Трое в Долине - Юрий Никитин

— Догадываюсь, — вздохнул Олег. Взгляд его сталотстраненным, словно волхв вспомнил что-то свое, если не стыдное, то достаточнотягостное. — Может быть, он и не совсем виноват.

— Да, девки пошли ушлые, — согласился Мрак.

Олег не отвечал, его зеленые глаза внимательно озирали небо.В какой-то момент в зрачках блеснули искры, Мраку даже почудилось, что двекрохотные молнии метнулись вверх, в синее небо. Олег прислушивался, затемслабая улыбка тронула губы.

Мрак наблюдал заинтересованно, тоже посматривал вверх:

— Ого, какого зацепил... А крылья-то, крылья!.. Спина,правда, худая.

— Нам там не жить, — огрызнулся Олег. — Зато летает быстро.

Мимо них пронесся взъерошенный Таргитай, волосы трепались наветру, он закричал отчаянно:

— Вы еще лягте!.. А за мной такое гонится!

Олег презрительно смолчал, чего с дураком препираться, аМрак снисходительно бросил:

— Она от своей могилки далеко не отойдет.

— Не отойдет? — проорал Таргитай уже издали. — А мы сколькопрошли?

Мрак в задумчивости почесал затылок. На самом деле и сам незнал, на сколько эти привиды могут отлетать от могил, но Таргитай унесся, покругу не получалось, слишком много колючих кустов.

Зато, правда, деревьев нет на версту, а что кусты, так Змеюэто вместо травы. Видно было, как то в одном месте, то в другом, выныриваетзолотая голова, волосы цвета спелой пшеницы красиво развеваются по ветру.Впрочем, зигзаги Таргитая можно было проследить и по маневрам женской фигуры.

Издали донесся вопль несчастного певца:

— Кого ждешь? Руха или Стратима?

— Перебьешься, — бросил Олег, не отрывая шарящего взгляда отнеба.

— А что?

— Увидишь.

Темная точка в небе вырастала быстро, из темной стала темно-зеленой.Опять сидеть на летящей ящерице, понял на бегу Таргитай, холодной и скользкой,как крыша погреба, в то время как на птице все же мягче, хоть перья, конечно,совсем не те, что на гусе, зато от птицы такое тепло, сразу в сон клонит, да иветром не так продувает, а на этом бревне с крыльями в любую жару покрываешьсягусиной кожей, внутри все зябнет, как сирота на морозе...

— Не грусти, Тарх, — крикнул ему вдогонку Мрак. — Если житьбудем, полетаем еще и на Стратимах. Хоть день бы пожить, чтобы время не держалоза горло!.. Они ж, как вон Олег говорит, птицы редкие, вроде черных лебедей, аЗмеи хоть в одиночку, хоть стаями всюду носятся. Всегда под рукой, как воробьи.

Змей прошел над головами, распластав крылья, широкие и сострыми когтями на концах крыльев. Олег побежал, указывая куда плюхнуться, иогромное длинное тело угрожающе пошло по дуге к земле. Крылья теперь торчалиребром, их выгибало, Таргитай слышал треск сухожилий, а страшные толстые лапы скогтями уже вытянулись вперед, готовясь первыми удариться о землю.

Таргитай до того уже привык к Змеям, и так хотелось поскорееумчаться от этого призрака, что едва не полез на зеленую спину раньше Олега.Мрак придержал бесстрашного дурня, а волхв быстро вскарабкался на загривоккрылатому. По его велению тяжелая громада перестала пускать из пасти огонь,подогнула и без того короткие толстые лапы, белое, как у рыбы, брюхо накрылокамни.

Таргитай увел женский призрак как можно дальше, а потомнаддал по прямой, с разбега запрыгнул как можно выше, выбрал удобную щель нахребте между шипами гребня, подвигал задом, устраиваясь.

— А на этом чешуйки удобнее, — сообщил он, глаза его, как уиспуганного оленя, за которым гонятся собаки, все время поворачивались назад, —прямо чтобы ногу ставить!

— Нарочито для твоих сапог Змеев выводили, — буркнул Мрак.

— Правда? — спросил Таргитай обрадовано. — Только ты давай,взлетай!..

Мрак посмотрел в чистые доверчивые глаза певца, на душешевельнулось слабое ощущение, мол, нехорошо так шутить с еще более простым, чемон сам, но с другой стороны, почему нет?

— Правда, — ответил он очень серьезно. — Ты ведь бог!

Таргитай однако почему-то съежился, а тут еще женскийпризрак, чуя неладное, наддал так, что очутился рядом со Змеем. Таргитай набралв грудь воздуха, собираясь дуть во всю мочь, предположил почти заискивающе:

— А может, у них самих кожа такая?