Проблемы пищеварения. Какие задачи скрываются за желудочными и кишечными симптомами - Роберт Хессль

Почти пятьдесят процентов всех злокачественных новообразований локализуется в желудочно-кишечном тракте. Из них более половины приходится на кишечник. При этом тонкий кишечник редко бывает вовлечен в болезненный процесс. Тому есть две причины. Во-первых, пища проходит по нему достаточно быстро. А во-вторых, на стенках тонкого кишечника отсутствуют складки и ниши, а значит, в нем достаточно мало участков потенциального застоя. В верхних отделах толстой кишки также почти не бывает злокачественных новообразований, но в его конце они встречаются часто. Почти семьдесят процентов всех случаев рака кишечника приходится на прямую кишку. В свою очередь, в семидесяти процентах таких случаев опухоль можно нащупать пальцами, то есть она находится в самом нижнем отделе – вблизи ануса. Уже исходя из этого можно сделать вывод о том, что в центре конфликта стоит тема способности отпускать, а также проблема болезненного перехода из одного мира в другой.

В роли длительного раздражения в данном случае обычно выступает либо хронический запор (более часто), либо хронический понос при язвенном колите. И в том, и в другом случае предыстория болезни соответствует классической схеме, описанной в предыдущих главах. Рак символизирует последнюю попытку организма привести застывшую ситуацию в движение.

Как и при раке желудка, при раке кишечника в большей степени поражается зона застоя, расположенная непосредственно перед выходом. Большое количество заболевших в возрасте старше пятидесяти лет указывают на то, что у болезни была долгая предыстория. Кроме хронических запоров и язвенного колита, фактором риска является и преобладание в рационе маловолокнистой пищи (что в принципе свойственно «цивилизованному» европейскому рациону). Переваривание такой пищи соответствует принципу: «Чем мягче то, что поступает внутрь сверху, тем тверже будет то, что выйдет наружу снизу». Говоря проще, такой стиль питания приводит к хроническому запору. По мнению гастроэнтеролога Герхарда Реттенмайера, неперевариваемые балластные вещества в кишечнике необходимы для связывания воды и в качестве пищи для кишечных бактерий. Если балласта нет, вода удерживается в кишечнике и стул обезвоживается. Вследствие этого отходам пищеварения труднее скользить, и их прохождение через кишечник вызывает механическое раздражение. Кроме того, такое замедленное прохождение дает голодным (из-за недостатка балластных веществ) бактериям дополнительное время для агрессивного воздействия на слизистую оболочку кишечника. Таким образом, полчище «кишечных демонов» ведет свою разрушительную и раздражающую работу, подтачивая стены собственного дома.

Каким же образом типичная ситуация запора перерастает в проблему рака кишечника? Основной страх человека, страдающего запором, это страх перед «наводнением» – то есть перед неукротимым хаотичным потоком. Поэтому он превращает собственную преисподнюю (= мир бессознательного) в сухой и тесный мирок. С помощью бесчисленных правил, предписаний и законов ему удалось осушить опасное подземное болото и получить контроль над женской стихией поглощения. Он изо всех сил поддерживает статус-кво, боясь сделать любое неосторожное движение, которое может привести в волнение скованное подземелье. В сущности, это классическая картина нормопатии, ведь нормы для такого человека – важнейший гарант безопасности.

Другой способ обезопасить свою жизнь заключается в накоплении материальных богатств. Символически этому соответствует запор, ведь кал отождествляется с деньгами. Человек становится экономным до скупости. Он не хочет ничего отдавать, расставание с имуществом каждый раз бывает болезненным и даже мучительным. Это касается и денежных расчетов, и акта дефекации. Это жизнь под девизом: «Лучше брать, чем отдавать». Но то, что практически изъято из оборота, исключается и из естественного обмена. Кал не превращается в удобрение, а остается всего-навсего «дерьмом». И то, что было ценным, становится опасным. Из застоявшегося кала вместо витаминов организм извлекает токсины (яды). По мере убывания воды (духовного элемента) спрятанное «сокровище» становится все более твердым и опасным, а запертые в нем бактерии все настойчивее раздражают стенки кишечника. Жизнь показывает, что для скупого человека, сосредоточившего жизнь вокруг своего богатства, деньги также со временем становятся опасными.

Типичной предпосылкой для возникновения рака является ситуация сопротивления развитию. Человек ориентирован на прошлое и всеми силами держится за давно установленные нормы и правила, хотя они уже безнадежно устарели. Человеку жизненно необходимо отказаться от них, чтобы на более высоком уровне найти истинную норму, конечную меру вещей.

На поздней стадии рака кишечника наблюдаются те же симптомы, которые свойственны поздней стадии любого ракового процесса: отсутствие аппетита, хроническое утомление и слабость. К этому добавляются те или иные изменения, касающиеся непосредственно акта опорожнения кишечника. Запор может внезапно сменяться поносом, и наоборот. Могут возникать и совершенно неожиданные позывы к опорожнению. Таким образом, организм реализует подавленную и загнанную в тень подвижность, потребность в действии. Больной вынужден идти в туалет, чтобы там осознанно сделать то, что так долго «пропускал» на переносном уровне. Форма экскрементов напоминает тонкую ленту или карандаш. Это символически показывает, насколько человек скуп и как мало он готов отдать. Примесь крови напоминает о том, что больной должен «расплачиваться кровью», то есть собственным жизненным соком.

Позиция официальной медицины в отношении рака однозначна: опухоль и все ее «филиалы» должны быть вырезаны. Если опухоль находится в области заднего прохода, что характерно для большинства случаев, применяют anus praeter – так называемый искусственный выход. На телесном уровне это еще ближе подводит больного к теме отдачи. Место отдачи теперь находится не сзади и внизу, а спереди и посередине. Теперь больная тема как никогда прежде близка и открыта для сознания (ведь за anus praeter надо тщательно ухаживать!). Но это утверждение справедливо и в переносном смысле. То, что раньше осуществлялось автоматически и вне поля зрения, теперь становится главной проблемой жизни. Больной должен, как ребенок, заново учиться оставлять вещи (позади себя). Лишенный возможности прятать неудобные темы и складывать потаенные «сокровища» в нижнем царстве, которое у него безжалостно отняли, он должен поднять их до уровня сознания. А на уровне тела у него теперь до конца жизни будет мягкий стул, подобный искусственному и контролируемому поносу.

С точки зрения символики ситуация ясна – нижний мир исключен из жизни. Он все еще существует, но больше не может принимать участия в жизни. Разумеется, жизнь без бессознательного на этой ступени невозможна. Полностью осознанная жизнь мыслима только в состоянии просветления, когда тень полностью прозрачна и Эго превратилось в «Я». Для носителя anus praeter это состояние может быть лишь далеким идеалом (тайным желанием). В любом случае пациенту придется осознать, что у него теперь нет возможности выталкивать в нижний мир то, что должно обрабатываться в сознании. Если телесного нижнего мира больше нет, мир души приобретает особую важность. В такой ситуации была бы уместна глубинная теневая терапия.