Возвращение Черного Отряда. Суровые времена. Тьма - Глен Кук

Сари опустилась перед купцом на колени. Что было нелегко – она основательно располнела. Она сдвинула брови и не вымолвила ни слова. Наверное, просто боялась открыть рот.

– Солдат Тьмы знает, где ты находишься и под каким именем. Он знал это, еще когда сам я считал, что ты действительно погибла от рук туга. Твои родственники хитры и жестокосердны.

Сари кивнула. Она все еще не решалась заговорить.

О боги, как же она прекрасна!

– Костяные Воины узнали о тебе, находясь за полмира отсюда, дитя. И меня это пугает. Времена нынче опасные, и опасные люди ходят среди нас. Некоторых из них мы даже не в силах распознать. Пришельцы с севера кажутся не опаснее прочих, но все же…

– Письмо, дядюшка.

Сари назвала его так в знак почтения. Он не состоял с ней в родстве.

– Да… извини. Просто меня одолевает страх, когда я слишком много времени провожу в размышлениях.

Сари взяла мое письмо и принялась вертеть его перед глазами, не спеша заглянуть внутрь. Так или иначе, она была счастлива оттого, что братство, к которому принадлежал ее муж, помнит ее и заботится о ней.

– Кто привез тебе письмо?

– Он не назвал имени. Очень молодой таглиосец. Из низшей касты.

– Паренек со шрамом? Таким, что его левое веко опускается и, когда смотришь на него с этой стороны, кажется, будто он дремлет?

– Верно. Ты его знаешь?

– Я его помню.

Она вновь перевернула письмо.

– Открой его, дитя.

– Мне страшно.

– Страх – убийца разума.

Ничего себе! Он затянул ту же песню, что пел дядюшка Дой, когда учил меня биться на мечах. Неужели старина Транг тоже принадлежит к тайной касте жрецов?

Сари вскрыла письмо и уставилась на бумагу, исписанную крупными, отчетливыми буквами. Затем обратилась к Трангу:

– Дядюшка, прочти мне его. Пожалуйста.

Транг засунул мизинец в левое ухо и поковырялся среди волос – их там было, пожалуй, побольше, чем на макушке. Держа письмо другой рукой, он пробежал его глазами и задумался, переваривая прочитанное. Затем поднял глаза на Сари и открыл было рот, но неожиданно заозирался по сторонам, словно его что-то испугало.

Ему пришло в голову, что мы, возможно, обладаем способностью видеть, что происходит в храме Гангеши. И что это происходящее представляет для нас интерес. Особенно для Солдата Тьмы по имени Мурген.

– Должно быть, это письмо от твоего мужа.

Он едва не вставил «иноплеменного», но совладал с искушением.

– Так оно и есть. Я узнала его руку. О чем тут написано?

– О том, что он не мертв. Что ему солгали, будто ты погибла. Но он знает, где ты и что делаешь, ибо овладел могучими чарами. И он приедет за тобой, как только падет Хозяин Теней.

Старик пересказал содержание весьма близко к тексту.

Сари заплакала.

Мне хотелось обнять ее. Она всегда была сильной. Никакие невзгоды не могли ее сломить. И она никогда не давала воли слезам. Мне совсем не нравилось смотреть, как она горюет. Я подлетел поближе к Трангу. Тот вздрогнул и огляделся.

– Это не все. Тут еще написано, что он любит тебя. И просит прощения за то, что не смог предотвратить случившееся.

Сари уняла слезы и кивнула:

– Я знаю, что он любит меня. Вопрос в том, почему меня возненавидели боги? Я не сделала им ничего дурного.

– Боги мыслят иначе, не так, как мы. Они строят планы, в которых целая жизнь всего лишь искорка, крохотная вспышка в долю секунды. Их не интересуют наши желания, и они не оставляют нам выбора. Они используют нас так же, как мы используем зверей, обитающих в лесах, в полях и на болотах. Мы всего лишь глина в их руках.

– Дядюшка Транг, мне не нужны поучения. Мне нужен мой муж. Я хочу избавиться от старых мошенников… – Сари осеклась и жестом велела Трангу умолкнуть.

Я выплыл из кельи.

Неподалеку от двери застыл в растерянном недоумении жрец. Должно быть, он услышал что-то, проходя мимо. Оглядев темный коридор, он опустил маленькую лампу, подошел к двери вплотную и навострил ухо.

Налетев на святошу, я попытался воздействовать на него силой своей ярости. И добился успеха. Жрец обернулся, задрожал и припустил прочь. Оказывается, если меня рассердить, я могу не только ворон пугать.

Вернувшись в келью, я услышал, как Сари убеждала Транга переслать мне ответ. В сущности, ответ я уже получил, но мне было бы приятно держать в руках записку, продиктованную женой. И носить ее с собой как залог нашей будущей встречи.

Транг согласился, но писал он медленно, тщательно подбирая слова. И все время озирался, словно боялся, что келья населена призраками.

– Как себя чувствуешь? Ты ведь на сносях.

– С этим я справляюсь без труда, дядюшка. Да мне и не впервой, я ведь рожала уже дважды.

– В этот раз будет труднее. Твой муж – рослый мужчина.

– Ты тоже считаешь, что мне предстоит родить демона?

Транг чуть улыбнулся:

– Не в том смысле, как другие наши сородичи. Я думаю о пророчестве Хонь Трэй. Твоя бабушка была мудрой, и ее предсказания всегда сбывались. Хотя порой неожиданным для нас образом.

– Но она не говорила ни о каком чудовище.

– То, что говорила она, и то, что слышали твоя мать и дядюшка Дой, не обязательно одно и то же. Есть вещи, которые люди просто не хотят слышать.

Этим высказыванием он здорово подстегнул мое любопытство. Хотелось бы узнать побольше о дядюшке Дое. И о пророчестве Хонь Трэй, почти столь же загадочном, как и убежденность таглиосцев в том, что Черный Отряд – это стихийное бедствие, хуже землетрясения или наводнения. Но Транг меня разочаровал. Он не стал развивать эту тему и предпочел послушать Сари.

Я выглянул в коридор.

Напуганный мной жрец возвращался. И не один, а с приятелями. Я налетел на него еще яростнее, чем раньше. Малый оказался отнюдь не героем. Он взвизгнул и пустился наутек. Его спутники растерянно переглянулись и вместо того, чтобы войти в келью Сари, поспешили за ним. Видимо, решили, что он спятил. Проследив за незваными гостями и убедившись, что они не вернутся, я снова полетел к жене. Транг уже ушел. Перемещение во времени не дало мне ничего интересного.