Бездарь. Пять шансов из тысячи - Василий Горъ

– Все, пошел!

Тренировки в аэродинамической трубе и магическая коррекция мировосприятия сотворили чудо: вместо того, чтобы заколебаться и отправиться вниз только после мощного пинка «выпускающего», Арвид сам сорвался с места, хорошенечко разогнался и, заранее убрав руки назад, с силой оттолкнулся от края помоста. «На поток» лег практически сразу, причем практически идеально. И, пропадав оговоренные пять секунд, потянулся за «медузой».

Небольшой разворот корпуса влево, легкий хлопок – и возникший над ним ярко-синий квадрат, заполнившись воздухом, превратился в прямоугольник.

– Правый клевант на себя, живо!!! – рыкнул Максим в микрофон гарнитуры, а через полторы-две секунды, когда крыло, наконец, отвернуло от стены тепуи, облегченно перевел дух: – Все, Оль, я за ним…

…За маневрами крыльев, выписывающих над спецобъектом плавные дуги, девушка смотрела с профессиональным интересом. Отмечала ошибки при выполнении команд, оценивала общую скорость реакции мага на вводные и прикидывала, как нужно скорректировать программу подготовки для того, чтобы исправить эти недочеты. Самую последнюю фазу прыжка, приземление, отслеживала в бинокль, поэтому торжествующе вскинула над собой правый кулак на секунду раньше восторженного вопля Арвида, раздавшегося в эфире.

– Ну что, приземлился?! – хором спросили та-Горен и Тиалина, дисциплинированно ожидавшие новостей на «большой земле».

– Угу…

– От его счастливых воплей можно оглохнуть! – недовольно поморщился Умник, вытащил из уха крошечный динамик, воткнул на его место первую фалангу мизинца и потряс рукой.

– Пятерка, я – Единичка! Как слышишь меня, прием?! – голосом Вересаева заговорила рация.

– Единичка, я – Пятерка, слышу тебя отлично! – тут же отозвалась Ольга.

– Ромео отработал на «три с плюсом», сюрпризов с потоками нет, так что можете прыгать спокойно…

– Намек поняла! – радостно улыбнувшись, ответила девушка и, отойдя подальше от края помоста, пальцем поманила к себе Тиль.

Та, не задумываясь ни на секунду, подбежала к ней, повернулась спиной и на всякий случай развела в стороны руки.

– Тридцать локтей от края помоста до скалы – это совсем немного… – защелкивая первый карабин, сказала Фролова ей на ухо. – Если нас закрутит и бросит на скалы, то удовольствия от полета мы не получим. Поэтому, пожалуйста, постарайся не делать ни одного лишнего движения, ладно?

Девушка кивнула. Преувеличенно спокойно. А потом сделала вид, что любуется облаками.

Жест получился что надо – ап-Лагаррат-старший, наблюдавший за подготовкой к прыжку с края плато, чуть-чуть расслабился. И совершенно зря – Ольга, успевшая подтянуть ремни, прекрасно чувствовала нервную дрожь, то и дело сотрясающую тело Тиалины.

– Вот увидишь – тебе понравится! – повернув ап-Ульвер лицом к «двери», тихонечко сказала Фролова, расставила ноги и, уперевшись правой рукой в поручень ограды, легонечко шлепнула равенстирку по плечу.

Та на мгновение застыла, затем торопливо опустила линзу, вцепилась руками в грудной обхват, запрокинула голову, уперлась затылком в левое плечо тандем-мастера и, подогнув ноги, повисла на ремнях «подвесной системы».

«Бейс в тандеме – не такой уж и новый тренд…» – подумала Ольга, закрыла шлем и качнулась вперед…

* * *

…К обеду распогодилось. Настолько, что Макс, телепортировавшийся на плато после очередного прыжка, бросил парашют на укладочный стол, снял камуфляжный верх с тельняшкой и подставил спину под палящие лучи Гевера. Маги РГСН, успевшие сделать по четыре прыжка и поэтому пребывающие в состоянии перманентного обалдения, тут же последовали примеру своего гуру. Особого счастья от принятия солнечных ванн они не испытывали, но обезьянничали крайне добросовестно. И тем самым действовали на нервы изнывающей от жары Фроловой. Кстати, не ей одной – Тиалина, тоже нахватавшаяся адреналина по самое небалуйся, жаждала новых острых ощущений. И была готова на все, что угодно, лишь бы их испытать.

Отказывать себе в своих желаниях она не умела, поэтому, дождавшись, пока землянка примется за укладку купола ап-Ивера, тихонечко слиняла. А вернулась минут через тридцать, в компании «ближайших подруг».

В первый момент, когда эта троица вывалилась из портала, Ольга решила, что они поднялись на плато, чтобы покормить изрядно оголодавшую компанию. Предпосылки для такого вывода были более чем весомые: Кэлэйн и Елика, пыхтя, тащили огромную кастрюлю, исходящую паром, а Пеллия – два громадных кувшина с напитками. Но когда дорвавшиеся до еды мужчины уничтожили все съестное, оказалось, что обед – далеко не главное. И что ап-Ульвер приволокла на Клык Шеллара рюкзак Фроловой!

– Мужчины разделись и загорают… – втолкнув землянку в палатку для переодевания, чуть подрагивающим от предвкушения голосом сказала Тиль. – А мы – нет. Несправедливо!

– Ты хочешь, чтобы я одолжила тебе купальник?! – ехидно поинтересовалась Ольга.

– Купальник?! – ужаснулась ап-Ульвер. – Нет, к этому я пока не готова! А вот позагорать в топике и шортах, пожалуй, хочу. И вообще, должна же я когда-нибудь выгулять новые шмотки?

«Сатурну больше не наливать…» – фразой из бородатого анекдота подумала Фролова. Потом выглянула из палатки и мысленно хмыкнула – толпа «таджиков», с утра работавших на плато, уже собиралась у портального камня.

– Выгуливать их, как я понимаю, ты будешь только перед братом, Умником, Огоньком и Ромео?

– Они общались с вами достаточно долго, поэтому как-нибудь переживут…

– С нами общался еще и та-Филор… – насмешливо напомнила Ольга. – Может, стоит пригласить и его?

– Возможность увидеть меня в таком виде надо еще заслужить… – ни капельки не смутившись, заявила Тиль, после чего, не дожидаясь согласия землянки, шустренько избавилась от одежды и вытащила из рюкзака Фроловой сверток с обновками…

…Явление ап-Ульвер народу, переваривавшему вкусный и сытный обед, произвело эффект разорвавшейся бомбы. Трое магов-парашютистов, делившихся друг с другом своими ощущениями во время прыжков, сначала потеряли дар речи, затем пошли красными пятнами и стремительно попереворачивались на живот, дабы не потерять… хм… лиц. Та-Горен, беседовавший с Вересаевым, прервался на полуслове и чуть не лопнул от возмущения. И только лишь Максим, оглядев весьма лишь чуть-чуть полноватую по земным меркам фигуру девушки, восхищенно улыбнулся:

– Тиль, ты прекрасна! Не будь я женат, сделал бы все, чтобы завоевать твое сердце!

– Спасибо, Макс, ты – настоящий мужчина! И если бы твое сердце было свободно, я с радостью приняла бы твои ухаживания… – улыбнулась в ответ Тиалина, покачивая бедрами, прошла к «пляжному месту», заранее подготовленному кем-то из «подруг», и довольно пластично опустилась на покрывало.

Последняя фраза девушки послужила coupe de grâce[117]– все четверо равенстирцев, не сводивших глаз с аппетитных выпуклостей, обтянутых прогрессивными творениями мэтра Инельго о-Лиеддара, выпали в осадок. Еще бы – представительница высшего сословия не только показала свое тело кому-то кроме родственниц или мужа, но и открыто продемонстрировала свой сексуальный интерес к представителю низшего! Причем сделала это в присутствии нескольких свидетелей!!!