Бездарь. Пять шансов из тысячи - Василий Горъ

На вершине Клыка Шеллара оказалось ветрено, сыро и крайне неуютно. «Колбасу», за прошедшие дни успевшую потерять товарный вид, неслабо мотало из стороны в сторону. Порывы и.о. местного Борея то и дело срывали с листвы кривых уродливых деревьев холодные капельки воды и бросали их в лица людей. А из густых зарослей северной части плато раздавались замогильные стоны и рыдания банши.[116]Магам, морально готовящимся к первому прыжку, все это здорово действовало на нервы. Поэтому Макс с ходу загрузил их делом – загнал на стапеля и заставил отрабатывать осмотр купола после открытия, отцепку и раскрытие запасного парашюта, действия при приземлении на препятствия и т. д. Для того чтобы у них не оставалось времени на раздумья о бесцельно прожитых годах, в промежутках между выполнениями упражнений он задавал им теоретические вопросы и добивался предельно четкого понимания каждого действия.

Кстати, буйствовал не особенно сильно, чтобы не заставить парней засомневаться в собственных силах. А девушек так вообще не трогал, прекрасно понимая, что Ольга отработает все, что считает нужным, и без его напоминаний, а Тиль, по сути, обычный балласт.

Зато та-Горен, все еще не оклемавшийся от утреннего разноса, срывал злость на своих людях по полной программе. Построил, заровнял и осмирнял «таджиков» из «подразделения обслуги», недостаточно хорошо закрепивших одну из палаток, поставил на уши поваров, не торопящихся с приготовлением горячей пищи, устроил очень неслабый разнос в чем-то провинившемуся телохранителю и т. д. В какой-то момент шума, создаваемого им, стало настолько много, что Фролова не выдержала и отправила ап-Ульвер унимать не на шутку разошедшегося брата. А когда у той не получилось, приняла огонь на себя – подошла к буйствующему магу и насмешливо посмотрела ему в глаза:

– Уважаемый, ты бы не мог перенести все воспитательные процессы на вечер? Чтобы занять правильное положение и открыться, новичкам требуется полное сосредоточение…

Намек был понят – маг тут же задергался и тут же предложил устроить сестре и троице перворазников-мужчин сеанс магического подавления центров страха.

От принудительной эмоциональной кастрации ап-Ульвер гневно отказалась, заявив брату, что не боится даже самостоятельного прыжка. После чего решила продемонстрировать свое бесстрашие, прогулявшись по помосту, сооруженному на краю скалы, и выносящему точку отрыва подальше от опасной вертикали.

Для того чтобы убедить доморощенную экстремалку отказаться от никому не нужного выпендрежа, Ольге пришлось пригрозить отстранением от прыжков. Равенстирка дико перепугалась и пошла на попятный. Причем довольно своеобразно – демонстративно повернулась к пропасти спиной и… свалила к мужской части РГСН, которая, как оказалось, уже закончила предпрыжковую подготовку и начала надевать парашюты.

– С ней все будет хорошо… – дождавшись, пока ап-Ульвер отбежит подальше, негромко пообещала Ольга.

Маг не ответил – зябко поежился, сгорбил плечи и потерянно поплелся к обрыву…

…Быстренько затянув обхваты костяновского «Sabre», Фролова подошла к коротенькому строю парашютистов, вгляделась в их уж очень спокойные лица и вопросительно посмотрела на Вересаева.

Поймав ее взгляд, снайпер пожал плечами и коротко мотнул головой в сторону Умника.

«Магия разума рулит?» – мысленно спросила себя девушка, затем выбросила из головы посторонние мысли, шагнула к ап-Шевилу и принялась проверять его парашют.

Бегло осмотрела подвесную систему на предмет повреждений, проверила, как вставлены тросы в КЗУ и как смонтированы замки, удостоверилась в правильности зачековки основного и запасного куполов и т. д.

Пока она занималась делом, Макс заканчивал раздавать последние ценные указания:

– …и запомните: никакой инициативы! Прыгаете только по моей команде, открываетесь ровно через пять секунд после отделения от помоста, после открытия маневрируете так, как маневрирую я, а во время приземления выполняете мои команды, НЕ ЗАДУМЫВАЯСЬ ни на мгновение…

Рассказывать о полном и частичном отказе парашюта, перехлесте строп, закрутке и т. д. он не стал – от этой информации магов уже тошнило. Оглядел их с ног до головы, чему-то усмехнулся и закончил речь двумя короткими, но емкими предложениями:

– В историю Девяти Миров вы войдете по-любому. Осталось определиться, трупами или героями…

Черный юмор в исполнении Вересаева с легкостью пробил магические блоки – Фрайт нервно сглотнул, Аттуш зябко поежился, а Арвид вытер вспотевшие ладони о штаны.

– Во, взбодрились, наконец! – обрадовался снайпер и жестом Ильича отправил РГСН в светлое будущее…

…Несмотря на второе место в очереди на прыжок, к помосту Ольга прибежала первой. Взялась за поручень, по чуть прогибающимся доскам прошла пятнадцать метров и, не открывая легкой рамки «двери», толчком ноги скинула в пропасть сорокакилограммовый мешок опилок с привязанным к нему белым полотнищем.

Кувыркнувшись в воздухе несколько раз, одноразовый бейсджампер по кличке «Шурик», наконец, стабилизировался, затем превратился в точку и исчез.

– Ну, как он там, солнышко? – возникнув за ее спиной и ласково прикоснувшись к левому плечу, негромко поинтересовался Максим.

От его мягкого и такого домашнего «солнышка» у девушки екнуло сердце и потеплело на душе.

– Все просто отлично – до первой полки его стабильно сносило на половину одиннадцатого, за ней кинуло на двенадцать, а потом повело на половину первого. В общем, если парни не будут тупить, то откроются без проблем…

– Что ж, ни пуха нам, ни пера… – по-русски пробормотал снайпер, затем повернулся спиной к пропасти и рявкнул на всю тепуи: – Ромео?!

– Я! – услышав свой позывной, тут же отозвался племянник та-Горена и, повинуясь дальнейшим командам Макса, вышел на помост. Подошел поближе к землянам, довольно спокойно посмотрел вниз, затем вхолостую «дернул» за подушечки отцепки и раскрытия запаски, вскинул согнутую левую руку над головой и изобразил бросок «медузы».

– Рацию включил? – оглядев парня с ног до головы, спросила Ольга.

– Да!

– Как ложиться на поток, чтобы отлететь от скалы, помнишь?

– Да!

– К прыжку готов?

– Да!

– Что ж, как говорит Макс, «Молоток! Вырастешь – кувалдой будешь!»

– Откроешься – отлети подальше от скалы и жди, пока я тебя обгоню… – отступив в сторону от «двери», напомнил Вересаев, а когда парень кивнул, потянул на себя створку и приказал: