Земля наша велика и обильна... - Юрий Никитин

Ее улыбка стала растерянной, я кивнул и прошел к себе. Слевана столе куча бумаг, все требуют срочного внимания, справа листок с перечнемнаиболее неотложного. Хороший вождь партии, как почему-то считается, долженвникать во все мелочи, все знать и все уметь. Дурь какая, это в первую очередьсвидетельство неумелости команды, ее лености и постоянного увиливанья отработы. К счастью, в РНИ таких нет, скорее напротив: все горят такойнеистовой страстью отдать все силы Отечеству, что от излишнего усердия могут наломатьдров. Хорошо, есть и такие мудрые, битые жизнью монстры, как Власов и Романцев,да и тот же Андыбин: не дадут молодым понестись вскачь по рытвинам, растряхиваякак РНИ, так и всю Россию.

Перебирая бумаги, откладывал те, где нужна подпись, остальныепусть отлежатся, спелее будут. Власов придет, разберется. Или один из егопомощников. Не дело вождя превращаться в завхоза. Пусть мелкие натуры,вознесенные наверх, бахвалятся тем, что досконально знают все тонкости,директор крупного предприятия не обязан вникать в особенности работынапильником или ножовкой по металлу, у него тысячи слесарей разных уровней иразрядов, его работа – вывести предприятие в передовые…

Зазвонил телефон, Юлия деловито сообщила о прибытииказачьего атамана Седых. Я быстро поднялся, сказал отрывисто:

– Пусть примет Власов.

– Так он же уехал!

– Нет, уедет вечером.

– А вы, шеф?

– Пойду проведаю Диму Лысенко.

– Как скажете, – произнесла она со смешком вголосе. – Впрочем, Лысенко в этом случае просто необходим…

Я вышел в приемную, подмигнул, замечая, как она в самомделе хороша в этих огромных очках, в дивной кремовой блузке, с почти незаметнойкосметикой. Когда сворачивал в коридоре за угол, за поворотом уже грохотал басказачьего атамана. Вообще-то казачество люблю, как вообще люблю вольных, гордыхи независимых людей, но этот Седых слишком уж помешан на примате православиянад всем и всеми, сам размашисто крестится на каждом шагу и от других ждет тогоже. А кто не крестится, тот даже не атеист или язычник, а сразу – жидпархатый или шпион с Запада, что, впрочем, для него одно и то же.

Вспомнилась омерзительная сцена в ресторане, испуганные лицапосетителей. Как же, вдруг на них подумают, что они тоже любят русские песни!Или хотя бы признают их право на существование. Почему на свете нет болеетрусливого и стадного народа, чем русский?

На третьем этаже, в коридоре у окна, с сигаретами в зубахрассматривают на той стороне улицы сценки возле уличного писсуара Белович иБронштейн. Я замедлил шаг, не люблю ловить на мелких проступках, а ведь мы,партия русских националистов, боремся за чистоту и здоровый образ жизни, как илюбая национальная партия.

К ним с той стороны подходил Кобец, оба смотрели на него,меня не видели и потому сигареты не спрятали, как нашкодившие школьники. Кобец,тоже член нашей партии, хотя и весьма независимый, язвительный такой старикан,из бывших диссидентов, теперь наполовину ярый коммунист, наполовину русскийнационалист, хотя по фамилии и происхождению – украинец из западных.Впрочем, треть русских националистов почему-то с украинскими фамилиями.

Белович, морщась и поглядывая на Кобца, втолковывалБронштейну:

– Вы путаете две разные вещи! Возвышенный русский менталитетв корне отличается от приземленного менталитета европейцев…

– Да какая хрень насчет менталитетов, – возражалБронштейн. – Все мы люди, у всех все одинаково…

– Не у всех!

– Все от Адама и Евы…

– Ты мне ваши иудейские сказочки не пропихивай, непропихивай!

– Ну тогда от одной обезьяны…

– От разных!

Они разгорячились, вклинился Кобец, сказал примирительно:

– Давайте внесу некоторую ясность, все-таки я из Центрастратегических исследований. Итак, для западного менталитета главное – этодостижение поставленной цели. Для восточного менталитета главное – этопроцесс достижения поставленной цели. Для русского менталитета главное –это постоянное обмывание процесса достижения поставленной цели.

Я остановился, молча пожал им руки. Кобец говорит оченьсерьезно, Белович врубался дольше всех, Бронштейн уже усмехается, здесь надо усмехнуться,чтобы показать, что все понял, не дурак, наконец и Белович понял, но незаулыбался, махнул в раздражении рукой:

– Вы из тех, кто доказывает, что у русских любойпраздник – халявин?

Бронштейн сказал лучезарно:

– Что вы, зато я услышал кое-что о приоритетах, вампонравится! Говорят, любовь придумали именно русские, чтобы не платитьженщинам!

Кобец сказал саркастически:

– Если на Востоке вы чувствуете себя европейцем, а наЗападе – азиатом, значит, вы – русский! Это я к особому пути России.Ни тебе, ни мне, зато – поровну. Что значит – евразийцы мы.

– Насчет особого пути, – проговорил Бронштейн голосомшкольного учителя, – говоря об особом пути России, народный интеллигентникогда не скажет: «у нас все делается через задницу», он просто скажет: «странанетрадиционной ориентации».

Белович оскорбился:

– Ну уж и страна! Пока у нас не все еще демократы!

– А при чем тут демократы? – поинтересовалсяКобец.

– А при том!

Бронштейн решил обидеться за демократов, спросил с нажимом:

– Нет, вы все-таки ответьте. Что вы всю педерастию надемократов вешаете? Демократия в России все еще в противозачаточном состоянии!Демократы пока еще ни за что не отвечают…

Белович сказал злорадно:

– Ну вот и проговорились, господин демократ! Вы, как всегда,судите всех и обо всем, а сами ни за что отвечать не желаете! А что сейчасв стране за бардак, как не демократия? Да при Сталине вы бы такое не брякаликуда ни попадя! Строем бы ходили, вольтеры сраныя!

Кобец сказал примирительно:

– Господа, господа!.. Или товарищи, хрен вас разберет. Вычересчур разгорячились, как бы не совершили этот… как его… законодательный акт!Борис Борисович, как вам удается работать с таким контингентом?

– Другого нет, – ответил я невесело. – Да и другойРоссии нет.

По коридору несся с бумагами Файзуллин, начальник нашеготранспортного отдела, увидел меня, обрадовался, я-де обещал подписать парубумаг, нужно для связи с регионами, мы им поможем – они нам помогут, ячеркнул, заметил, как косится на него Кобец. Все-таки Файзуллин – татарин,какого хрена, мол, ему делать в РНИ, это чисто русская организация. Должна бытьчистота если не по крови, то по религии или языку, а татары все-таки в основноммусульмане… Правда, татары участвовали в создании Руси с самого начала, покрайней мере – Московской Руси, так что ладно уж, имеют некоторое право напредставительство в РНИ и даже на руководящие посты меньшего ранга, этоладно, смолчим, но какого черта терпим Бронштейна, хотя бы фамилию сменил, гад,и не скрывается, пролез в наши ряды и разлагает изнутри!