон, – усмехнулась Стелла. – На ручники мягкие, но они армированы углеволокном.

Она поняла, что совершила ошибку, сказав об условиях вознаграждения, выражение ее глаз изменилось.

– И что теперь будем делать? – спросил Барнаби, просто чтобы оттянуть неизбежное.

– Хорошо, что ты спросил. Давай так: ты говоришь мне все как есть – и получаете со своим дружком по пуле. Легкая смерть, отличный выход.

– А если не легкая?

– Я буду бить Джека до тех пор, пока с его лица не начнет отслаиваться мясо. Ты желаешь это увидеть?

Рон пожал плечами. Можно было, конечно, соврать ей напоследок, но что этим выиграешь? Если поймет, что соврал, снова возьмется за Джека.

Оставался еще один, совсем небольшой шанс, но для его реализации требовалось немного времени и чуточку везения.