Роман с демоном - Дмитрий Сафонов

Кирилл широко шагал по огромному залу аэропорта, и теперь Рюмин понимал, что означали слова Рудакова. У Волкова действительно была запоминающаяся походка — расслабленная и уверенная. Время от времени он оборачивался и смотрел на Рюмина. Капитан не выпускал его из виду ни на секунду.

У него не было оружия. Но преступник тоже безоружен — едва ли он надеялся пронести что-то через металлодетектор. Это до известной степени уравнивало шансы.

Волков свернул на лестницу, ведущую на второй этаж, капитан — за ним. Рюмин видел улыбку, игравшую на лице убийцы. «Ничего, это скоро пройдет».

Волков поднялся на последнюю ступеньку и бросился бежать. Капитан, отталкиваясь рукой от перил, преодолел два длинных пролета и увидел спину преступника, поворачивающего за угол. Рюмин помчался за ним, стуча каблуками по мраморным плитам. Гулкое эхо металось под высоким сводом зала.

За углом оказалась дверь, на ней — надпись: «Вход только для персонала».

Капитан осторожно толкнул; дверь оказалась не заперта; она вела в длинный узкий коридор. На левой стене был пожарный щит, выкрашенный в красный цвет; на нем не хватало топора. Рюмин колебался, но лишь одно короткое мгновение. Он разбежался и прыгнул.

Капитан сгруппировался еще в полете; встретил пол открытой ладонью, перешел на плечо и, сделав быстрый кувырок, молниеносно вскочил на ноги.

Позади раздался оглушительный треск; лезвие топора насквозь пробило дерево — как раз в том месте, где должна была находиться голова капитана.

Волков пытался вытащить застрявший топор, но Рюмин не дал ему на это времени. Он подскочил к убийце и провел длинный, размашистый хук в подбородок.

Против его ожидания удар не достиг цели: Волков очень ловко — «профессионально», — отметил про себя капитан — увернулся и кинулся бежать. Рюмин больше не торопился. Теперь он понимал, куда ведет этот коридор, и сумел разгадать замысел преступника.

Капитан перешел на шаг. Противник моложе и крепче, нужно беречь силы.

Впереди послышался топот ног по железным ступенькам. Капитан прошел коридор до конца и оказался перед узкой лестницей, уходившей круто вверх. На крышу.

* * *

Рюмин в любой момент ожидал нападения, но, оказалось, напрасно. Теплый свет сентябрьского дня лился через открытый дверной проем. Капитан увидел Волкова, стоявшего метрах в пятидесяти, у самого края.

Он стоял, задрав голову, и щурился от ярких солнечных лучей.

Рюмин ступил на крышу, отдышался и медленно пошел к убийце.

— Отличный денек, капитан! — воскликнул Волков. — Видите во-о-он тот самолет? На нем мы улетим.

— Сначала тебе надо спуститься, — возразил Рюмин.

Волков изучающе посмотрел на него.

— Что вы хотите, капитан? Может, предложить вам денег?

Рюмин покачал головой.

— Не расстраивай меня. Иди до конца. Ты же знаешь, нашу проблему деньги не решат.

Волков рассмеялся.

— Это я так… Пошутил. Видел в каком-то фильме.

Рюмин, уворачиваясь от многочисленных стальных растяжек и проводов, приближался к убийце.

— Говорят, вы неплохо боксируете, — издевался Волков. — Жаль, не довелось посмотреть. Но должен предупредить — я тоже не плох.

Рюмин кивнул.

— Я это уже понял. Ты хорошо координирован, быстро передвигаешься. Реакция — на уровне. Я это учту.

Он вышел на открытое пространство и стал напротив Волкова. Улыбка медленно исчезла с лица убийцы.

— Ты смешон, Рюмин, — сказал он. — Посмотри на себя! Ты не вызываешь ничего кроме жалости. В сорок лет глупо изображать из себя стойкого оловянного солдатика.

— Я не изображаю, — сказал капитан. — Я так живу.

— Ты любуешься собой, — продолжал Волков. — Мнишь себя героем. А на самом деле ты давно проиграл. А я — победил.

— Вот как? Я что-то не заметил.

— Цель достигнута! А какими средствами? Разве это имеет значение? Каждый получил, что хотел. Капитан Рюмин — интересное расследование, Вяземская — маньяка, а Лиза — свободу! Ты свой шанс упустил. — Волков развел руками. — Мимо, дружок! Знаешь, забавно было наблюдать, как ты с трудом шевелишь извилинами и пытаешься сообразить, какой смысл заложен в порезах и кровавом вензеле! Никакого, капитан! Но в этом и заключалась основная изюминка. Я хотел поближе подобраться к Вяземской. Она страстно мечтала о маньяке — пожалуйста! До последнего момента водить за нос ничего не подозревающего психиатра — согласись, это было красиво! Эта дурочка поверила, что я ее люблю, — убийца расхохотался. — А еще что-то говорят о женской интуиции…