Тайная жизнь цвета - Кассия Сен-Клер

Власть следует за богатством. Папа Павел II указал в 1464 году, что кардиналы должны носить рясы ярко-алого цвета, а не пурпурного; несчастные моллюски — источники тирского пурпура (см. здесь) — к тому времени находились на грани исчезновения^[314]. Привычка прижилась, и алый оказался неразрывно связан с символами власти и статуса, особенно в церкви и научных кругах — к этому наследию и обращалась Мария Стюарт во время казни.

Красный цвет мундиров у многих ассоциируется с британской армией, но с алым военные заигрывали много раньше.

Римские военачальники высших рангов носили ярко-красные paludamenta — закрепленные на плече плащи, служившие символом их статуса^[315]. В Англии эту традицию ввел Оливер Кромвель, указавший, что офицерские плащи должны быть алыми и окрашивать их нужно в Глостершире, используя недавно созданный рецепт^[316].

В 1606 году нидерландский изобретатель Корнелиус Дреббель, первым в мире сконструировавший действующую подводную лодку, делал термометр в своей лондонской лаборатории. История (скорее всего, апокрифичная) гласит, что он вскипятил раствор пурпурно-красного кармина и оставил его под окно охлаждаться. Каким-то образом флакон царской водки (acqua regia — смесь концентрированных азотной и соляной кислот) разбился, и часть содержимого выплеснулась на оловянную фрамугу, откуда стекла в остывающий раствор, мгновенно окрасив его в ярко-алый цвет^[317]. В одном из руководств по покраске полученный результат назывался «огненно-алым». «Прекраснейший и ярчайший цвет, — писал автор, — с оранжевым оттенком, полный огня, яркий до рези в глазах»^[318].

Естественно, этот яркий красный получил и множество недоброжелателей и критиков. Это был любимый цвет Батской ткачихи, морально неустойчивой героини «Кентерберийских рассказов» Джеффри Чосера. Шекспир использовал его в связке с лицемерием, гневом и грехом^[319]. Яркий образ из Книги откровений Библии короля Якова^[320] — «Я увидел жену, сидящую на звере багряном» — позволил пуританам утверждать, что католическая церковь, кардиналы которой к тому времени все облачились в алое (багряное), является воплощением зла. На этом наследии оккультист XX века Алистер Кроули в рамках своей мистико-религиозной системы «теле́ма» выстроил образ Алой Дамы — божества женского желания и сексуальности. И хотя этот оттенок оставался в моде почти беспрерывно с XIV века, не все отзывались о нем благосклонно. Алый — «очаровательный цвет, — допускал в феврале 1885 года журнал Arthur’s magazine, — несмотря на то что его по большей части предпочитают индейцы и варвары»^[321].

Кармин

Если взглянуть на самку Dactylopius coccus невооруженным глазом, ее вполне можно принять за зерно или кусок опилки; размером едва больше булавочной головки, серый слегка бугристый овал. Сомнения развеялись окончательно только после исследований под микроскопом в самом конце XVII века — Dactylopius coccus (мексиканская кошениль) действительно насекомое. И этот невзрачный червячок возносил и свергал королей, создавал и разрушал империи, переворачивая историю.

Сегодня кошениль чаще всего встречается в Мексике или Южной Америке. Эти насекомые кучкуются на снежно-белых частях солнечной стороны листа опунции — исключительно этими листьями они и питаются, причем с завидным аппетитом^[322]. Если взять одного и раздавить, ваши пальцы немедленно обагрятся яркими «следами преступления». Превратить этот ярко-красный «жучиный сок» в краситель, который и называют кармином, достаточно просто. Требуются только насекомые и морилка — обычно алюминиевые квасцы, помогающие красителю впитаться в одежду. Используя другие добавки — кислоты или металлы (олово, например), можно менять оттенки красителя в диапазоне от бледно-розового до настолько темного красного, что он кажется почти черным^[323]. Для получения фунта кармина-сырца требуется множество насекомых — около 70 тыс. высушенных червяков; но результат — один из самых ярких и стойких в мире — того стоит. Считается, что краситель (состоящий в основном из карминовой кислоты), полученный из фунта «одомашненного», то есть искусственно выращенного, кошениля, эквивалентен 10–12 фунтам кермеса (см. здесь)^[324].

Яркий секрет кармина был известен человечеству давно. Его использовали в качестве красителя в Центральной и Южной Америке как минимум со II века до н. э. Он стал «природным» цветом ацтекской и инкской империй. В документе 1520 года в число обязательных податей, требуемых ацтеками со своих данников, входили 40 мешков кошениля в год от миштеков и 20 мешков каждые 80 дней от запотеков^[325].

Кармин служил и символом личной власти. Капитан Бальтазар де Окампо, бывший в 1572 году свидетелем казни последнего правителя Инки Тупака Амару, аккуратно описал внешний вид и одежды короля, восходившего на эшафот.

[Одет в] мантию и дублет багрового бархата. Его туфли сделаны из местной шерсти разных цветов. На нем была корона, или головной убор, под названием маскапайчу, с кисточкой, спускавшейся ему на лоб, — это были знаки королевского достоинства Инки^[326].

В свой последний путь владыка инков отправился одетым в одежду разных оттенков кармина.

Из-за кармина (по крайней мере частично) он — и многие другие южноамериканские правители и вожди — и умерли. Отчаянно рвавшаяся к природным богатствам региона Испания, добившись своего, немедленно капитализировала приобретения. Вместе с золотом (см. здесь) и серебром (см. здесь) кошениль стал финансовым хребтом Испанской империи. По свидетельствам того времени, только в 1587 году около 144 тыс. фунтов (72 тонны) кошениля было доставлено из Лимы в Испанию^[327]. Это примерно 10,08 млрд насекомых.