Ричард Длинные Руки - майордом - Гай Юлий Орловский

Старший произнес осторожно:

– Смотря что ты ищешь…

Я сказал по-гусарски:

– Да усе!

– Мелочей нет…

Второй эльф добавил:

– Либо утонули слишком глубоко в грязь, дно очень илистое, либо… у кого-то дома.

– Да, – подтвердил старший. – Мелких нет.

– А крупное? – спросил я.

Он снова помедлил, мне показалось, что все трое переговариваются неслышно, покосился на вампиршу, она стоит в шаге от меня и чуть впереди, это чтоб я не отвлекался: мол, пока болтаю, подкрадется сзади и вонзит зубешки в мою сонную артерию.

– Крупное погребено под толстым слоем ила, – ответил наконец старший. – Очень толстым.

– А что там?

– Никто не знает.

– А какое оно?

– Тоже никто не знает, – ответил он. – Когда его еще можно было видеть, наши предки думали о том, как выжить. За это время это большое погрузилось в ил целиком. И с каждым поколением уходит все глубже. Так что его не достать никому.

Я кивнул, но подумал, что если очень нужно, достать можно все: нагнать толпы народа, изменить русло реки, начать раскопки… но для этого нужно знать, что там не ярмарочный балаган или крытый бассейн.

– Я был счастлив переговорить с вами, – сказал я церемонно. – Вы – Хранители Древней Мудрости, Сберегатели Истинных Путей, только у вас связь с Высшим разумом, тайнами Шакья Муньи и Шамбалы, вы знаете тайны снежного человека и Тибета… потому я склоняюсь перед вашей восточной мудростью и всегда… ага, ну, всегда!.. Вот так. Для первого дипломатического контакта, думаю, мы узнали друг о друге достаточно, то есть ничего не узнали, что вполне правильно и корректно. На сем откланиваюсь и надеюсь на плодотворное сотрудничество.

Они тоже поклонились и попятились в воду. Боудика сказала восторженным шепотом:

– Как ты владеешь древним искусством переговоров!

– Ага, – согласился я.

– Думаю, они тоже ошеломлены…

– Еще бы, – сказал я гордо, – это же надо уметь, наговорить кучу вежливых слов и ничего не сказать. Дипломат – это человек, который дважды подумает, прежде чем ничего не скажет.

Я свистнул, коротко простучали копыта, перед нами возник огромный черный конь. Она распахнула широко глаза.

– Я и не знала, что они могут так быстро…

– Не все о них знаешь, – сказал я с удовлетворением. – Это хорошо, не люблю умных женщин… Но я не против много знающих!

Она следила, как я обнимаю шею Зайчика, он дышит мне в затылок и прядает ушами, когда я вставил ногу в стремя, она спросила:

– Знающих, но не умных? Это как?

– Ты должна знать о старых эпохах, – сказал я и протянул ей руку. – Меня они интересуют очень даже… и почему-то.

Она подошла с видимой неохотой, но едва коснулась моей руки, черное элегантное платье укрыло ее фигуру целиком, оставив открытыми только обнаженные плечи и руки. Я поднял ее к себе, на этот раз она села сзади, прижалась ко мне всем телом уже без страха, что отшвырну, и я чувствовал, что ей наконец-то спокойно. Нашелся некто, кому можно бездумно вверить свою судьбу и не просчитывать каждый шаг, чтобы не свалиться в пропасть.

– Господин, – сказала она умоляюще, – позволь, я пересяду вперед? А то вдруг подумаешь что…

– Не подумаю, – заверил я. – Я тебе доверяю.

Она прошептала над ухом:

– Все равно тебе будет так спокойнее.

Я пересадил ее вперед, она прижалась всем телом, я погладил ее по спине, похлопал, еще раз погладил, чувствуя ее страх и растерянность, но надо двигаться обратно, начал отстранять от себя, однако она прижималась со всей силы, дрожала, я снова утешал, она начала что-то шептать мне на ухо, я слышал слезы в ее голосе…

…острая боль в шее резанула, словно бритвой. Я охнул, начал вырываться из ее объятий, однако она сдавила с такой силой, что затрещали кости.

– Ах ты ж… сволочь… – вырвалось у меня с хрипами. Грудная клетка трещала, на губах появился привкус крови. – Гадина…