Ключевые стратегические инструменты. 88 инструментов, которые должен знать каждый менеджер - Воган Эванс

Инструмент

«Это такая же редкость, как черный лебедь», – часто говорили во времена Средневековья.

Из этого следовало, что обсуждавшееся событие было невозможным, поскольку все собеседники знали, что лебеди всегда белые и только белые. Но затем в XVII в. в Австралии были обнаружены черные лебеди – мутанты, и прежняя фраза стала передавать другой смысл – что-то, считавшееся невозможным, может, как выясняется, случиться.

Нассим Николас Талеб использует термин «черный лебедь» для обозначения очень редкого явления, у которого масштабы и невероятность наступления настолько высоки, что люди предпочитают не принимать их во внимание. Они фактически отмахиваются от них.

Однако, когда такое событие все-таки происходит, при взгляде на него в ретроспективе все понимают, что оно было совершенно очевидным.

Талеб выделяет три свойства, характерные для событий категории «черный лебедь». Они являются:

• редкими: вначале считаются маловероятными и даже невозможными, очень сильно выбиваются из нормальной, похожей по форме на колокол кривой распределения вероятностей;

• экстремальными по своему воздействию;

• объяснимыми и обоснованными при ретроспективном анализе.

Поэтому финансовый крах 2008 г. относился к событиям категории «черный лебедь» (см. рис. 87.1): банки неожиданно стали неликвидными, причем это произошло в масштабах всего земного шара. Это случилось во многом из-за применения понятного лишь немногим специалистам финансового инструмента, который называется «секьюритизированная субстандартная ипотека». Потом, в ретроспективе, стало в полной мере понятно, что этот крах был неизбежным. Такими же «черными лебедями» были прорыв доткомовского пузыря и трагедия 11 сентября 2001 г.

Рис. 87.1. «Черный лебедь»: пример

Источник: по материалам Taleb N. N. Fooled by Randomness: The Hidden Role of Chance in Life and In the Markets. Allen Lane, 2002.

По мнению Талеба, мы живем в мире под названием «Заурядностан», в котором не происходит никаких редких событий, хотя нам следовало бы жить в мире «Экстримистан», где непредвиденные события могут случаться и действительно время от времени происходят, приводя к огромным сокрушительным последствиям.

Мы в какой-то мере похожи на индеек, которых кормят кажущиеся нам добрыми фермеры, очевидно, беспокоящиеся о нашем благополучии, и так происходит день за днем, пока не настанет Рождество – редкое и непредсказуемое событие, оказывающее совершенно сокрушительное влияние на нашу жизнь – лишающее ее нас вовсе.

Как индейки, мы не включаем события категории «черный лебедь» в наши планы. Они не запрограммированы в моделях прогнозирования, которыми пользуются бизнесмены, инвесторы, экономисты и политики.

Однако такие события нужно предусматривать, и ими нужно управлять.

Как пользоваться этим инструментом

Еще раз достаньте свою диаграмму «Солнца и тучи» (см. инструмент 83). Какие риски вы поместили в верхний левый угол? Нет ли среди них «черных лебедей»: совершенно невероятных, но потенциально очень сокрушительных событий, которые в ретроспективе являются вполне объяснимыми?

Если такой «черный лебедь» у вас есть, какие шаги вы можете предпринять, чтобы управлять рисками, связанными с таким событием? Используя варианты из матрицы управления рисками, что вы можете сделать, чтобы:

• полностью избегать такого риска, может быть, за счет выхода из сегмента, где он может случиться;

• перевести такой риск полностью или частично на страховщиков;

• смягчить такой риск с помощью планирования с учетом возникновения непредвиденных событий.

Если вы выбираете вариант продолжения деятельности в условиях возможности появления «черного лебедя» и не собираетесь уделять ему пристального внимания, вам остается рассчитывать только на удачу.

Когда следует пользоваться данным инструментом

В обсуждениях, развернувшихся по поводу концепции «черного лебедя», на самом деле мало что нового: все такие вопросы уже неоднократно описывались в научной литературе: существует множество книг, посвященных управлению рисками. Новым является лишь привлекательная терминология и осуждение представителей Уолл-стрит, особенно тех, кто беспечно игнорировал существование очень невероятных, но в то же время очень сильных по своему воздействию рисков, вполне понятных в ретроспективе, но когда уже было слишком поздно.