Могло быть и хуже... - Джереми Кларксон

Я с самого начала должен пояснить, что вести лодку по центру Лондона чрезвычайно сложно. В этом убедился еще гражданский инженер Джозеф Базальгетте[69], когда отделял набережной Темзы городскую сточную трубу от Сити. В современные власти, вероятно, вселился его дух, потому что они разработали фантастически продуманный план, который гарантирует, что ни одно частное лицо не сможет даже на мгновение припарковать свою яхту ни в одном месте. Вы можете приблизиться, но сразу же после этого должны отплывать.

Два года назад администрация лондонского порта установила предел скорости 12 узлов на некоторых участках реки, и я совершенно не удивлен, потому что посреди прогулочных лодок и барж, которыми управляют люди, живущие по установленным в XIX веке правилам, чувствуешь себя в полном недоумении. Отправиться на прогулочной яхте в чужой мир, полный людей, которые в нем работают, – это как поехать на трехколесном велосипеде по рельсам центральной линии метро. И то и другое закончится катастрофой. Так или иначе, вы обязаны попробовать. Это должно быть первым в списке дел, которые вы должны успеть закончить до своей смерти. Дождитесь ясного осеннего денька, когда на небе ни облачка, и отправляйтесь на яхте в центр Лондона. И тогда вы поймете, почему ничто другое с этим не сравнится.

Все дело в разнообразии. Нью-Йорк – это монокультура. Это нечто единое. Как и Сан-Франциско. Как и Рим. Лондон же разнообразен. Есть Тауэр, которому почти тысячу лет, и рядом стоят новенькие храмы капитализма из стекла и бетона. Вы смотрите на бывшие склады XIX века и переводите взгляд на собор XVII века. А потом левым глазом вы видите Вестминстерский дворец, а правым – колесо обозрения «Лондонский глаз». Вскоре ваша голова уже мотается туда-сюда, как у той девочки из «Изгоняющий дьявола»[70], и вы начинаете завидовать мухе, которая обладает фасеточным зрением.

Через минуту вы проплываете мимо военного корабля «Белфаст», линейного крейсера времен Второй мировой войны, и не успели вы критически оценить его корму, как пора разворачиваться и глазеть на главный вид Лондона – Тауэрский мост. Это не речная прогулка, а путешествие во времени.

И я готов поспорить, что нет ни одного другого города в мире, где бы на электростанцию взирали с восхищением. Но именно это и происходит в случае с Баттерси.

Но окончательно лишит вас дыхания обратный путь вечером.

Многие города принаряжаются для каких-то одноразовых событий. Лондон же выглядит как в канун Нового года все время. Он залит чудесным светом. После лазерного луча Гринвичского меридиана, мимо Кэнари-Уорф и пройдя под бело-голубыми огнями Тауэрского моста, вы снова прибываете к Вестминстеру, часовая башня которого светится теплым сочетанием ярко-зеленого и ядовито-оранжевого, а «Лондонский глаз» напротив выглядит порталом в космос. Мне повезло даже застать венчающую композицию новую луну.

Далее следует мост Альберта. Он так ярко освещен и отражение так отчетливо видно, что вам кажется, будто вы плывете по реке заварного крема. А слева и справа стоят новые дома со стильными квартирами с окнами от пола до потолка. Задергивать шторы бессмысленно: кто смотрит? Ну вот мы смотрели. И это тоже было здорово.

Нет в мире другой часовой прогулки, за время которой можно было бы столько увидеть, и при этом все, что вы увидите, будет совершенно разным. Каждый день я замечаю что-то еще. Еще одну вычурную викторианскую деталь. Еще один элегантный способ превратить склады, которые обслуживали индустрию, которая их построила, в квартиры для индустрии, которая дает современной Британии топливо. Сотню лет назад в этих складах были хлопок и табак, а сейчас там живут банкиры, которые на полгода приезжают из Нью-Йорка, выходят на балкон, таращатся во все стороны и не верят собственным глазам. Пятая авеню – это чудо современного мира. Но каньон, который вырезает старушка Темза, ни с чем не сравнить.

К сожалению, поскольку яхта была столь хороша, а вид столь трогателен, я каждый день ездил на работу в ExCeL именно водным путем. Следовательно, новая версия Jeep Grand Cherokee, о которой я вообще-то должен бы написать этим утром, большую часть времени простояла в закрытом гараже.

Эта машина с трудом появлялась на свет. Она была задумана, когда Chrysler, породившая ее фирма, сочеталась браком с Daimler, владеющей Mercedes-Benz, так что многие фундаментальные черты роднят ее с Mercedes ML. Но еще до ее рождения родители развелись, и мать сбежала с парнем из Fiat. Результатом новой связи стало то, что у машины появился трехлитровый итальянский дизельный двигатель. Других вариантов нет.

По цифрам все выглядит вполне неплохо, и на бездорожье множество электрических и механических приспособлений гарантируют, что машина заедет куда дальше большинства современных городских спортивных кроссоверов с высоким клиренсом, которые к тому времени бесследно потонут в грязи. Но одной короткой поездки оказалось достаточно, чтобы убедиться: хотя джип может быть хорош на бездорожье, во всех остальных случаях это машина устаревшая. Автоматическая коробка передач реагирует жутко долго, а двигатель так же идеален, как комната для чаепитий в компании по возведению строительных лесов.

Хотя внутреннее убранство изобилует элементами роскоши и электрическими игрушками, возникает стойкое ощущение, что миллион фунтов потрачен в дешевом супермаркете Woolworths. Впрочем, так бывает со всеми американскими машинами.

Снаружи чувство иное. Выглядит машина довольно хорошо и, в отличие от Land Rover, доступна в большом количестве со вкусом подобранных цветовых решений. Впрочем, в основном надо отметить, что эта машина большая, дешевая и простая. Что, конечно, делает ее абсолютно идеальным выбором для тех, кто по каким-то причинам не желает покупать Toyota Land Cruiser.

4 декабря 2011 года