Бездарь. Пять шансов из тысячи - Василий Горъ

…В неверном свете розовеющего неба поместье рода ап-Бриалан вдруг показалось мне похожим на парижский Диснейленд. Правда, вокруг этого замка Спящей Красавицы группировалось не пять «тематических» парков, а всего лишь три: симпатичное озерцо со стоящим у крошечной пристани прогулочным корабликом а-ля «Adventureland», разномастные гостевые домики и вспомогательные постройки в стиле «Main street USA» и рукотворный парк типа «Fantasyland». И пусть кораблик косил не под пиратский бриг, а под китайскую джонку, архитектура двух– и трехэтажных «коттеджей» почти не напоминала архитектуру города Марселин, штат Миссури,[69]а среди шедевров ландшафтного дизайна не было пещеры дракона,[70]все это, вместе взятое, выглядело настолько красиво, что мне захотелось проникнуться духом предков-революционеров. То есть взять и экспроприировать все это великолепие в пользу трудового народа. Увы, Фрайт ап-Ивер, маг Разума и мой личный эксперт по магическим охранным системам Девяти Миров, придерживался иного мнения: по его словам, обитать в этой красивейшей цитадели могли только законченные параноики. Или личности, истово жаждущие принять мученическую смерть от случайного чиха.

– Ты только представь, как можно нормально жить среди шести плохо сочетающихся друг с другом разномастных сторожевых паутин, четырех с лишним десятков свернутых силовых щитов, нескольких сотен спрятанных под иллюзиями боевых артефактов и пары тысяч сигнальных нитей, активирующих все это хозяйство?! – горячился он, описывая невидимые мне магические структуры. – Да тут без родовых амулетов даже до ветру не сходить!

Он не преувеличивал: те обитатели поместья, которые шуршали по хозяйству в пределах видимости, старательнейшим образом изображали роботов. То есть суетились только в строго отведенных для этого местах и передвигались исключительно по дорожкам. Даже патрульные тройки, неспешно фланирующие по охраняемой территории, никогда не отклонялись от предписанных маршрутов. Видимо, прекрасно зная, что шаг влево и шаг вправо считаются попыткой бегству, а прыжок на месте – провокацией. Кстати, особой вариативностью эти самые маршруты не отличались, поэтому любой потенциальный диверсант, обладающий зачатками аналитических способностей и достаточным запасом времени, без особого труда определил бы границы сравнительно безопасных зон, составил бы поминутный график движения патрулей и смены караулов и, вероятнее всего… уперся бы восвояси. Сообразив, что ни одной сравнительно безопасной возможности скрытного проникновения в сердце этих «шести соток» нет!

– Я слышал как минимум о четырнадцати группах наемников, пытавшихся ограбить этот замок… – вторил моим мыслям Умник. – До границ второго круга добралось только шесть, до первого – две, а на стену замка умудрился залезть один-единственный Измененный. Да и тот, по всей видимости, прошел так далеко только потому, что пытался убежать от своры ограсов…

На мой взгляд, с таким стимулом можно было убежать и дальше: по уверениям ап-Ивера, даже один-единственный четвероногий сторожевой… хм… мутант размером с теленка, обладающий неплохим иммунитетом к магии и похожий на помесь тигра с горгульей, был способен порвать в клочья среднего мага. А свора из десятка «кобелей» могла переехать даже сыгранную боевую тройку. В общем, соваться на территорию, охраняемую этими милыми существами, стоило лишь после хорошей артподготовки или ковровой бомбардировки. Причем не в одиночку, а желательно при поддержке парашютно-десантного полка и бронетехники.

Как выяснилось из дальнейшего рассказа, практически все неудачники, закончившие свои дни под стенами замка, выполняли заказы врагов та-Девера или являлись представителями криминалитета, охочими до чужого добра. Что меня в общем-то нисколько не удивило: прежде чем ломиться в закрытую дверь, многочисленные враги главы гильдии Эдэ-Кейр наверняка наводили справки о его привычках, а значит, знали, что в родовом поместье он практически не появляется…