Дорога дальняя, казенный дом [= Олигарх и амазонка ] - Владимир Колычев

Из магазина Анжела вышла чуть ли не бегом. На два часа в салоне красоты застряла. А Вадим дома ждет… Он говорит, что ему все равно, красивая у нее прическа или так себе, есть макияж или нет. Дескать, он любит ее такой, какая она есть. Но разве женщину проведешь? Что бы мужчина ни говорил, он любит глазами — это аксиома, которая толкает женщин под кисточку визажиста или даже под нож пластического хирурга. Бедные, бедные женщины. Но Анжеле нравилось быть такой «бедной». Ей нравилось быть счастливой…

— Анжела Борисовна! — окликнул ее знакомый мужской голос.

Она обернулась и увидела того самого парня в черном костюме, который спас ее от прожженного уголовника. Она была благодарна ему, но его появление не вызвало в ней радостных чувств. Если он здесь, то где-то рядом господин Алтынов. А его Анжела хотела видеть меньше всего.

— Вас подвезти? — вежливо спросил он.

— Нет, мне тут рядом, — растерянно мотнула она головой.

— Может, все-таки задержитесь ненадолго?

Он взглядом показал на роскошный лимузин, припаркованный у обочины дороги. На такой машине мог ездить только Алтынов. Видеть его Анжела не хотела, но игнорировать не могла.

— Да, конечно…

— Позвольте!

Он забрал у молодой женщины сумки, подвел ее к машине. Водитель вышел ей навстречу, с легким поклоном открыл заднюю дверь, подал руку, чтобы помочь сесть.

Анжела вдруг вспомнила сцену из какого-то гангстерского боевика. Главарь мафии приглашает жертву в свою машину. Точно такая же ситуация, точно такой же лимузин… Но ведь Алтынов не мафиози. Но ведь она может стать его жертвой. У олигархов свои причуды. Сегодня одно на уме, завтра другое.

Алтынов чинно восседал на широком диване лицом к водителю. Но когда Анжела оказалась в салоне, развернулся к ней, взял за руку — помог устроиться на таком же диване, но напротив. В лимузине было просторно и волнующе комфортно. Кто бы сомневался, что может быть иначе.

— Рад тебя видеть, Анжела, — радушно улыбнулся Иван Александрович.

Он смотрел ей в глаза — мягко, если не сказать, ласково. И руку ее не выпускал из своей ладони. То ли забылся, то ли…

— Я тоже, — она виновато улыбнулась, высвобождая руку.

— Ты выглядишь просто потрясающе!

— Это комплимент?

— Скажем так, это взгляд со стороны… Но комплиментов ты заслуживаешь самых лестных. И с моей стороны и, надеюсь, со стороны Вадима… Я знаю, он сейчас у тебя…

— Так вышло…

— Ты жалеешь? — Алтынов удивленно приподнял брови.

— Нет, но… Скажите, вы нарочно тянули с отправкой Максима?

Максим должен был уехать в Москву еще восемь дней назад. Но поездка откладывалась. И только три дня назад он отправился в путь — разумеется, со своей Милой, черт ее возьми…

— Не понимаю, о чем ты, — покачал головой Иван Александрович.

— В тот день… нет, в тот час, когда уехал Максим, как на заказ, появился Вадим. Или действительно на заказ?

— Что ты хочешь этим сказать?

— Мне кажется, что моя встреча с Вадимом была спланирована…

— Разумеется, так оно и было.