Любовь-морковь и третий лишний - Дарья Донцова

Собеседница улыбнулась.

– Ты при супруге?

– Нет, – ответила я.

– А почему? Вполне симпатичная, врасцвете лет…

– Я была замужем, – пояснилая, – и поняла, что брак не для меня. Потом еще мешают воспоминаниядетства, мой отец был исключительным мужем, я мечтала о таком и не встретила.Впрочем, сейчас у меня есть семья, и я совершенно счастлива.

– Мне тоже очень мешаливоспоминания, – призналась Каролина, – только они со знаком минус.

Стоит уйти в прошлое, и перед глазами стоитотец, бьющий маму. И у меня тоже была семья: я и Яша. Теперь вот в качествесыночка Епифан. Из-за него я и тяну на этом свете, что случится с ним, коли яумру?

Выгонят Епифана на помойку. У меня нет ниродственников, ни друзей. Всю жизнь я боялась за Яшу, ох, плохую услугу намИрина Константиновна оказала.

Хотя вначале казалось… Ладно, начну попорядку.

Каролина очень любила Яшу и согласилась напредложение Ирины Константиновны. Мать Жени снова активно принялась за дело,пока Каролина лежала в клинике, она подбила Яшу на обмен квартиры.

– В нашем доме, – сказалаона, – имеется семья, желающая за доплату получить большую площадь. Нузачем вам с Каролиной жить в месте, где витают окровавленные призраки? Надоспешно действовать, такой замечательный вариант может более никогда непредставиться. И потом, апартаменты этих людей находятся рядом с нашими, хоть ив разных подъездах, но фактически через стенку. Во время ремонта сделаем дверь,и вы с Женечкой сможете ходить друг к другу абсолютно келейно. Давай, Яшенька,хватит мочалку тянуть, еще, не дай бог, соседи другой вариант отыщут. Думаю,чтобы их соблазнить, следует попросить копеечную доплату.

И Яша согласился, он вообще легко шел наповоду у людей, а Ирина Константиновна, несмотря на хрупкость и малый рост,обладала проходимостью танка и характером полководца. Не согласных с нею людейдамочка просто подминала под себя и раздавливала.

Когда дело только затевалось, Каролинарадовалась сверх меры: все получилось замечательно. Девушке и впрямь былотяжело находиться в родной квартире. Яша переехал из своей комнаты в спальнюЗоей, дверь помещения, где разыгралась кровавая трагедия, младшие Хованскиезаперли, но все равно, проходя мимо нее, Каролина вздрагивала. Перед глазамимгновенно возникал отец с оружием, ей слышались выстрелы, виделисьразлетающиеся в разные стороны брызги крови.

Да и справка об эпилепсии не принесла Каролинеосложнений. Яшу начали жалеть на работе, поговорили, почесали языки иуспокоились. Если же какая-нибудь новенькая девушка начинала благосклоннопоглядывать в сторону симпатичного холостяка, кто-нибудь обязательно говорилей:

– Держись подальше от Якова, он, междупрочим, давным-давно хочет жениться, только у него на руках больная сестра.Впрочем, если желаешь стать бесплатной сиделкой при невменяемой бабе, то флагтебе в руки.

И как бы вы поступили, услышав подобноепредостережение? При этом учтите, что Яша работал в таком месте, гдебольшинство сотрудников являлось мужчинами, поэтому девицы моментально забывалипро бедолагу с неполноценной сестрой и перекидывались на другой объект.

В новом доме об эпилепсии Каролины никто незнал, а через пару лет жильцы забыли, что она и Яков брат и сестра, молвапревратила их в супружескую пару. Хованские никого не разубеждали, откровенныхразговоров ни с кем не вели, и о потайной двери между двумя квартирами нераспространялись.

Потом у Жени и Альбины появился Дима.

– Эй! – весьма невежливо перебила ядаму. – Как это появился Дима? Брак перестал быть фиктивным?

Каролина мрачно покачала головой:

– Нет, снова все затеяла ИринаКонстантиновна.

Тебе, деточка, не понять психологию человека,который пережил тридцатые годы. Страх быть посаженным в лагерь – звериный,многие из тех, чья юность пришлась на времена сталинских репрессий, до концасвоих дней вздрагивали, услыхав ночью во дворе шум мотора. Мгновенно в мозгвонзалась мысль: «За мной пришли», арестовывали тогда ведь без всякого повода.

А Ирина Константиновна тряслась за Женю ивсеми силами старалась доказать: ее сын нормален, никаких педерастическихнаклонностей не имеет. Шло время, ужас Ирины Константиновны рос, превращался вфобию, ей стало казаться, что люди косо смотрят на семейную пару без детей.

– Вот уж глупость, – вздрогнулая, – вовсе не все имеют детей. У одних их нет из-за физиологическихнедостатков, другие сознательно не желают заводить отпрысков, есть на свете инечадолюбивые люди.

– Оно так, – согласилась КаролинаКарловна, – только Ирина Константиновна не могла побороть свой страх, онее душил, так появился Дима. Мать Жени рассуждала просто: если есть сын, то вглазах окружающих семья идеальна, муж спит с женой.

– Да уж! – хмыкнула я. – Иоткуда взялся мальчик?

Каролина Карловна пожала плечами:

– Понятия не имею. Сначала Альбинаисчезла, а Ирина Константиновна, обычно не баловавшая соседей откровеннымибеседами, не скрывая радости, заявила: «Невестка беременна, вот и поехала кнашей дальней родне на Волгу, там экологически чистый район, свежий воздух,разве в Москве можно выносить нормального младенца? Конечно, Женечка страдаетбез любимой жены, но ради здоровья ребенка можно и потерпеть!» Потом Альбинавернулась вместе с мальчиком, его назвали Димой. Евгений не проявлял к ребенкуникаких чувств, в этой жизни он любил лишь двух человек: Ирину Константиновну иЯшеньку, всех остальных он просто не замечал. Но Женя был интеллигентным человеком,а решение о ребенке приняла Ирина Константиновна. С матерью Женя не спорилникогда, она была для него святей папы римского и лучезарней Вифлеемскойзвезды. Мама велела, значит, так и надо.