Нарко. Коготь ягуара - Джефф Мариотт

А Луис не мог отвести глаз.

Он собрал все, что хотел сберечь, в подержанную «Исудзу Трупер», купленную за наличные, и ударился в бега на следующий же день после инцидента в Скоттсдейле. Первую ночь провел в Флагстаффе, потом в Гэллапе, Альбукерке, Тринидаде, Денвере. Сегодня будет Шайенн, завтра где-нибудь в Небраске.

Ему нравились большие города, потому что в них легче затеряться. Шайенн невелик, но сойдет. И всякий раз дешевый мотель в окрестностях города, где никто не станет задавать лишних вопросов. Всякий раз безымянный ресторан или бар, где человек может поесть в одиночестве, не возбуждая подозрений.

Он чувствовал себя правонарушителем, бегущим от рук закона.

Но это не так. Он нарушил пару-тройку законов – а кто этого не делал? – со времени нелегального проникновения в страну много-много лет назад. Но в основном вел честную жизнь. Трудился в поте лица, платил налоги, соблюдал правила.

Один как перст, просто на всякий пожарный. Всегда боясь вступить в какие бы то ни было долгосрочные отношения, особенно романтические, потому что вероятность увидеть убийство еще одной возлюбленной – или покинуть ее в любую минуту – была для него чудовищно несносна. Взамен он сводил дружбу с соседями и их семьями и некоторыми коллегами по работе. Мог наслаждаться теплом их домашнего очага, хоть ненадолго притворившись, что причастен к этому.

Теперь же он снова одинок и в бегах. Странствие было долгим – из Колумбии через Панаму, Коста-Рику, Никарагуа, – где его снова чуть не убили в перестрелке, хотя сам он в ней не участвовал. Потом Гондурас, Гватемала, Мексика и через границу в Техас.

Оказавшись в Соединенных Штатах, он позволил себе поубавить прыть. Пару лет в Техасе, потом еще несколько в Калифорнии. А осев в Аризоне, сказал себе, что это конец. Больше он с места не тронется.

На прошлой неделе ситуация переменилась.

Но теперь?

Раз Эскобар мертв, так ли уж надо ему бежать?

А лучше спросить: в самом ли деле Эскобар убит?

Труп на экране телевизора почти не походил на человека, запомнившегося ему. Правда, прошло больше десяти лет. Эскобару эти годы тоже дались нелегко. В последние пару лет Эскобар и сам был в бегах от «Поискового блока»^[43], «Los Pepes»^[44] и УБН США. Луис следил за новостями, всегда уповая, что в один прекрасный день Пабло Эскобар окажется в тюрьме, из которой не сможет вырваться.

А вместо того его убили. Или кого-то, смахивающего на него.

Агилар смотрел беззвучную видеотрансляцию и должен был бы чувствовать облегчение.

Но не чувствовал. Потому что, даже если это Эскобар, даже если он мертв, Луис всегда будет ощущать, что находится в Колумбии.

А там творятся странные вещи. Вещи, в которые американцы, гордящиеся своим рационализмом, нипочем не поверят.

В Колумбии ягуары могут говорить. Бедняк может стать миллиардером и отгрохать себе поместье, набитое динозаврами, гиппопотамами и редкими африканскими птицами.

В Колумбии человека могут убить, а он окажется жив.

В Колумбии от подлинности магии не открестишься. Высоколобые типы толкуют о «магическом реализме»^[45], но магия и есть реальность. Такая же, как пули.

Луис Робертс сидел на барном табурете в окружении американцев, которые вовек не поверят ни во что подобное.

Но ему ни за что не стать американцем. Колумбия так просто не отпускает. Колумбия вообще не отпускает. Ты можешь покинуть Колумбию, но она тебя не покинет.

Отхлебнув пива, Луис глядел на экран и терзался вопросами.