Джентльмены неудачи - Мария Жукова-Гладкова

Вечером мы сидели у Татьяны. Она в красках расписывала мне стояние в очереди в зале приема передач в «Кресты». Чего она только там не наслушалась…

Я поведала подруге о событиях дня, потом добавила, что, насколько я поняла из слов Андрея, немца скоро освободят.

– Он сам платить будет или?..

– Думаю: «или», а потом с немца эти деньги сдерут.

– Иван Захарович?

По-моему, кандидатов на обстригание барона было несколько. Например, депутат Ковальчук, активно немцем интересовавшийся. Или тот же Ящер: я, мол, тебя посадил, я тебя и вытащу.

Упомянутый всуе Ковальчук, словно услышав, что мы его вспомнили, позвонил и спросил, нет ли новостей от Светки. Новостей не было.

– Вы встречались с Иваном Захаровичем? – поинтересовалась я.

– Встречался. Нет у него Светки. Куда она могла деться? Кто ее мог прихватить?! Юля, ты не в курсе, где Ящер?

– Скоро должен выйти из подполья.

Ковальчук попросил держать его в курсе и отключился. За окном стемнело, я уже собиралась вернуться к себе в квартиру и лечь спать, когда во дворе прозвучало два хлопка.

– Стреляли, что ли?! – воскликнула Татьяна и припала носом к оконному стеклу.

– Я – вниз! – крикнула я соседке, срываясь с места.

Татьяна последовала за мной.

Первым, что я увидела, был лежащий на проходившей мимо дома асфальтовой дорожке мужчина. Подбегая к нему, я запустила набор Пашкиного номера: сотовый я, естественно, брала с собой в Татьянину квартиру. Только бы Пашка лыко вязал!

– Пашенька, родненький! – заверещала я. – У моего дома стреляли! Ко мне можешь приехать? С камерой! Пашенька, постарайся!

Пашенька что-то промычал, но я надеялась, что он все-таки приедет. Он умеет действовать на автопилоте. Тем временем я опустилась на колени перед лежащим на асфальте парнем. Взяла его руку в свою. Никак не нащупывался пульс. Но тут в его груди что-то клокотнуло. Я резко передвинулась к его лицу. Жаль, с фонарями у нас напряженка. Хоть сама забирайся на столб и ввинчивай лампочки!

– Кто в тебя стрелял? – спросила я. – Почему?

– Ящеру скажи… – прохрипел парень. – Ушел он… Но был, гад…

– Кто был?

– Тата…

У парня изо рта пошла кровь. «Это конец», – поняла я.

– Юлька! – послышался голос Татьяны. Она сидела на газоне, рядом с каким-то кустом. – Иди сюда! Тут еще один!

«Сергей?!»

Я рванула к соседке и склонилась над парнем. Даже по фигуре было понятно, что это не Татаринов. Парень был еще жив.

Я мгновенно запустила набор «Скорой», потом тут же позвонила Андрею и описала ситуацию, попросила продублировать вызов «Скорой». Потом еще набрала и «ноль-два», чтобы мой вызов зарегистрировали. Затем опять Пашке, но у него дома никто не взял трубку. Выехал? Молодец!

Татьяна понеслась домой: парню следовало оказать первую помощь и по возможности что-то у него узнать до приезда милиции. Я держала раненого за руку и пыталась разговорить. Ранен он был в грудь. Но парень могучий, может, и выживет?

– Ты чей? – спрашивал я. – Кому что передать?

– Вадиму… – прохрипел раненый.

«Так, и от Вадима тут появился представитель? Что они здесь все делали?» Не хватало только ребят Ивана Захаровича!

– Пистолет спрячь, – попросил парень.

Я огляделась по сторонам, нашла ствол, тут вернулась Татьяна, я вручила ствол ей и велела засунуть его в какой-нибудь террариум. Парня и так ранили, нечего его еще и под статью подводить. Пусть считается потерпевшим. Мертвому-то уже все равно, что на него свалят.

Я подложила парню под голову сложенную куртку, тут опять вернулась Татьяна, присела рядом, а вскоре темноту нашего двора прорезали фары нескольких машин. Хорошо, что среди прибывшей бригады оказалось немало моих знакомых, иначе покоя бы нам с Татьяной долго не было. Пашка появился на такси, после милиции и до «Скорой».

Раненого быстро увезли, труп же у нас во дворе пролежал довольно долго. Следственная бригада не особо спешила. У нас с Пашкой к завтрашней программе уже был готов сюжет, значит, я спокойно могу идти на показ мод и не беспокоиться о том, что буду демонстрировать народу на голубом экране.

У прибывших оперативников я поинтересовалась личностями убитого и раненого. Убили жителя моего родного города, зарегистрированного на Гражданском проспекте. Издалека его что-то принесло с севера на юг – я живу в противоположной части Питера. Но чего не сделаешь ради пользы дела?

Раненый же оказался зарегистрированным в Новосибирске.

– Что они тут у вас делали, Юлия Владиславовна? – спросил следователь. – Не из-за вас ли стрелялись, случайно? Дуэль по месту прописки дамы?

Я честно призналась, что обоих видела впервые в жизни.

– Подумать только: ни одного свидетеля, – вздохнул знакомый опер. – Ни собачников, ни прохожих… Народ наш, если выстрелы слышит, сразу разбегается.