Динка. Динка прощается с детством - Валентина Осеева

За калиткой веселый шум, повышенные голоса, смех. Мальчик в клетчатом костюмчике пропускает вперед маленькую женщину в английской блузе. На плечи ее небрежно наброшена жакетка, в пышной прическе черепаховые гребни.

– Прошу! – говорит мальчик, широким жестом открывая калитку перед своей матерью.

– Здравствуйте, моя дорогая! – восклицает гостья, приветствуя еще издали хозяйку дома.

– Здравствуйте, Полина Владиславовна! – приветливо откликается Марина, торопясь к ней навстречу.

Полина Владиславовна – жена очень известного в Самаре инженера Крачковского, мальчик в клетчатом костюмчике – ее сын Гога. У Крачковских великолепная собственная дача, одна из лучших дач в Барбашиной Поляне. Полина Владиславовна только недавно вернулась из-за границы и сочла своим долгом посетить «опальную» семью Арсеньевых.

«В конце концов, каждый может иметь свои взгляды, – любит говорить мадам Крачковская. – Россия – бедная и отсталая страна, в этом, конечно, можно обвинить самодержавие, но менять существующий строй путем революции – это значит пролить много крови».

Крачковские предпочитают, чтобы все оставалось так, как есть. Зиму Полина Владиславовна с Гогой проводят за границей, но в летнее время их привлекает дача на Волге.

Подвижная фигурка Крачковской, мелкие черты ее лица, каждую секунду меняющие свое выражение, знакомая манера ее поправлять прическу и даже непомерно толстое обручальное кольцо на маленькой пухлой руке живо напоминают Марине шумные «званые» вечера на элеваторе, большую гостиную, бойкие, кокетливые голоса дам… Товарищи заботились о том, чтобы вечера на элеваторе считались «модными». Они приглашали известных артистов и кое-кого из местной знати. Среди этих чужих и напыщенных лиц мелькали светлые лица товарищей. Многие из них готовились к переправке за границу. Они исчезали незаметно среди общего веселья… Никич провожал уезжающего через сад…

Крачковские часто посещали эти вечера. Их экипаж с важно восседающим на козлах кучером вводил в заблуждение сыщиков…

– Здравствуйте, Полина Владиславовна! – машинально повторяет Марина, и щеки ее вспыхивают густым румянцем.

Полина Владиславовна, улыбаясь, протягивает Марине обе руки и вместе с сыном шествует по дорожке к дому.

– Гога! Посмотри, какая прелестная дачка! Ну, вы великолепно устроились! А мы ужасно скучаем в наших хоромах… Мой муж сейчас на Урале… Осенью мы всей семьей отправимся путешествовать по Италии, – непринужденно болтает Крачковская.

Она кажется старшей сестрой своему сыну. Они почти одного роста. Гога – худой и высокий. Короткие штанишки не закрывают его колен, от этого ноги мальчика кажутся слишком длинными. Кроме того, Гога носит темные очки и поэтому кажется старше своих лет.

– Ах, какие славные девочки! Как они выросли – ведь я видела их прошлым летом! Гога! Вот идут твои юные подружки… Ха-ха! Он очень смущен, мой бедный мальчик! – перебивая себя, болтает мадам Крачковская; она болтает без умолку, задает вопросы и не слушает ответов, поминутно поворачиваясь к своему Гоге, который обращается с ней рыцарски вежливо, с оттенком мужской снисходительности.

– Маме свойственно сильно преувеличивать. Я нисколько не смущен, – поправляя отложной воротничок и торопясь навстречу девочкам, заявляет Гога.

– Зачем, однако, вы забрались в такую глушь? Это же совсем не фешенебельное место! Узнаю вашу скромность, моя дорогая! – бойко тараторит Крачковская, не давая раскрыть рот хозяйке.

Но Марина и не стремится поддерживать эту болтовню, она слушает свою гостью с любезным вниманием, ощущая пустоту и глубокую усталость.

Динка останавливается на дорожке и толкает сестру.

– Это Гога-Минога, – недовольно говорит она. Мышка хочет что-то ответить, но Гога уже подходит к ним с громким приветствием:

– Здравствуйте, девочки! Вы очень выросли с тех пор, как я видел вас!

– Здравствуй, Гога! Ты тоже вырос! – отвечает ему Мышка.

Гога старше ее только на один год, но он держится так самоуверенно, что девочка совершенно подавлена его превосходством.

Динка, наоборот, с открытым любопытством разглядывает старого знакомца; она еще в прошлом году дала ему прозвище Гога-Минога и запомнила его взрослый тон. Но Гога не подавляет ее этим тоном, он просто кажется ей забавным кривлякой.

– Посмотрите, какая прелестная группа! – указывая на детей, говорит Крачковская и, снизив голос, интимно спрашивает: – Скажите, как самочувствие вашего мужа? Есть ли от него какие-нибудь вести?