Ричард Длинные Руки - майордом - Гай Юлий Орловский

Лоренс прервал:

– Простите, но вы сказали…

– Турниры? – переспросил я. – Да, это обязательно! С размахом. И начинать утверждать мысль, что войны – плохо, а турниры – хорошо. Повторяю, у вас будет намного больше свободы, но у рыцарей – тоже. Пусть это вас не беспокоит, мы проведем разграничение полномочий. Благородные рыцари не должны опускаться до таких низменных дел, как торговля, строительство и вообще занятие хозяйством. Это все полностью ложится на вас. Тяжелое бремя, так сказать. И все возможности, вытекающие из этого бремени.

Пауэр быстро посмотрел на ошарашенные лица и сказал громко с места:

– Сэр Ричард уже сказал, чем можно занять рыцарей, чтобы не вмешивались в наши дела. А мы подумаем тоже, что сможем предложить еще. В то же время сэр Ричард развернул просто ошеломляющие перспективы. Мы сможем заниматься даже тем, чем еще даже не пытались…

– Чем? – спросил кто-то.

– Морским делом, – ответил Пауэр. Он явно перехватывал инициативу, Лоренс хмуро качал головой, явно есть скрытое соперничество, в зале ошалелое молчание, Пауэр продолжил громко, – начиная с рыбной ловли, добычи жемчуга и заканчивая налаживанием торговли с Южным материком. Пока оттуда приходят лишь имперские корабли, но это случается очень редко. Их капитаны хранят молчание насчет путей, что и понятно, знание – золото, а команду никогда не отпускают на берег.

Они начали переговариваться между собой, я некоторое время ждал, давая им собраться с мыслями, потом поднялся и похлопал ладонью по столу.

– Прошу тишины. Мне пора возвращаться к своим войскам. Когда подойдем к Тараскону, постарайтесь показать нашему войску сразу, что вы знаете, кто пришел и с какой целью. И выкажите радость погромче, чтобы мои ребята не вздумали поступать с вами, как с побежденным или захваченным городом! Если сделаете все верно, в город не войдет ни один солдат.

На дворе все еще ночь, жаркая и в то же время странно прохладная, благодаря набегающим волнам океанского воздуха. Я распрощался с главами гильдий, что вышли проводить меня под покровом темноты, вскочил в седло, Зайчик выметнулся на улицу, народ шарахнулся в стороны.

Город встретил огнями, что освещают как двери домов, так и лужайки перед ними, и ворота. Еще свет вырывается на улицу из распахнутых настежь дверей харчевен, кабаков, притонов и прочих злачных, но таких манящих мест.

Я придерживал Зайчика, готового идти вскачь. Похоже, меня начали узнавать, хотя бы по коню, но я, не отвечая на крики, пронесся к главной дороге, что выведет за городскую стену, а оттуда уже на север в сторону Хребта.

Запахи еды и вина все сильнее, словно весь город сидит за обильно накрытым столом. Вскоре я начал различать отдельные ароматы мяса, рыбы, жареных овощей, услышал музыку и уже на окраине встретил пляшущих под зазывную музыку троих небрежно одетых музыкантов.

Дальше веселье и пляски встречал почти на каждом перекрестке, а то и перед распахнутыми дверьми постоялых дворов. Несколько раз видел за железными оградами домов огромные фигуры троллей. И хотя их одевают с головы до ног в дорогие одежды цветов хозяина, все равно тролли выглядят в них глупо и нелепо.

Я сказал со вздохом:

– Все это придется… изменить… Господи, не велика ли моя ноша?

Зайчик повернул голову и слушал внимательно. Я успокаивающе похлопал его по шее.

– Я не сошел с ума, лапочка. Давай обратно к войску… Или нет, сперва в Фоссано. Надо повидаться с Его Величеством.