Бездарь. Пять шансов из тысячи - Василий Горъ

– Почему это?

– Сейчас поймешь… – усмехнулась Ольга, ввалилась в «ванную», быстренько разделась, осторожно залезла в чуть более горячую, чем она привыкла, воду и, покопавшись в айфоне, показала Пеллии одну из своих пляжных фотографий.

Вид полутора десятков парней и девушек в чисто символических плавках и купальниках подействовал на уроженку патриархального Равенстира, как журнал категории XXX – на монашку начала девятнадцатого века: она пошла красными пятнами и потеряла дар речи!

– Полосу песка или мелких камешков вдоль берегов морей и океанов мы называем пляжем… – отметив, что равенстирку проняло, продолжила Ольга. Для лучшего эффекта увеличив масштаб фотографии так, чтобы на экране можно было разглядеть только лифчик и плавки купальника одной из девушек. – Большая часть взрослого населения нашего мира отдыхает на пляжах хотя бы семь дней в году. И носит там во-о-от такую одежду. Вот это – женский купальник, вот это – мужские шорты, а это – плавки…

О-Рассет дотронулась тыльной стороной ладони до своей пылающей щеки и попыталась перевести разговор на менее «острую» тему:

– Это у тебя амулет иллюзий?

– И иллюзий в том числе! Причем именной. То есть завязанный только на меня, но не магией, а ее аналогом из моего мира… – на всякий случай упомянув о существовании пароля, усмехнулась Ольга и продолжила в том же стиле: открыла следующую фотографию, на которой она же, сияя от счастья, подлетала на аквабайке к отцовской яхте. – Это я. Катаюсь на очень быстрой самоходной лодке. Вот этот пестрый жилет надет почти на голое тело, а под ним такой же купальник, какие были на девушках в предыдущей иллюзии…

– И твой муж не ревновал? Ведь на тебя смотрели десятки посторонних мужчин!

– Не десятки – сотни или даже тысячи! И не просто смотрели, но и сравнивали со своими женами. А мой муж гордился тем, что я намного красивее, чем большинство женщин, которые были поблизости, и принадлежу ему одному…

С ходу понять «извращенную» логику землян Пеллия не смогла. Поэтому следующие несколько минут кусала губы, периодически заливалась румянцем и прятала заинтересованные взгляды за густыми ресницами. Понимая, что творится в ее душе, Фролова продолжала нагнетать обстановку – после нескольких десятков провокационных фоток с пляжей показала отрывки видеороликов, снятых во время fashion-show «Victoria’s Secret», на Carnaval do Brasil[37]и в клубе «Cheetahs».[38]А когда почувствовала, что о-Рассет дошла до кондиции и вот-вот умрет от зависти, включила один из своих любимейших видеороликов – аргентинское танго в исполнении Дженнифер Грей и Дерека Хафа.

Танец, преисполненный страсти и нежности, Пеллия смотрела, сжав кулачки, не моргая и не дыша. А когда пара застыла в последнем объятии, отмерла и потрясенно посмотрела на Фролову:

– Оллия, это… это…

– …прежде всего, красиво, не так ли? – изо всех сил стараясь не выдать своих истинных чувств, спросила землянка.

– Да…

– А теперь представь, каково приходится моему мужу в вашем мире? Куда ни кинешь взгляд – одинаковые бесформенные балахоны, скрывающие все, кроме лиц; прически, которые к лицу только на смертном одре; взгляды, никогда не отрывающиеся от земли. А еще сгорбленные спины, сведенные плечи и т. д.

– Одежда должна скрывать тело женщины, дабы…

– Одежда должна скрывать не тело, а изъяны! И при этом подчеркивать прелести! – тоном, не терпящим возражений, заявила Ольга. – Скажи, ты кривонога?

– Н-нет…

– Горбата?

– Нет!

– У тебя отвислая задница и дряблый живот?

– Нет!!!

– А почему ты прячешь свое тело? Надеешься, что тебя оценят в мешковатом сарафане и с птичьим гнездом на голове? Или рассчитываешь потрясти мужчин своей красотой чуть попозже, скажем, лет через шестьдесят-семьдесят?

– Через семьдесят лет я буду шамкать беззубым ртом, ходить с палочкой и отдыхать через каждые двадцать локтей… – грустно усмехнулась блондиночка. – Если, конечно, не заработаю достаточно много, чтобы регулярно оплачивать услуги магов жизни.

– Тогда, может, стоит обратить на себя внимание прямо сейчас, пока ты еще молода и красива?

– Если я выйду на улицу в топике и штанах, обтягивающих ноги, то меня украдут еще на крыльце! – нервно хихикнула о-Рассет.

Фролова пожала плечами:

– Мужиков надо воспитывать.

– Наших воспитать невозможно!

– Воспитать можно кого угодно. Что далеко ходить – дней двадцать тому назад Тарбак ап-Куеррес ничем не отличался от любого из лейстиварцев. А вчера он смотрел не на меня, а на амулеты!

Пеллия задумчиво склонила голову к плечу и облизала губки:

– Ну, и как это можно сделать?

– Для начала понять, что тебе действительно подходит, потом пошить соответствующий наряд, показаться тому, кто в состоянии оценить красоту, не теряя сознания от лицезрения ранее скрытого, а уже потом…

– На Равенстире таких людей нет!

– Есть. Как минимум, двое: мой муж и я…