The Show Must Go On. Жизнь, смерть и наследие Фредди Меркьюри - Лэнгторн Марк

К сожалению, Нику не удалось помочь, и он скончался 15 января 1981 года. Всего за месяц до этого – и, похоже, вначале никто не заподозрил никакой связи – в израильском госпитале Бет-Изрейел на Первой авеню в Нью-Йорке умер пациент из Германии. Тридцатитрехлетний немец поступил в больницу в июне 1980 года с кровавой диареей и низким уровнем лейкоцитов. Он работал шеф-поваром на Гаити в течение трех месяцев, но никто не увидел в этом ничего подозрительного. Несмотря на лечение, в последующие месяцы у пациента появились признаки когнитивного нарушения^[421], а глаз был поражен цитомегало-вирусом.

Цитомегаловирус (ЦМВ) является распространенным вирусом, который относится к семейству вирусов герпеса и распространяется через биологические жидкости. Обычно он развивается только у людей с ослабленной иммунной системой, например, у людей, не проходящих курс лечения от ВИЧ. Немецкий пациент умер в декабре 1980 года, а всего месяц спустя еще один пациент – медбрат, страдающий пневмоцистной пневмонией, – также был госпитализирован в Бет-Изрейел. Он вскоре умер, и вскрытие показало, что он тоже был заражен цитомегаловирусом.

Донна Милдван, заведующая инфекционным отделением больницы, в течение ряда лет изучала у мужчин-геев инфекции кишечника, передающиеся половым путем. Она не сомневалась, что перед ней признаки новой болезни. Она отправилась к коллеге, Дэну Уильяму, в Департамент здравоохранения Нью-Йорка, чтобы рассказать ему о своих подозрениях. Будучи сам геем, Дэн работал над случаями заболеваний, передающихся половым путем, у жителей города. Для этого он собрал группу гомосексуалов и внимательно изучал их, чтобы иметь на руках конкретные случаи болезни и подробные данные по ним. В ходе исследования он заметил, что у некоторых из них опухли лимфатические узлы. У троих из них также развилась саркома Капоши – еще одно заболевание, являющееся следствием иммунной недостаточности. Когда он сообщил об этом Донне Мильдван, они начали опасаться худшего: «Мы просто прозрели – картина целиком была прямо перед нашими глазами, – вспоминает она. – Нам и в голову не могло прийти, что оно достигнет таких масштабов. Было страшно. Мы правда испугались»^[422].

На другом конце города доктор Элвин Фридман-Киен из Медицинского центра Нью-Йоркского университета проводил осмотр мужчины-гея, симптомы которого поставили в тупик других врачей. Осмотрев пациента, он обнаружил на его ногах пурпурно-фиолетовые пятна, которые больше никто не заметил. Сделав биопсию, Фридман-Киен был удивлен, когда результаты показали, что это была саркома Капоши. Через две недели Фридман-Киен осматривал другого человека, актера, у которого были подобные отметины на лице и который изо всех сил пытался скрыть свою саркому Капоши под макияжем. Единственным связующим фактором между этими случаями было то, что все пациенты были геями. Фридман-Киен поспешно сформировал группу врачей-геев, которые специализировались на лечении гомосексуальных мужчин, и в течение четырех недель они обнаружили 20 случаев саркомы Капоши только в Нью-Йорке.

Фридман-Киен позвонил Маркусу Конанту, своему коллеге из Сан-Франциско. Конант был дерматологом и смог предоставить Фридману-Киену информацию еще о шести случаях саркомы Капоши в Сан-Франциско. И опять во всех случаях пациенты были геями. Когда Конант обсудил это с Мэрион Зальцбергер, деканом кафедры дерматологии в Калифорнийском университете Сан-Франциско, та сказала: «Это не новое проявление старой болезни. Гомосексуальность была здесь как минимум со времен Александра Македонского, и мы такого раньше не встречали. То, что вы видите, – это новая болезнь»^[423]. Вскоре и другие врачи стали звонить и сообщать о подобных случаях в их практике, но на этом этапе никто не осознавал всей серьезности ситуации.

В Лос-Анджелесе также был зафиксирован первый случай с симптомами, подобными тем, что были замечены в Нью-Йорке и Сан-Франциско: «Его звали Куини, так он себя называл, Куини, – говорит доктор Джером Групмэн. – Он был очень грустным молодым человеком, лет восемнадцати, с осветленными волосами. Работал он уличной проституткой. Ему диагностировали пневмоцистоз. Затем у него развилась тяжелая внутренняя перианальная герпетическая лихорадка, которая была настолько агрессивной, что ее не удавалось локализовать и потребовалось хирургическое вмешательство. Это было просто ужасно. И, в конце концов, он умер»^[424].

Тем временем в Нью-Йорке среди гомосексуального сообщества поползли слухи о «болезни гомосексуалов». Доктор Лоуренс Масс, один из тех врачей в Нью-Йорке, кто рано осознал проблему, связался с Центром по контролю заболеваний в Атланте в апреле 1981 года, чтобы подтвердить слухи. Слухи были опровергнуты, но это не помешало Массу написать статью для газеты для геев The New York Native под заголовком «Слухи о болезни в основном необоснованны». Статья, опубликованная 18 мая 1981 года, начиналась так: «На прошлой неделе появились слухи о том, что новая экзотическая болезнь поразила гей-сообщество Нью-Йорка. Вот факты. Доктор Стив Филлипс из Департамента здравоохранения Нью-Йорка объяснил, что слухи в основном необоснованны. Ежегодно в районе Нью-Йорка регистрируется от 12 до 24 случаев заражения простейшим организмом pneumocystis carinii. Организм не экзотичен и распространен повсеместно. Но у большинства из нас есть естественный или легко приобретаемый иммунитет». Оперируя предоставленными ему данными, доктор Масс в статье делает вывод, что на тот момент не было убедительных доказательств для установления однозначной связи между новым заболеванием и гей-сообществом.

«В то время мы понятия не имели о масштабах того, с чем имеем дело, – скажет впоследствии доктор Масс. – Мы даже не знали, что это было. Не было явных признаков инфекционного заболевания. Это была эпидемия по определению, потому что произошла вспышка новых случаев заболевания и связанных с ней смертей, но эпидемиология была не в силах идентифицировать ее как заболевание, передающееся половым путем. В то время гражданские права и свободы ЛГБТ-сообщества не были защищены. И общественная напряженность вокруг геев и борьбы за их права могла привести к взрыву»^[425].

На западном побережье Лос-Анджелеса 33-летний иммунолог в Калифорнийского университета Майкл Готтлиб изучил пять историй болезни с похожими симптомами среди геев: хроническая лихорадка, увеличенные лимфатические узлы, диарея, стоматит и сыпь. В конечном итоге во всех случаях развилась пневмоцистная пневмония. Эти пять случаев заставили Готтлиба и Центр по контролю заболеваний в «городе ангелов» написать «Еженедельный отчет о заболеваемости и смертности», который был опубликован 5 июня 1981 года.