Ричард Длинные Руки - майордом - Гай Юлий Орловский

– Что вас удивило, сэр Ричард? Вижу, вы удивлены даже больше, что ожидалось.

– Угадал, – ответил я. – Телепатический зов еще как-то могу объяснить, но как ты сушишь сапоги электричеством?.. Ну и, конечно, как ты оказался здесь?

Он проигнорировал оба вопроса, переспросил:

– Электричеством?

В его густом красивом голосе звучал понятный интерес. Я кивнул на молнии.

– Ну да, а что же там еще?

Он ответил, чуть помедлив:

– Я бы сказал, молнии…

– Это само явление, – сказал я, – а сила, его производящая… впрочем, я не за этим зашел. Когда Зигфрид обмолвился, что ты здесь…

Логирд отмахнулся.

– Ничего сверхъестественного. Как только они с Ульманом и Теодорихом начали собираться к вам, я тоже хотел, но гордые рыцари погнушались ехать с колдуном, да еще некромантом!.. Потому выехал позже, но держал их след. Так и прибыл сюда.

– Но в этом городе оказался раньше наших войск?

Он коротко усмехнулся.

– Вы его возьмете, я знал! А здесь немало полезных диковинок. Как вот эта… Говорите, электричество? Что это за вид магии?.. Ладно, вижу по вашему лицу, что объяснить непросто. А понять еще труднее… Хорошо, об этом потом. Сейчас же докладываю, что я узнал. В этом городе даже не знают, что здесь живет самый сильный человек на земле!.. Более того, говорят, что он бессмертен. И неуязвим.

Я насторожился.

– Кто говорит?

– Хороший вопрос, – ответил Логирд. – В городе о нем не знают, но есть записи в ряде старых и не очень старых книг. Есть некоторые трудности обнаружить этого человека, но я их обошел.

– А он точно… силен?

Логирд кивнул.

– Записи говорят, что в прошлые века были герои, которые вызывали его на бой…

– И что?

– Никто не вернулся, – ответил он почти с гордостью. – Были такие, что старались взять хитростью, но его не берет никакой яд, а кожа у него такая толстая, что ее не пробить никаким острым копьем. Однажды напоили, связали, но когда проснулся, разорвал веревки и всех побил, сильно осерчав…

– Круто, – сказал я.

– Да, – согласился он. – Однажды, точно так же напоив допьяна, сонного заковали в цепи. Так он и цепи порвал! А потом этими же цепями побил всех. Не-е-ет, с ним никто не может справиться. А он зачем-то покинул город, где с ним страшились связываться, перебрался в другой, третий… наконец поселился здесь. Хотите повидаться с ним?

Я развел руками.

– Даже не знаю. Если честно, то не люблю тех, кто сильнее меня. С другой стороны, если этот человек будет в моем войске… Где он, говорите, живет?

Выходя на улицу, вспомнил, что к Логирду в этот раз обращался почти, как к рыцарю, хотя со всеми магами только, как с простолюдинами. Что-то есть в этом человеке величественное, хоть и неприятное. Ну не люблю некромантов, не люблю.

Впрочем, Логирд фон Темрунг из старинного рыцарского рода, так что все правильно, я говорил только что не с некромантом, а с потомком древнего благородного рода.

Улица привела к массивной решетке, дальше возвышается небольшой домик в два этажа, уютный и милый, весь в цветах, даже на крыльце по обе стороны вазы с цветами.

Я постучал, выждал, постучал снова. Нескоро из дома вышла молодая женщина, на ходу вытирая ладони о фартук.

– Кто там? – спросила она певуче, хотя видела меня отчетливо.

– Ричард Длинные Руки, – назвался я. – Вождь и глава захватившего город войска.

Она опешила, уставилась расширенными глазами.

– Что изволит, господин?

– Хочу поговорить с хозяином этого дома, – сообщил я любезно.

– Но…

– Или открой, – сказал я, – или пойди и скажи хозяину.

Она поколебалась, отступила на шаг, потом сказала испуганно:

– Я лучше доложу… Будь вы хоть король, но платит мне сеньор Ореадр.

– Иди, – разрешил я милостиво.

Вернулась она довольно скоро, молча сняла запоры и с поклоном открыла дверь. Я вступил в небольшой сад, от цветов идет сильный устойчивый аромат, легкий и приятный, сонно жужжат шмели, порхают бабочки, а на крыльце в горшках призывно качают головками распускающиеся розы.

Женщина открыла входную дверь, мы прошли через короткий холл, оттуда две двери направо и налево, а лестница ведет на второй этаж. Я нацелился по ступенькам, но женщина покачала головой.

– Сюда.

Она с некоторым усилием открыла дверь, толстую и массивную, но не вошла, а когда я переступил порог, плотно закрыла за мной.

В комнате множество живых цветов, как в горшках, так и в ящиках на подоконниках, мебель простая, без вычурности, а на диване сидит в свободной позе обнаженный до пояса красивый мужчина такого сложения, что просто Илиада какая-то, таких людей теперь нет: на голову выше самых высоких, широченные плечи, могучая шея, красиво вылепленная вздутая грудь, живот в ровных квадратиках.

– Глава брабантцев? – спросил он сильным звучным голосом. – Значит, уже знаете, кто я.

– Знаю, – ответил я.

– Садитесь, – пригласил он. – Что ж, это всегда когда-то раскрывается…

Я сел в ближайшее кресло и сказал торопливо:

– Вашу тайну раскрывать не буду. Мне это ни к чему. А пришел потому, что жадный до всего необычного… И не дает покоя мысль, почему такой могучий человек, как вы, живет вот так?

– Как? – поинтересовался он с ленцой в голосе. – Разве я живу плохо?

– Но могли бы жить иначе.

– Иначе, – сказал он, – не значит лучше.

– Согласен, – сказал я быстро. – Но… почему не взять власть в свои руки? Хотя бы над городом? А лучше – над страной?

Он ответил спокойным голосом всем довольного человека:

– А зачем?

– Как зачем? – спросил я. – Все к этому стремятся!

– Зачем? – повторил он. – Нет, правда, зачем? Мне хорошо. Видели мой сад?.. Это не я, я слишком ленив… Женщины насадили, поливают, ухаживают. У меня есть служанка, но многие ухаживают за цветами просто так… Да, они и постель мне стелют, вы правы.

Я слушал, кивал, лучше соглашаться, такие люди могут быть опасны, если в самом деле бессмертен и неуязвим… но начинаю догадываться, почему в его постели бывают женщины без всяких усилий с его стороны. Многие хотят забеременеть от такого красавца, вдруг да и ребенок будет необыкновенным, другим просто лестно побывать в постели такого силача.

– И что, – спросил я осторожно, – никогда не было даже попыток… стать, скажем, королем?

Он усмехнулся одной половинкой рта, улыбка получилась кривой.