Ход Снежной королевы - Валерия Вербинина

– Нет! – закричал Виньере. – Хорошо. Хорошо… – Он весь трясся. – Будь по-вашему, вы все узнаете. Да, я служу у Коломбье уже несколько лет, и у меня никогда не было денег на покупку замка, и Иссервиль я впервые увидел, только приехав сюда. Глупо было вас обманывать.

Он умолк и, кажется, даже всхлипнул. Впрочем, я не уверен.

– Мы ждем, – напомнила ему Амалия.

– Я знаю. Но я не могу решиться… – Он жалко улыбнулся. – Вы сочтете меня безумцем!

– Лично у меня один вопрос, – вмешался Гийом. – Доктор, вы как-то связаны с Фредериком Аржантеем?

Но, казалось, даже предположение об этом повергло Виньере в ужас.

– Что вы, сударь! Нет!

– Тогда почему вы приказали Франсуазе увидеть надпись: «Вы все умрете здесь»? Чего вы добивались?

Доктор глубоко вздохнул.

– Я хотел… я пытался… – Он опустил глаза. – Дама из полиции была права. Я хотел напугать… напугать вас всех. Чтобы вы уехали отсюда. Чтобы вы оставили замок. – Каждое слово стоило ему огромного труда.

– Но зачем? – в изнеможении спросила моя мать. – Что такого мы вам сделали, что вы хотели выгнать нас?

– Вы тут ни при чем, – быстро отвечал Виньере. – Совершенно ни при чем. Я… – Он замялся.

– Вы хотели остаться один в замке, чтобы иметь возможность обыскать его, – закончила за него Амалия. – Что вы хотели тут найти?

У Виньере забегали глаза.

– Философский камень, – выдохнул он.

Я не поверил своим ушам. Однако доктор, похоже, вовсе не бредил.

– Чушь! – пробормотал Ланглуа.

– Ни в какие ворота не лезет! – вторил ему возмущенный Бретель. – Доктор, вы вообще в своем уме? Вы понимаете, что говорите?

– Выслушайте меня, – хрипло промолвил Виньере. – Когда я приехал сюда, то ни о чем таком не думал. Но однажды в библиотеке я нашел старую рукопись. Она была написана на латыни, и интереса ради я взял ее почитать. – Он глубоко вздохнул. – Вы все знаете, что когда-то замок Иссервиль принадлежал тамплиерам, но никто из вас не подозревает, чем они тут занимались. У них была здесь своя алхимическая лаборатория.

– Ну про лабораторию-то нам как раз известно, – буркнул мой брат.

– Простите, – учтиво спросил Ланглуа, – а философский камень – это такая штука, которая превращает в золото все металлы?

– Да, – ответила Амалия. И пожала плечами: – Всего лишь средневековое суеверие.

Доктор Виньере несмело покосился на нее.

– Дело в том, что один из тамплиеров был тайным агентом короля Филиппа, который давно мечтал разгромить орден и присвоить себе его богатства. И тот рыцарь написал королю донесение, что в Иссервиле было сделано невероятное открытие – брат Жак изобрел нечто, что ценнее всего на свете и даже ценнее золота. Копия донесения и была в рукописи, которую я нашел.

– Дальше, – велела Амалия.

Доктор пожал плечами.

– А что было дальше, и так известно всем. Король Филипп уничтожил орден и осадил замок Иссервиль. На его беду, тамплиеры вычислили имя доносчика и убили его, прежде чем королевская армия вошла в замок. Многие уцелевшие рыцари подверглись пыткам, и один из них, не выдержав боли, рассказал, что лаборатория уничтожена по приказу магистра, чтобы ею не завладели люди короля, но чудесное вещество, открытое алхимиком, было спрятано в надежном месте. Кроме того, тот несчастный поведал, что оно – вовсе не камень, как принято думать, а жидкость, которая сулит величайшие блага тому, кто ею обладает.

– И вы поверили в такой вздор? – вырвалось у Матильды.

– Да, – ответил доктор, пряча глаза.

– Нет, – вмешалась Амалия. – Вы поверили в него, потому что нашли в замке нечто, что убедило вас: философский камень действительно существует. Что это было, доктор?

– От вас ничего не утаишь, – с нескрываемой ненавистью проговорил Виньере. Поколебавшись, он сунул руку в карман. – Вот. Я нашел его, когда в левом крыле при перестройке замка обвалился один из потолков.

Доктор бросил на стол кусок пергамента с неровными краями, на котором был нарисован план какого-то сложного лабиринта. В правом верхнем углу последнего красовался небольшой крестик странной формы.

– Похоже на крест с одежды тамплиеров, – буркнула Амалия, внимательно рассмотрев план. – Во всяком случае, пергамент очень древний.

– Да, – кивнул доктор, – да.

В следующее мгновение он вырвал пергамент у Амалии из рук и, подскочив к камину, швырнул план в огонь.