Поиграй со мной в любовь - Мария Жукова-Гладкова

– Неужели не посмотрел, что там?

– Посмотрел, что не то, что ему нужно.

– Какой ужас!..

«А Семен никак не может успокоиться. Похоже, что убийство Ларисы стало для него делом принципа. Может, у него тоже помутненное или каким-то образом искаженное сознание? Он хочет сделать Ларису показательным примером для других? На деньги от нее он больше не рассчитывает. Она же пропала какое-то время назад. А тут появилась… Но ведь органы могли выяснить, что Лариса тоже была наркоманкой!»

И чем это грозит мне?

– А что с Шурой? – решила я немного сменить тему. – Я имею в виду Александру Мюллер.

Следователь рассмеялся.

– Будет отправлена на принудительное лечение. Хотя нельзя исключать, что ее заберет ее немецкий муж и отправит в частную клинику в Германии.

– А такое возможно?

– Все возможно, Лариса Павловна, – вздохнул следователь. – Хотите, я вам расскажу пример из жизни одного моего знакомого?

Дело было в Англии, куда друг следователя уехал еще в девяностые годы. Они в подростковом возрасте вместе спортом занимались, друг потом пошел в тренеры, ну а следователь – в правоохранительные органы. Работа тренера в России не приносит больших дивидендов, часто люди трудятся на голом энтузиазме, а нужно содержать семью, кормить собственных детей, а не только заниматься с чужими. Поэтому многие ищут зарубежные контракты. Больше всего тренеров уехало из нашей страны в девяностые годы и теперь помогают стать чемпионами представителям самых разных стран, как развитых, так и бедных, но находящих деньги на развитие спорта.

В общем, друг следователя недолго думал, когда подвернулся контракт. Вначале уехал сам, потом к нему приехали жена и двое детей. И зажили они в Англии, он работал по двенадцать, а то и четырнадцать часов – не только тренировал, но и выступал в роли спарринг-партнера, жена сидела дома, занималась детьми.

Через несколько лет у него появилась другая женщина, молодая англичанка, его ученица. Законная супруга случайно увидела, как он везет в своей машине эту девушку. Она не видела их в постели, она не видела их целующимися, они просто ехали в одной машине и мило разговаривали. Но, возможно, сработала женская интуиция. Она развернула машину и бросилась в погоню, догнала – и стала биться своей машиной об его.

Полицию вызвали англичане, которые стали свидетелями этого шоу на дороге. Ведь оно угрожало безопасности других граждан! Ее забрали в участок. С него взяли показания. Он остался с двумя разбитыми машинами и представителями страховой компании. Про жену решил: пусть проведет ночку в участке, ей полезно. Еще пожалел, что не в российском.

Утром ему позвонили из полиции и пригласили приехать. У них освидетельствование проводят сразу же – без нашей волокиты. И в результате этого освидетельствования было определено, что женщина неадекватна, то есть судить ее за содеянное нельзя.

Ему предложили на выбор два варианта – или он помещает ее в частную клинику за свой счет, или она отправляется на принудительное лечение за счет государства. Это было сделано буквально сразу же после происшествия.

– Но медицина в Англии… – открыла рот я.

– Очень скупая, – сказал следователь. – Именно это слово обычно использует мой друг. Там есть отличные частные клиники, но далеко не все могут их себе позволить. То есть в клинику, куда отправляют принудительно, лучше не попадать. В любом случае мой друг выбрал частную.

– И теперь Шуру тоже могут отправить в такую клинику?

– По крайней мере, такие разговоры у нас идут. Она – гражданка Германии. Про Германию точно сказать не могу, но правительство Финляндии, например, обращается к нам с просьбой отправить своих граждан отбывать наказание на родине. По мнению правительства Финляндии, у нас очень плохие тюрьмы, и они не могут допустить, чтобы их граждане содержались в таких условиях. Хотя это может быть очередной плевок в нас…

Следователь рассказал про то, как один финн, водитель, севший у нас пьяным за руль фуры (чего не позволил бы себе в Финляндии), раздавил «Жигули» с пятью нашими гражданами. Наш суд его осудил, по просьбе правительства Финляндии финн был отправлен на родину, там обязался больше не пить, и после этого финны выпустили его на свободу.

– И что? – ошарашенно спросила я.

– И ничего. Мы можем только закрыть ему въезд в Россию.

– А Шуру наши власти отдадут в Германию?

– Лариса Павловна, вы думаете, что у нас без нее мало головной боли? – ответил вопросом на вопрос следователь. – Тут, вообще-то, дело другое. Она стреляла, но не убила. И она на самом деле неадекватна, а тот финн был просто пьян! Муж ее первый давно мертв, хотя она всем и каждому доказывает, то есть пытается, что ваш муж держит его где-то в плену и она прилетела сюда его спасать. Да и со всем остальным достала она уже всех, кто с ней вынужден сталкиваться по долгу службы! Я сам лично готов ей дать пинок под зад, чтобы летела до самой Германии и их чистых продезинфицированных туалетов! И сидела там до посинения!

– Вы о чем? – не поняла я.

– Вы знаете, как в Германии в общественных местах дезинфицируют туалеты?

– Понятия не имею. Я никогда не бывала в Германии.

– Неужели ваша родственница вам об этом не рассказала?

– Да как-то к слову не пришлось… Мы говорили про ее мужа, моего мужа. Про то, как мой держит ее супруга и своего отца в застенках, я слышала.

– Вам еще повезло. А контролеры в СИЗО уже взвыли. И женщины, с которыми она встречается на прогулках. Содержится она теперь в одиночке. Иностранцев положено содержать отдельно, то есть можно с другими иностранцами. Ее, как бывшую нашу, поместили с бывшими гражданками Советского Союза, теперь представительницами независимых государств. Вы представляете, кто может находиться у нас в женском следственном изоляторе?

– Догадываюсь, что не англичанки и не немки.

– Вот именно. Там две узбечки и цыганка, гражданка Молдовы. Так все трое потребовали, чтобы ее отселили или их отселили, отправили в тюрьму, выслали на родину – но только не находиться в одном помещении вместе с Александрой Мюллер. Она всем рассказывала, как в Германии после каждого клиента дезинфицируют унитазы. В каждом общественном туалете есть для этого специальный человек.

– Предполагаю, что парашу в камере не дезинфицировали не только после каждого клиента, но и вообще никогда.

– Вы все правильно понимаете. Но Александра Мюллер накатала кучу жалоб в разные инстанции, консула уже несколько раз вызывали. Про унитазы прослушали уже все! Причем она не играет. Не косит под сумасшедшую. Она на самом деле так думает! А еще все, кто с ней сталкиваются, узнали про особое приспособление, которое помогает выдавить всю зубную пасту из тюбика – чтобы не пропадала. Александра Мюллер прочитала сокамерницам целую лекцию об экономии, а потом переключилась на контролеров.