Один из нас лжет - Карен М. Макманус

Ух ты, посмотрел новости

Это же хорошо??

Перезвони, как сможешь

Я набираю ответ, вполуха слушая разговор папы с Луисом. Когда Луис выходит, между мной и отцом повисает молчание. Густое, как туман. Я первый его нарушаю:

– Ну, как я выступил?

– Хорошо. Смотрелся нормально.

Минимальный ответ, как и всегда в последнее время. Я делаю еще одну попытку:

– Я говорил со скаутом из Университета Штата.

– Штата, – фыркает отец. – Даже не из первой десятки.

– Верно, – признаю я.

На нашей улице мы замечаем телевизионный фургон.

– Будь они прокляты, – бурчит папа. – Опять двадцать пять. Надеюсь, оно того стоит.

– Что чего стоит?

Отец объезжает фургон, рывком ставит рычаг на паркинг и выдергивает ключ из зажигания.

– Твой выбор.

Во мне закипает гнев – и от его слов, и от того, что он выплевывает их, не глядя на меня.

– Выбор здесь ни при чем, – бросаю я, но он уже открыл дверь, и ворвавшийся в салон шум заглушает мои слова.

Репортеров меньше обычного, и я догадываюсь, что основная их масса собралась возле дома Бронвин. Я вхожу в дом вслед за папой, который тут же идет в гостиную и включает телевизор. Сейчас мне полагается заняться послеигровой разминкой, но отец уже какое-то время не утруждает себя этим напоминанием.

Бабуля на кухне, делает тосты с маслом и посыпает их коричневым сахаром.

– Как прошла игра, дорогой?

– Фантастически, – мрачно отвечаю я, падая в кресло. Взяв случайно попавшийся четвертак, запускаю его по кухонному столу. – Подавал великолепно, только всем наплевать.

– Ну-ну. – Она садится напротив, предлагает мне свой тост, но я отказываюсь. – Не торопи события. Помнишь, что я тебе говорила в больнице? – Я мотаю головой. – Что прежде, чем стать лучше, вначале будет хуже. Ну вот, сейчас стало хуже, и дальше некуда, кроме как вверх. – Она откусывает от тоста, а я кручу монетку. – Ты как-нибудь приведи своего мальчика на ужин, Купер. Пора нам с ним познакомиться.

Я пытаюсь представить себе отца, беседующего с Крисом за куриной запеканкой.

– Папу это выведет из себя.

– Ну, нам придется всем к этому привыкнуть, правда?

Я не успеваю ответить, как у меня гудит телефон – пришло сообщение с неизвестного мне номера.

Это Бронвин. Твой телефон мне дала Эдди. Можно я позвоню?

Конечно.

Телефон тут же звонит.

– Привет, Купер. Ты слышал про Нейта?

– Ага.

Я не очень представляю, что здесь можно сказать, но Бронвин не дает мне такой возможности.

– Я пытаюсь устроить встречу мамы Нейта и Эли Кляйнфельтера из «Пока Не Будет Доказано». Надеюсь, что он возьмется за дело Нейта. И хотела спросить: ты еще не узнавал у брата Луиса насчет красного «Камаро», который участвовал в столкновении на парковке?

– Луис звонил ему на той неделе. Он собирался посмотреть, но пока не ответил.

– Ты не мог бы у него спросить? – настаивает Бронвин.

Меня одолевают сомнения. Хотя я все еще до конца не осознал происходящее, я начинаю испытывать некоторое облегчение. Потому что вчера я был у полиции подозреваемым номер один, а сегодня – уже нет. И я бы соврал, если бы сказал, что от этого не стал чувствовать себя лучше.

Но ведь это Нейт. Его нельзя назвать моим другом в точном смысле этого слова. Или в каком-либо вообще. Но он для меня не пустое место, и я не могу просто уйти в сторону.

– Да, хорошо, – отвечаю я.