Земля наша велика и обильна... - Юрий Никитин

– Надежда – да, – сказал я, – возможно,будет. И даже чуть легче жить станет, если Запад пришлет сюда большоеколичество менеджеров, как прислал вместе с Рюриком. А потом еще разсделал массовое вливание менеджмента при Петре Первом. Но если не пришлет…

Он взглянул на меня умоляюще:

– Борис Борисович, этого надо добиться!

Я засмеялся, смех получился горьким.

– Василий, я, скорее всего, не усижу в кресле лидера партии.Карельский, когда садился в поезд, сделал заявление, что создает фракциюистинных патриотов России. У них будет своя программа… Вот взгляни, онасейчас на первых страницах новостных сайтов!.. Если не любишь читать с экрана,дождись утренних газет. Кстати, будь готов к разговору с корреспондентами.Вот-вот нахлынут! Их не было на бюро, никто не ждал сенсаций, а сейчас набегут.

Он спросил встревоженно:

– Борис Борисович, а что говорить-то?

– Да то и говори, что мне сказал. Что надоело жить в вечномсраче, в грязи, среди гор мусора и ворья, когда воровство не наказывается,когда проституция поощряется, когда срут под окнами, и нельзя хотя быоштрафовать – такова наша система… В Штатах даже за неправильноприпаркованную машину такой штраф припаяют – на всю жизнь закаешься!А за серьезное преступление дадут пять пожизненных сроков или каких-нибудьтриста-четыреста лет каторги без права пересмотра срока!

Он оживился, сказал:

– Я слышал, в Штатах даже за мелкое воровство, еслитретья судимость, дают пожизненное!.. Это класс. А что вы говорить будете?

– У меня другие доводы, – ответил я. –У меня – география. Так что давай воздействуй на массу, а я навысоколобых.

– Это понятно, – ответил он, – вы же профессор!

– Как будто ты нет!

– Увы, я всего лишь доктор наук. Преподавать не довелось…

Звякнул видеотелефон, на экране появилось лицо Юлии.

– Борис Борисович, звонят из газеты «Акаинф», просятдоговориться насчет интервью.

– Началось, – вздохнул Белович, голос прозвучалиспуганно и радостно одновременно.

– Не знаю такой газеты, – ответил я Юлии. –Откажи.

– Хорошо, – ответила она.

Послышался щелчок, экран померк. Белович спросил тревожно:

– Стоит ли? Нам любая трибуна нужна.

– Будут еще, – пообещал я. – Все-таки этосенсация: РНИ не просто прекращает кампанию против Америки, а предлагаетвоссоединить страны! Сейчас набегут…

Звякнул телефон, Юлия улыбалась одними глазами.

– Борис Борисович, поступили еще две заявки насчет интервьюс вами. Из «Молодежного вестника» и «Предпринимателя».

Я подумал, предложил:

– Юлия, возьмите расписание на себя. Будут подобные просьбы,отсортировывайте третьесортные, а самые влиятельные издания продвигайте впервый ряд. И так, боюсь, охрипну, объясняя свою позицию.

– Если доверяете, Борис Борисович…

– Доверяю, – отрубил я.

Связь оборвалась, Белович взглянул на меня с опаской,вздохнул.

– Всегда бы вы оказывались так же правым!

Широкая панель плазменного телевизора вспыхнула отприкосновения к сенсорному пульту. Сверхсовременная техника передает всеоттенки, позволяет видеть зал целиком, телеоператоры сноровисто выхватываютлица руководителей фракций, комитетов и подкомитетов, лидеров партий, движений.Чаще других показывали, ессно, Жукальского, этот умнейший политик известенэксцентричностью, дураки называют его клоуном, мол, мы не такие, мы –сдержанные и примерные, но Жукальский еще не собирается баллотироваться впрезиденты, потому вовсю оттягивается на заседаниях, острит, двигает пламенныеречи. Он сперва собрал симпатии молодежи, потом различных леваков, ухитрившисьзавоевать расположение у правых и левых в равной степени, а сейчас медленно, новерно завоевывает и основную массу, демонстрируя умение схватывать проблемуцеликом и моментально выдавать ее решение, обычно очень меткое, завернутое впару коротких, почти афористических рекомендаций.

Я вслушивался в речи, взял пульт, переключил назаседание бундестага, там сейчас как раз идет обсуждение проблемы торговли сЯпонией, послушал минут пять, пока не стал понятен расклад, переключил поспутниковому каналу на Англию, там в палате лордов как раз принимают закон оповышении таможенных пошлин на ввозимую из Китая бытовую электронику.

Власов наблюдал за моим лицом, сказал сочувствующе:

– Не нравится? Но разве у нас лучше?

– В том-то и дело, – ответил я зло. –О чем говорят? Всяк тянет одеяло на себя. Если присмотреться, то однинационалисты помнят о благе страны, о ее интересах. Хоть в Германии, хоть воФранции, хоть в любой другой. Все остальные… эх, одни рвачи!

Переключил обратно, вслушался, о чем говорят депутаты,выругался. Бандиты сумели пробить закон, что на установку металлических дверейв квартиры теперь требуется разрешение от властей «на перепланировку», а такжеот всех соседей, что не возражают против установки железной двери. И есликакой-нибудь пьяненький слесарь дядя Вася не возжелает, чтобы богатый соседпоставил себе надежную дверь, он не даст ему такое разрешение!

Понятно, зажиточные и состоятельные люди начнут покидатьтакие дома, покупать квартиры в новостройках, где поселятся им подобные,поставят наконец-то железные двери, наймут надежную охрану вместостарушки-консьержки… и возникнут отдельные острова для «приличных», а остальноепусть тонет в грязном море пьянства, бандитизма, наркомании, молодежных банд.

Снова звонок, на экране лицо Юлии.

– Борис Борисович, прибыли корреспонденты из«Предпринимателя».

– Так быстро? – удивился я. – Молодцы, опередиликоллег… Ладно, впусти.

– С ними телеоператор, – предупредила она. –Проверьте, застегнута ли ширинка.

Экран погас, Власов торопливо поднялся.

– Все-все, я пошел.

В дверях он почти столкнулся с Юлией, она провела вкабинет длинноволосого мужика с редкими волосами, где просвечивает розоваялысина, молодого парня с жутковато выглядящим сооружением на плече и тяжелойсумкой на спине, явно аккумуляторы. Длинноволосый, опасливо поглядывая наменя – как же, русский националист! – представился торопливо тонкимголосом:

– Виктор Задорожный, специальный корреспондент«Предпринимателя». Господин Зброяр, вчера ряд членов вашего партийного бюросделали сенсационные заявления… Вы что-нибудь можете добавить?

За пару часов корреспондентов набралось много, получилосьнечто вроде импровизированной пресс-конференции, на вопросы я отвечалпочти до обеда. В самом деле чуточку охрип, хотя Юлия то и делоприносила минеральной воды. Последними пришли представители спортивных газет, ячуть было не сделал замечание Юлии, потом сообразил, что при всем тупоголовииболельщиков все-таки массовость именно у них, а тиражи спортивных газет намногопревосходят тиражи солидных коммерческих изданий. Да, когда надоориентироваться на ключевые фигуры бизнеса – это одно, но если надозавоевывать голоса, то лучше всего обращаться именно к этим.